Воющие псы одиночества - Александра Маринина

- Лешик…

Телефон не дал ей договорить, запиликав маловразумительнуюмелодию. Алексей протянул руку к трубке, не отрывая глаз от разложенных настоле карт.

- О, привет! Рад тебя слышать! Да, дома. Сейчас.

Он протянул трубку Насте.

- Не бойся, это не Коротков, - шепотом сообщил он. -Это Лилька Стасова.

Настя облегченно перевела дыхание. Дочка Владика Стасоваучилась в одном из многочисленных юридических вузов и регулярно обращалась то котцу и его жене, то к Насте в поисках старых учебников и монографий, которых небыло в институтской библиотеке. В те времена, когда Настя училась вуниверситете, в библиотеке юрфака можно было найти практически все, что былонаписано и издано по юридическим наукам чуть ли не с двадцатых годов прошлоговека. Но сколько тогда в Москве было юридических вузов? Раз-два - и обчелся.Сегодня же институтов, дающих юридическое образование, развелось столько, чтоупомнить их невозможно, потому как юристы, в особенности цивилисты, специалистыпо договорам, недвижимости и финансам, стали жуть как востребованы. Институтывозникали то на базе каких-то других вузов, а то и вовсе на пустом месте, и отом, чтобы в их библиотеках нашлась литература, изданная чуть раньше, чем впоследние десять лет, даже мечтать было глупо. А Лилька Стасова - девочкавдумчивая, старающаяся в каждом вопросе докопаться до истоков и корней, поэтомуона частенько обращалась то к Насте, то к жене отца Татьяне за старымиучебниками и монографиями, оставшимися еще со времен их учебы в университете.

- Тетя Настя, вы в маньяках разбираетесь?

Настя озадаченно почесала ухо и плюхнулась на стул, чтобыудобнее было разговаривать.

- Ну… постольку-поскольку. А в чем дело?

- Вы мне скажите, маньяки могут заниматься устранениемсвидетелей, или им все равно?

- Хороший вопрос, - усмехнулась она. - А почему ты еготете Тане не задала? Она все-таки столько лет следователем проработала, тожедолжна разбираться.

- Я задала, а она меня к вам переадресовала, потому чтоона всякими делами занималась, а вы - только убийствами, то есть у вас опытабольше. Понимаете, я подумала, что если маньяк действительно настоящий, то онубивает, когда ему уже просто невозможно не убить, или ему мерещится тамчто-нибудь, например, что женщина, которая едет с ним в электричке, - посланникдьявола и ее нужно непременно устранить, иначе наступит мировая катастрофа.Разве такой преступник будет потом думать о том, чтобы устранить свидетелей?

- Такой - не будет, - согласилась Настя. - Но такиевстречаются очень редко. Под словом «маньяк» мы обычно понимаем серийногоубийцу, человека, одержимого манией, навязчивой идеей или навязчивым желанием,например, убивать женщин определенного типа внешности, потому что когда-тоженщина с такой внешностью отвергла его. И он вполне сознательно выискиваетсвои жертвы, выслеживает их, продумывает план убийства, а если что-то идет нетак, принимает меры, в том числе и устраняет свидетелей. Настоящий сумасшедшийманьяк - это человек невменяемый, то есть, он либо не отдает себе отчет в том,что делает, либо отчет отдает, понимает, что убивает, но действиями своимируководить уже не может, то есть не может взять себя в руки и остановиться. Воттакие свидетелей не убирают. А все остальные - очень даже запросто. И этихостальных намного больше, чем настоящих невменяемых. Я удовлетворила твоелюбопытство?

- Да, спасибо.

В голосе Лили Настя уловила не то разочарование, не тосомнение.

- А почему ты спросила? Зачем тебе это?

- Да я курсовую по криминологии пишу… А в учебниках проэто совсем мало сказано…

- Ну, я рада, что оказалась тебе полезной, - Настяснова усмехнулась и жестом попросила мужа, чтобы проверил мясо на сковороде: непора ли переворачивать. - А я, в свою очередь, могу обратиться к тебе спросьбой?

- Конечно, тетя Настя, - с готовностью отозвалась Лиля.

- Ты уже взрослая, и если ты мне врешь, то, вероятно, утебя есть на это веские причины, и вполне возможно, причины даже уважительные,поэтому я не в претензии. Но, пожалуйста, в следующий раз, когда соберешьсяменя обманывать, делай это как-нибудь… половчее, что ли, поизящнее. А то, когдаменя пытаются провести на такой дешевой мякине, я начинаю думать, что тысчитаешь меня полной идиоткой, которую можно обмануть за три копейки.Согласись, это не очень приятно.

- Я не обманываю, тетя Настя… - залепетала девушка. -Мне правда для курсовой…

Настя не стала слушать эти глупости и мягко оборвала ее:

- Лиля, я могу считать, что мы договорились? Ты мневрешь, и я это отлично понимаю. Просто имей в виду на будущее, что вранье надозаранее обдумывать и выстраивать, чтобы не оказаться в глупом положении,особенно когда имеешь дело с людьми старше себя. Bсe, дорогая, целую страстно,папе и тете Тане передавай привет.

Она бросила трубку на стол и вернулась к изнурительномутруду по изготовлению салата. Чистяков, оторвавшись от пасьянса, с любопытствомприслушивался к ее разговору с Лилей.

- Аська, а почему ты решила, что она врет? - спросилон. - Может, ты зря на ребенка наехала?

- Ну прямо-таки! - фыркнула Настя и тут же чуть непорезалась. - Вот черт, кусок ногтя отстригла. Леш, дай свои очки на минутку,надо эту расчлененку из салата извлечь, а у меня уже глазки слабенькие.

Он протянул ей очки. Настя наценила их на нос и осторожновытащила из кучки нарезанной зелени кусочек ногтя.

- И вдаль не вижу, и вблизи не вижу, - пожаловаласьона, возвращая Леше очки. - Это что получается, близорукость вместе сдальнозоркостью, что ли?

- Именно так и получается, - кивнул он. - Типичноевозрастное явление.

- Если ты еще раз напомнишь мне о моем возрасте, -угрожающим тоном начала она.

- То ты меня убьешь, - тут же подхватил Чистяков, - итогда тебе придется до самой смерти готовить себе еду самой, а так тебепредстоит промучиться всего два с половиной месяца. Никогда не поверю, чтобы тыс твоим аналитическим мышлением не понимала, что выгодней. Кстати, ты мненасчет Лильки не ответила. Почему ты уверена, что она тебя обманывала?

- Потому что всего месяц назад она брала у меня книгипо теории государства и права. И ей неизвестно одно из основных понятийуголовного права - понятие невменяемости.

- И что? - не понял он.

- Леш, я, конечно, по твоим представлениям, глубокаястаруха, о чем ты не забываешь мне регулярно напоминать, и в университете яучилась в прошлом веке, но все-таки это было не сто пятьдесят лет назад, икое-что я еще помню. Нет и не может быть такого учебного плана в нормальномвузе, по которому теория права преподается одновременно с криминологией. Сейчасона изучает теорию и прочие основополагающие дисциплины вроде историигосударства и права, философии, истории политических учений, потом пойдутконкретные отрасли права, причем сначала конституционное, государственное, а ужпотом уголовное, которого она явно еще и не нюхала, а только потом настанеточередь криминологии. А Лилька мне на голубом глазу заявляет, что пишеткурсовик именно по криминологии. Да она его писать сможет не раньше, чем черездва года. И по-твоему, я должна это скушать?