Фанатик - Джеймс Хедли Чейз

Мужчина в белом халате вновь взял золотую ручку и принялся за свои игры. Затем невозмутимо глянул на Линдсея холодными, ничего не выражающими глазами.

– Очень интересно, – сказал он негромко. – Третьего, вы сказали, не так ли? Да, возможно, я смогу освободиться на... вы сказали, три недели? Да, предполагаю, это возможно. – Черные глаза-бусинки буквально ощупывали безмятежное лицо Линдсея. – Кто пациент?

– Это вы узнаете в свой срок.

– Понимаю, – пухлые пальцы прикоснулись к кнопке звонка, не нажимая на нее. – Как мы договоримся?

– Я приеду сюда третьего в десять утра. Затем мы вместе отправимся в... определенное место, где находится пациент, и вы пробудете там, предположительно, три или четыре недели. Захватите с собой все необходимое. Если понадобится что-то дополнительно, дайте мне знать.

Кунтц кивнул, нажимая кнопку звонка.

– Вы сказали, десять тысяч долларов? – алчность сверкнула в маленьких глазках.

– Да. Вы получите их, если мы будем удовлетворены вашей работой.

В кабинет вошла медсестра, и Линдсей поднялся.

– Да встречи третьего, доктор, – кивнув на прощание, он пошел вслед за медсестрой к выходу.

Спускаясь к «кадиллаку», Линдсей едва слышно мурлыкал себе под нею. Сев за руль, он открыл отделение для перчаток и взял леденец из коробочки.

* * *

Действуя по инструкции Линдсея, Чет Киган подъехал к клубу «Гоу-гоу». Это увеселительное заведение обслуживало, главным образом, простой люд. Здесь собирались моряки, сходящие на берег в поисках крепких напитков, доступных женщин и веселой музыки. В клубе всего этого было в избытке. А еще там умели утихомирить любого подвыпившего буяна. Скандалы и разборки происходили так редко, что полиция была довольна и почти не заглядывала в это заведение. Ее отношения с клубом строились по принципу: живи сам и давай жить другим. Для поддержания порядка в клубе держали шестерку вышибал, способных в мгновение ока пресечь любую потасовку еще в зародыше. Они не знали никаких запретов в драке, использовании кастетов, дубинок и прочих подручных средств. Бывало, отчаянные матросы, подогретые большими порциями виски, затевали потасовку ради собственного удовольствия. Но драка моментально гасла, как костер под проливным дождем, а ее участников профессионалы-вышибалы выносили на стоянку машин перед клубом. Очухавшись, избитые весельчаки возвращались на родные корабли, надолго усвоив полученный урок.

В клубе работали очень привлекательные девушки. Все они были не старше двадцати четырех лет: проститутки и просто любительницы острых ощущений, желающие подзаработать. Девушки носили униформу: узкий лифчик, шелковые трусишки, позолоченные туфли на высоких каблуках. К пупку липкой лентой крепилась гвоздика. Пониже спины на одежде были вышиты надписи: «Не швартоваться!», «Это принадлежит мне!», «Не хватать руками!», «Нет входа!» и тому подобная чепуха.

Звездой среди девушек клуба, без сомнения, была Дрена Френч. Исходя из информации, которую получил Линдсей от детективного агентства, эта девушка приехала в Парадиз-Сити полтора года назад. Ей было двадцать два года, черноволосая, удивительно красивая. Моральных принципов у нее было не больше, чем у бродячей кошки.

Именно к ней, следуя инструкциям Линдсея, приехал Киган. Он вошел в клуб, кивнул швейцару, который одарил его дежурной улыбкой, отдал шляпу гардеробщице и, отодвинув красный вельветовый занавес, вошел в шумный, насквозь пропахший сигаретным дымом зал. Там сидело человек тридцать подгулявших матросов и несколько хорошо одетых мужчин – скорее всего, банковских клерков среднего разряда, которые пришли сюда расслабиться.

Киган сразу заметил Шайна ОБрайена, управляющего клубом, и стал пробираться к нему между тесно поставленных столиков, отмахиваясь от цеплявшихся девиц.

ОБрайен, высокий рыжеволосый ирландец с серо-голубыми глазами и перебитым носом, с опаской глянул на Кигана. Он не любил этого красавца, так как знал, что Киган очень опасен: профессиональный убийца.

– Привет, Шайн, – поздоровался Киган. – Похоже, дела у тебя идут хорошо.

– Как сказать. Еще слишком рано, – проворчал Шайн. – Ты бы посмотрел, что здесь будет твориться в два часа. Сегодня в гавань зашел лайнер. Представляешь, сколько здесь будет матросов!

– Да уж, – Киган закурил. – А где Дрена? – спросил он как бы между прочим.

– Занята. А зачем она тебе?

Киган улыбнулся.

– Успокойся, приятель, она мне нужна. Наклевывается небольшое дело, так что найди ее.

ОБрайен встревожился. Несмотря на шестерых вышибал и свою немалую силу, он все же побаивался Кигана.

– Послушай, друг, она представляет слишком большую ценность для клуба. Ты меня понимаешь? Я не хочу, чтобы она работала на тебя.

– Неужели? – Киган продолжал улыбаться. – Это плохо. Глохни, приятель, и приведи ее сюда. Иначе однажды ночью мы придем вместе с Лу... и отлично повеселимся. Так что вперед, ирландец.

Серьезную угрозу ОБрайен чувствовал с полуслова. Поколебавшись, он все же решил, что из-за Дрены не стоит рисковать по-крупному, и ушел. А Киган сел за один из пустых столиков.

Дрена Френч едва протолкалась к нему сквозь толпу матросов, руками отбиваясь от особо наглых. Она была в стандартной униформе. Лозунг на ее шортах гласил: «Попка мое имя, страсть моя натура».

Дрена остановилась рядом с Киганом и посмотрела выжидающе. Глядя на его кукольное лицо, никто бы не подумал, что этот человек очень опасен. Но от ОБрайена она знала, кто этот красавчик, и не обманывалась насчет его внешности.

– В чем дело, дорогой? – сказала она, наклоняясь над Киганом.

– Переоденься, – коротко велел Киган. – Я буду ждать тебя на выходе через десять минут. У меня есть интересное предложение.

Дрена рассмеялась.

– Не проще ли подняться ко мне? Я работаю здесь и не могу покинуть заведение. Кроме того, меня не удивишь никаким предложением. Это так скучно.

Киган едва контролировал свои эмоции. Ему чесалось влепить увесистую оплеуху Дрене, по связываться с шестеркой вышибал ОБрайена как-то не хотелось. Подавив злобу, он сказал:

– Но моим предложением ты заинтересуешься, бэби. Речь идет о больших деньгах. У меня есть работа как раз по твоему профилю.

Дрена вздрогнула, изумленно уставясь на Кигана.

– Шутишь?

– Нет. – Киган вытащил из бумажника три банкнота по сто долларов и, поднявшись, сунул деньги в декольте.

– Торопись, бэби. Напоминаю: у тебя есть десять минут на то, чтобы переодеться. – И, не тратя времени на лишние слова, он вышел из клуба.

Из облака сигаретного дыма вынырнул ОБрайен.

– Что ему надо? – требовательно спросил он.

– Понятия не имею. – Дрена вытащила триста долларов из бюстгальтера и продемонстрировала их Шайну. – У него есть какая-то работа для меня. Могу я уйти, Шайн?