Моя маленькая слабость - Марина Серова

— Это зависит от обстоятельств, — улыбнулась я.

— Но… — замялся он.

Чтобы не сильно его напрягать, я уточнила:

— Вообще-то мне нужен Михаил Яковлевич, он на месте? — с гордо поднятой головой поинтересовалась я.

— Проходите, пожалуйста, — он, словно заправский швейцар, отворил мне дверь.

Это помещение было вдвое больше холла. Попав туда, я сперва немного опешила. Контора «Небоскреба» была устроена на американский манер: рабочие места были разделены прозрачными стеклянными перегородками, так что все сотрудники были как на ладони. В дальнем конце зала я приметила лестницу, ведущую на второй уровень, который от основного помещения отделяла тоже стеклянная, но совершенно непрозрачная стена. Впрочем, я догадалась, сидящий за ней человек мог преспокойно наблюдать за происходящим внизу. Должно быть, не слишком приятно постоянно находиться под контролем, тем более не зная, смотрят на тебя или нет.

— Добрый день, — поднявшись из-за стола, на котором возвышался новенький «пентиум», приветствовала меня юная смазливая особа с выщипанными бровями.

— Здравствуйте, — улыбнулась я ей, — мне нужен Михаил Яковлевич.

— Его стол слева в самом конце, — она заученно растянула губы в улыбке.

— Вы очень любезны, — довольно сухо поблагодарила я ее и отправилась по указанному адресу.

Пройдя половину пути, я уже отыскала взглядом стол Брехмана. Его облик показался мне слишком уж знакомым. Подойдя ближе, я поняла, что не ошиблась. Если бы я была более чувствительной, какой-нибудь кисейной барышней девятнадцатого века, я бы наверняка грохнулась от неожиданности в обморок. Как бы не так, черт возьми, кисейная барышня никогда не поперлась бы одна в ресторан, не познакомилась бы там с первым встречным смазливым мужиком и не легла бы с ним в ту же ночь в постель. Да, вы правы, по иронии судьбы Миша из ресторана, с которым я только несколько часов назад горячо распрощалась возле «Лангуста», оказался Михаилом Яковлевичем Брехманом, заместителем покойного Спиридонова, с кем мне настоятельно советовала пообщаться Марина. Мой прагматичный ум выдал мне несколько запоздалую идею: если бы я знала об этом раньше, могла бы уже вчера вечером начать свои расспросы.

Он меня еще не видел, но это уже не имело никакого значения. Михаил поднял голову только тогда, когда я зашла за перегородку и остановилась возле его стола.

— Если не возражаешь, я присяду, — бесстрастно произнесла я и опустилась на стул, не дожидаясь ответа.

— Как ты меня нашла? — он позволил себе удивиться.

Чтобы расставить точки над «i», я положила перед ним лицензию.

— Я частный детектив, расследую убийство твоего начальника. Так что нравится тебе или нет, нам еще придется немного пообщаться.

— Тебя наняла Марина? — поднял он густые темные брови.

— Марина Николаевна, ты хотел сказать, или у тебя с ней более близкие отношения?

— Ты как-то слишком резво начала, — иронично улыбнулся Михаил, — я что-то плохо соображаю, чего ты от меня хочешь? И потом, здесь не очень-то удобно разговаривать, может, пойдем в кафе, выпьем чего-нибудь, я угощаю.

— Мне все равно, — пожала я плечами, — пойдем, только вот пить я пока не собираюсь.

Мы почти одновременно поднялись из-за стола и, сопровождаемые пристальными взглядами Мишиных сослуживцев, направились к выходу.

— Лариса, — Михаил остановился возле безбровой особы, — если меня будут спрашивать, я скоро буду.

В кафе в этот час было пусто. Мы устроились за круглым столиком у окна и заказали белое вино. Я сделала всего два глотка и попросила кофе.

— Никак не можешь прийти в норму? — участливо посмотрел на меня Михаил.

— Что ты думаешь об этом убийстве? — Я вперила в него острый взгляд.

— То есть как что? — усмехнулся Михаил. — Понятия не имею. Милиция говорит, что это ограбление…

— Все почему-то твердят одно и то же… — пренебрежительно отозвалась я. — И мне всем приходится напоминать, что ценные вещи у Сергея Петровича не взяли.

— Ну, тогда не знаю, — пожал он плечами, — врагов у него вроде не было.

— А как у него обстояли дела с Тюленем?

— Как-то странно вот так разговаривать… — загадочно посмотрел он на меня.

— Как «вот так»? — бросила я на него ироничный взгляд.

— Вчера я и представить себе не мог, что ты частный детектив, — грустно и даже немного потерянно улыбнулся Михаил.

— Я тоже не знала, кто ты, — спокойно согласилась я, — но теперь-то мы знаем, кто есть кто, а посему не будем отвлекаться.

— Слишком официально, — скривил губы Михаил, — ну да ладно, слушаю тебя.

— Значит, с Тюленем он ладил? — Я вытащила пачку «Кэмела», а Михаил поднес мне свою зажигалку и потом закурил сам.

— Все как у всех: отстегивал ежемесячно сумму, — меланхолично улыбнулся Брехман.

— И никаких претензий?

— Насколько мне известно…

— Ты с Тюленем уже разговаривал после убийства?

— Он, естественно, звонил, интересовался, — вяло проговорил Брехман, — теперь мне самому придется иметь с ним дело. Хотя все решать, конечно, будет Марина Николаевна.

— Она намерена возглавить фирму? — я склонила голову набок и смотрела на его губы.

— Нет, — кашлянул он, — она хочет заниматься тем, чем занималась, руководить работой дизайнеров.

— А кто будет у руля? — заинтересовалась я.

— Я, — равнодушно произнес Михаил.

— Марина Николаевна — твоя любовница, извини за прямоту? — теперь я смотрела Михаилу в глаза.

— С чего ты взяла? — усмехнулся он.

Я пыталась отыскать на его лице что-то похожее на смущение или неловкость, но Михаил был бесстрастен и ироничен.

— Интуиция, — язвительно улыбнулась я, — так да или нет?

— Нет, — отрезал Михаил.

— Постой-ка, — меня вдруг осенило, — а это не она была с тобой вчера в ресторане?

— Она, — спокойно подтвердил Брехман.

— Деловая встреча? — я с едким недоверием уставилась на него.

— Именно, — односложно отвечал Михаил.

— А почему в ресторане, а не в офисе? — нудно интересовалась я.

— Я что, должен перед тобой отчитываться? — холодно спросил Брехман.

— В подобных обстоятельствах — да, — злорадно произнесла я, не убоявшись его недовольства или даже возмущения.

— Ты подменяешь собой, сыщик, правоохранительные органы, — одернул он меня и поджал губы. — Или ты думаешь, что я своим любовным пылом заслужил пост управляющего?

Он рассматривал меня, как препарированную лягушку под микроскопом: столько в его взгляде было снисходительного пренебрежения и насмешливой внимательности. Не на ту нарвался, голубчик! Я сделала непроницаемое лицо и резко сказала: