Все вернется - Марина Серова

А может, у Любимовых имеется на примете подходящая кандидатура? Я набрала домашний номер Юлианы.

– Юль, это Полина. Скажи, у вас есть кто-то неработающий, кто мог бы на время устроиться в роддом на почетную должность санитарки?

– Даже не знаю. Надо подумать… А возраст значение имеет?

– Ничего такое тут значения не имеет. Роддому скоро срочно понадобится санитарка. Так что, Юлиана, думай! А то туда пригласят постороннего человека, и все наши труды пойдут прахом.

– Полин, я даже не знаю… Давай я с мамой посоветуюсь и перезвоню тебе.

Она отключилась. Я сделала себе бутерброд с сыром и налила чай. Так, идем дальше! Юлиана следит за главврачом из роддома. Я научила ее гримироваться и переодеваться, так что Ангелина Романовна не должна ее узнать. Ну, разве что Юлька столкнется с ней буквально нос к носу. Но этого случиться не должно, если она будет точно соблюдать все мои инструкции.

Зазвонил телефон. Я подняла трубку.

– Полина, это я, Юлиана. Мы посоветовались с мамой… Короче, у нас есть хорошая кандидатура. Буквально несколько недель тому назад мамина сестра, тетя Валя, вышла на пенсию. Она могла бы пойти работать в роддом. Если…

– Что «если…»?

– Если ее возьмут. Она ведь работала в Пенсионном фонде. Такие люди, как правило, санитарками не устраиваются. Это не вызовет подозрений?

– Не должно. Надо придумать ей легенду, почему она пошла именно в роддом и именно санитаркой.

– Да, мы подумаем… Я попозже перезвоню.

– Ты за Ангелиной сегодня следила?

– Да. Ничего особенного я не увидела. С работы она, как обычно, ушла вскоре после выписки женщин. Зашла в продовольственный, отоварилась, потом отправилась в ателье, наверное, шьет что-нибудь на заказ… Так, потом она побывала в магазине детской одежды… Потом пошла домой. Все!

– А в магазине детской одежды что она делала?

– Полин, я не знаю, я ведь туда не заходила.

– Жалко! Надо было просочиться следом за ней и посмотреть, что она купила.

– А это важно?

– В нашем деле все важно. У нее дети есть?

– Откуда я знаю! Судя по возрасту, должны быть, и уже не маленькие.

– Так вот, насчет ее детей надо все выяснить. Но это я беру на себя.

Я позвонила моему знакомому журналисту Антону Ярцеву.

– Привет, это Полина. Антон, скажи, тебе что-нибудь известно о главвраче старого роддома, Ангелине Романовне?

– О Жудиной?

– Честно говоря, я не знала ее фамилии. Значит, Жудина?

– Ну да. Что мне известно? А в каком плане?

– Антон, в любом!

– Года полтора тому назад я занимался этим роддомом…

– В связи с чем?

– Там произошла одна не очень-то красивая история… Умер ребенок. Матери его не отдали. Сказали, что у нее родился урод или что-то в этом духе. В общем, мать так запугали, что она и сама не захотела его взять, оставила ребенка и ушла. Она потом полгода лечилась у психиатра. У нее что-то с головой случилось на нервной почве. Но, говорят, она все же вылечилась. Потом даже второго родила, правда, уже в нашем новом роддоме.

– Ну и что тебе удалось нарыть?

– Да ничего особенного. Я даже статью не стал писать, материала было мало.

– А откуда ты об этом случае узнал?

– Муж этой женщины позвонил нам и рассказал. Я покопался, но так ничего особенного и не нарыл. Ну умер ребенок, бывает… Женщина тяжело это перенесла — такое тоже бывает. Она второго родила — и успокоилась. Вроде сейчас у нее все нормально.

– Понятно. А про саму главврачиху ты что-нибудь можешь сказать?

– А что тут скажешь? Она не замужем. И детей у нее нет. Опекает свою сестру и племянника. Лет ей… около тридцати семи. Мне тут по секрету шепнули, что она с мужем лет семь прожила, но детей у них не было, он ее и бросил. У него сейчас другая семья. А у сестры ее муж три года тому назад пропал без вести. Просто пропал — и все. Ушел то ли на работу, то ли к родителям, и больше его никто не видел. Его, кажется, по суду признали умершим. А Жудина с тех пор опекает сестру и племянника. Говорят, это ее единственные родные люди. Она ими очень дорожит. Вот и все, что я знаю.

– Спасибо, Антон.

Я положила трубку. Значит, Ангелина могла покупать вещи племяннику. Кому же еще, если своих детей у нее нет? Так, выходит, она племянника любит? Учтем — и используем это в своих целях. Я помозговала еще какое-то время, потом почувствовала, что хочу немного отдохнуть. Я убрала со стола и поднялась в свою комнату.

* * *

Ариша пришел поздно. Я уже легла, но, услышав, как он возится в кухне, накинула халат и вышла к нему. Дедуля мой был в прекрасном расположении духа. Он начал увлеченно рассказывать, как выиграл сегодня у главврача больницы в покер.

– Представляешь, Полетт, в первый раз мне выпала комбинация «стрейт-флэш» — пять карт «червей», начиная с восьмерки. Редкое везение! В другой раз у меня оказался «кикер». Я блефовал на ставке и опять выиграл! Пришлось угостить доктора на радостях коньячком, а потом мы еще перекинулись в «пульку».

Когда он закончил рассказ, я, наконец, смогла заговорить о своем.

– Дед, а я сегодня познакомилась со следователем, который не хочет заводить дело на главврачиху роддома.

Ариша посмотрел на меня понимающе:

– Я так и знал, Полетт, что ты за это возьмешься. Может, так и надо. Должен же кто-то помочь твоей подружке! Ну и как тебе этот субъект?

– Пока могу сказать одно: он жаден, щепетилен, слишком осторожен… А вообще, такой мерзкий тип, что меня от него просто воротит. Ты не представляешь, как он садится в свою машину!

– Неужели верхом, как на лошадь?

– Нет, конечно, но ритуал, который он каждый раз проделывает, прежде чем опуститься на сиденье, достоин отдельного описания!.. Дед, он к этому готовится, как к поездке в какой-нибудь дальний город. Проверяет, хорошо ли накачаны колеса, смотрит, что у него лежит в багажнике, в бардачке, оглядывает весь салон…

– Может, он проверяет, не подложили ли ему бомбу за время его отсутствия?

– Это карта низкого достоинства! Кому может понадобиться взрывать этого хорька?

– Не скажи! Следователи иногда ведут такие дела!..

Мы поговорили с дедом еще немного, и я отправилась спать.