Моя маленькая слабость - Марина Серова

«Неужели это аперитив со мной играет такие шутки?» — усмехнулась я, беря со стола мою замечательную сумочку, довольно увесистую благодаря «макарову», покоившемуся на дне. Взгляд мой скользнул по брюнету. Он, надо отдать ему должное, сразу как-то напрягся. «Неужели плюнет на свою подружку и отправится следом за мной?»

Демонстративно смотря прямо перед собой, я вышла из зала, скорее чувствуя спиной, чем слыша четкие, неторопливые шаги брюнета. «А вдруг он какой-нибудь мафиози? — мелькнуло в голове. — Ну и что? Или тебе впервой с мафиози общаться?» Не успела я покинуть холл и распрощаться с зеркалом, висящим возле искусственной пальмы, как незнакомец возник прямо передо мной.

— Добрый вечер, — сказал он приятным, немного глуховатым баритоном, — разрешите представиться: Михаил.

Я загадочно улыбнулась, потому что не знала, как себя вести, честно говоря. Сделать гордое выражение лица или засветиться радужным счастьем? В первом случае он может счесть меня недотрогой, во втором — слишком доступным объектом. Мои размышления заняли не больше секунды, но мне показалось, что прошла целая вечность. Наконец я растянула губы в улыбке и кокетливо произнесла:

— Татьяна.

— Очень приятно, — мой новый знакомый сделал попытку склониться над моей рукой.

Этот галантный жест представлялся мне слишком интимным, что ли. Я руки не подала, делая вид, что не понимаю, чего он домогается. Вблизи Михаил выглядел еще более привлекательным: высокий, с развитыми плечами, с матово-смуглой кожей. У него были тонкие черты лица и при всем этом его облик был отмечен печатью сдержанной мужественности и силы. Я по-дурацки долго и нудно разглядывала его, так что очень удивилась (точно он был статуей), когда увидела, как его хорошо очерченные губы зашевелились:

— Прекрасный вечер… Единственное, что его омрачает, это то, что я не один… Если вы не против, я могу исправить этот недостаток.

— Каким образом? — спросила я, заинтригованная такой смелой речью.

— Я попрощаюсь с моей знакомой, и мы с вами отправимся в какой-нибудь другой ресторан или кафе… — он не сводил с меня своих бархатных глаз.

— Очень мило, — усмехнулась я, — а ваша знакомая, как она взглянет на это?

— Меня больше интересует, как вы на это взглянете, — довольно дерзко ответил он.

Я снова оцепенела, не зная, согласиться или отказаться. Кавалерийская отвага моего нового знакомого меня прямо-таки сбила с толку.

— Мне кажется, что вы согласны, — заглянул он мне в глаза, чем поверг меня в окончательное замешательство.

— По-моему, — решила я вставить ему шпильку, — вы слишком высокого мнения о себе.

— Дело не во мнении, — хмыкнул Михаил, — а в обоюдном желании. Я предлагаю вам сменить обстановку, всего-навсего. Никаких последствий. Просто вы понравились мне… Но это не означает, что я буду от вас чего-то требовать.

«Ну, этого-то ты, дружок, сделать просто не сможешь», — усмехнулась я про себя.

— И какой же ресторан мы посетим? — с веселым азартом спросила я, чувствуя приятную дрожь в пальцах.

— «Елисейские поля», например. Вы любите французскую кухню? Одну минуту, я сейчас освобожусь.

Он кинул на меня обольстительный взгляд и пошел обратно в зал. Я же решила проконсультироваться с зеркалом, а заодно и успокоиться.

Когда Михаил снова появился в холле, я уже натянула на себя маску равнодушного кокетства.

— Честно говоря, я боялся, что вы мне откажете, — улыбнулся он, беря меня под руку. — Какие у вас духи восхитительные. Такой нежный аромат…

«Тот еще соблазнитель», — свысока подумала я. Но мне почему-то импонировало идти под ручку с донжуаном. Хотя, может, он и не донжуан. Но во всяком случае лучше такой вот раскованный мачо, чем какой-нибудь закомплексованный парень.

Мы поехали в «Елисейские поля» на его серебристом «Форде». Свою «девятку» я решила оставить на стоянке у «Лангуста». Цены, конечно, бешеные, но я была увлечена Михаилом, а потому временно наплевала на расходы. В «Полях» царила теплая атмосфера, еда была восхитительной, арманьяк тоже был неплох, а разгоряченные взгляды Михаила все больше и больше напоминали призыв о помощи.

К одиннадцати я уже была изрядно пьяна. Михаил только пригубил рюмку — он был за рулем. В машине, когда он вез меня к себе домой, сквозь алкогольные пары в моем сознании проступали контуры моей благородной и доходной миссии по поимке преступника. Во мне еще шевелились разного рода угрызения. Но должна же я когда-нибудь отдыхать! Завтра я поеду в контору и по возможности проясню ситуацию — успокаивала я себя.

— Что-то ты стала какой-то молчаливой. Ты так и не сказала, чем занимаешься… — улыбнулся Михаил.

— Делаю скрипки, — засмеялась я.

— Правда? — наивно спросил он.

— Но не просто скрипки, — веселилась я, — а со специальным отростком.

— Впервые слышу, — приподнял брови мой спутник.

— Долго объяснять… — смеялась я, вспоминая пассаж из дневника Дали, где он рассказывает о китайской скрипке-мастурбаторе, которую ему должна была привезти некая княгиня П.

— Но это же, наверное, интересно…

— Не так, как кажется. Ты-то тоже мне ничего не сказал о своей работе.

— Скучное административное поприще. Я не люблю об этом распространяться, — Михаил крутнул руль, и мы въехали в небольшой темный двор.

— Ты же обещал ничего не требовать, — продолжала потешаться я.

— Я и не буду. Все будет так, как ты скажешь, — он насмешливо посмотрел на меня.

Ну да, конечно, он уверен в своем шарме. Поэтому ему не приходится что-либо требовать от женщин, они и так с лихвой дают ему все, что он хочет. Возможно, даже после таких вот быстрых знакомств, совместного ужина и ночи они еще долгое время преследуют его, не дают ему прохода. Поэтому он и не любит распространяться о своем «административном поприще». Я даже с каким-то сочувствием посмотрела на его гордый профиль.

— Квартира не бог весть что, — пренебрежительно пожал он плечами, — но нам же это не важно, — он скосил на меня свои темные глаза, как бы ища поддержки, — выпивка есть, закуска — тоже. Музыка, чистое белье, ванна, горячая вода и… — он внезапно осекся.

Первым моим импульсом было потребовать, именно потребовать, чтобы он остановил свой «Форд» и высадил меня. Что это он несет о чистом белье, что себе позволяет?

— …испытанный сексодром, ты хотел сказать? — с томной издевкой полюбопытствовала я.

— Прости, не хотел тебя обидеть. Старая привычка… — он смущенно кашлянул.

— Привычка старого ловеласа? — холодно произнесла я.

— Согласен, я допустил оплошность…

— Грубость, — с самодовольным видом поправила я его, — видишь ли, Михаил, я не люблю самоуверенных типов. Их самонадеянность сразу все портит… Ты рассчитываешь поимпровизировать, а они тут же пичкают тебя дурацкой, чудовищно прагматичной информацией…