Искатель, 2008 № 01 - Журнал «Искатель»

— Игорь, признайся, что ее упустил, — посоветовал Леденцов.

— Товарищ майор, почему вы мне не верите?

— Потому, что покойники не ходят.

— Не ходят, но передвигаются.

Оперативники смотрели друг на друга, решая, кто из них мог это сморозить. Не Рябинин же? Но следователь кивнул, подтверждая их догадку:

— Один ученый пришел к выводу, что привидение — это сгусток лептонов умершего человека. Поэтому и двигается.

— Зеленая Сущность — это сгусток лептонов?

— Да, только зеленых, — подтвердил Рябинин.

Разговор из делового и мистического перешел в юмористический. В этом переходе капитан уловил скрытую насмешку. Спросил он ершисто:

— Сергей Георгиевич, меня вызвали ради лептонов?

— Ты был в больнице… К потерпевшему приходили?

— Врач сказал, что была жена.

— А кто она?

— Не в курсе, поскольку это не важно.

— Да, неважно, если не считать, что жена потерпевшего — Жанна Викторовна Лапицкая. Та самая, в которую Зеленая Сущность плеснула из банки якобы кислотой…

18

Не зная броду, не суйся в воду. Рябинин сунулся. Ведь предвидел, что информационные белые пятна при расследовании непременно станут черными. Он не изучил личности женщин-жалобщиц и мужчин-потерпевших, их семейное положение, не допросил соседей и знакомых, не разобрался в ситуации с придорожным кафе, не глянул на руины деревни Низы… Из-за лени? Нет. Потому что не давила статистика, не любившая роста убийств. А нет трупов, нет и убийств.

Жанну Викторовну Рябинин вызвал по телефону. Недовольства женщина не скрывала, к чему следователь привык: в росте преступности люди чаще всего обвиняли правоохранительные органы.

— Жанна Викторовна, вы посетили мужа в больнице… Что он рассказал о нападении?

— У него болит горло, и говорить он не мог.

— С родителями мужа знакомы?

— Нет, он приезжий.

— Почему же не познакомились?

— Мы женаты всего год, еще успею.

Цели его вопросов она не понимала. Видимо, поэтому ее лицо заметно розовело, приближаясь к цвету губ. Светлый ажурный джемпер и кремовые брюки с ремнем, смахивающим на черную змею. Ухоженная женщина. Или упакованная?

— Жанна Викторовна, покупку и ремонт вашей шестикомнатной квартиры вы делали вместе?

— Нет, мы расписались и въехали в новую готовую квартиру.

— А как шло оформление?

— Что вы имеете в виду?

— Какие собирались документы, какой размер оплаты, кто раньше жил в квартире….

— Зачем мне это знать?

— А где ваш муж жил до женитьбы?

— У него вроде бы была трехкомнатная квартира где-то в центре.

— А вы паспорт его смотрели?

— Нет, не смотрела. В дела мужа я не вмешиваюсь.

— Вы хотя бы сексом занимаетесь с мужем? — разозлился он.

А что ей делать: молодой, бездетной и неработающей женщине? Она сидела как праздничная кукла в витрине. И молчала, ошарашенная выпадом следователя. Наконец сказала с раздраженным придыханием:

— Вы меня оскорбили…

— Нет, это следственный прием.

— На ваши вопросы больше не отвечаю.

— А у меня всего один: до встречи с вами Михаил был женат?

— К чему задаете провокационные вопросы?

— К тому, что душила его женщина.

— Мало ли на свете отмороженных.

— Та самая женщина, которая плеснула вам из банки в лицо…

Она вдруг перестала быть похожей на разряженную куклу: начала смотреть по сторонам, оглядываться и поводить плечами, словно не могла подобрать нужных слов. Рябинин ожидал, что она заговорит о женщине с банкой. Но Жанна Викторовна повела разговор о муже:

— Не пойму, в чем вы его подозреваете. У Михаила больное сердце. Он добрый человек, помогает многим людям, старикам… Какой-то бабушке возит в деревню продукты. А меня знаете как любит — даже фамилию мою после свадьбы взял. Был Зеленое, а стал Лапицкий. Хочу, говорит, быть твоим со всеми потрохами.

Открылась дверь, и в кабинет прошагал капитан. По заданию следователя он с утра ездил в информационный центр ГУВД, в налоговую и прочие организации.

— Жанна Викторовна, спасибо за помощь, — попрощался Рябинин.

Когда она вышла, Палладьев начал доклад. Рябинин слушал о шестикомнатной квартире, где сейчас жили Лапицкие, и о трехкомнатной, принадлежавшей мужу Жанны Викторовны; о формальной законности сделок, о необходимости проверить нотариуса…

Рябинин перебил:

— Ответь, почему Зеленая Сущность прицепилась к Лапицким?

— В старой трехкомнатной квартире Михаила жила семья из трех человек…

Капитана перебил звонок телефона. Рябинин схватил трубку нервно.

— Сергей Георгиевич, врач из больницы…

— Можно допрашивать?

— Допрашивать-то можно, но кого?

— Не понял.

— Ваш больной сбежал.

— Как сбежал?

— В тапочках и халате…

Рябинин бросил трубку, подскочил к сейфу и выдернул портфель, словно тот был раскаленный.

— Сергей Георгиевич, что случилось?

— Игорь, организуй «Скорую помощь» в деревню Низы.

19

Образовалась мини-колонна. Впереди «жигуленок» капитана с Рябининым, криминалистом и судмедэкспертом Дорой Мироновной. Затем автомобиль с понятыми и двумя операми. Замыкала машина «Скорой помощи», водитель которой знал все улицы города, но не знал, где находится деревня Низы.

— Это же территория области, — удивилась Дора Мироновна.

— Теперь вошла в черту города, — объяснил капитан.

Рябинин молчал: у него началась изжога от выпитой в буфете чашки кофе. Трудности и неприятности возникали и проходили. Но в его жизни были и постоянные спутники: изжога и сомнения. Раньше он считал, что сомневается в делах запутанных. Со временем понял, что сомневается всегда и во всем. Как болезнь. Неужели его жизненный опыт переплавлен лишь в одни сомнения? Он и сейчас думал: правильна ли его догадка и не зря ли он организовал эту колонну? Сомнение вырвалось непроизвольным вопросом:

— Игорь, в трехкомнатной квартире Лапицкого до женитьбы Зеленова жила семья… Где она?

— Проверить я не успел.

— И не сможешь проверить. Нет больше этой семьи, — твердо заверил следователь, позабыв про свои сомнения.

Капитан не захотел начинать разговор при людях, которые были пока не в теме. Дора Мироновна увлеченно разглядывала бегущий по сторонам лес. Когда лес оборвался и вдоль дороги пошло болото, капитан от разговора не удержался:

— Сергей Георгиевич, если потерпевший из больницы сбежал, то от кого же он бегает: от нас или от нее?

— От всех.

— Из больницы, Сергей Георгиевич, он не сбежал, а Зеленая Сущность его выкрала.

— Ага, на вертолете, — усмехнулся Рябинин.

Значит, сомнения терзали и капитана. Они не терзают только дураков. Что такое неумная мысль, идиотский поступок, бестолковая работа, глупое дело?.. Это то, к чему не прикасались сомнения. И Рябинин почти успокоился, когда решил, что прогресс общества зависит не от образования или количества народа, не от энергоносителей и не от ресурсов… Прогресс