Любовница года - Марина Серова

А если бы охрана осталась ждать? Удостовериться, что босс целым и невредимым вошел в ворота? Тогда следовало отказаться от затеи или перестрелять всех, иначе сам рисковал попасться на месте преступления.

Н-да-с… Нужно отметить еще и то, что стрелок заранее не знал, где именно по отношению к нему будет находиться Артемьев. Выходит, что жертва сама, так сказать, себя подставила, да еще постояла, подождала, когда в нее хорошенько прицелятся, это ведь просто подарок судьбы.

Если бы все произошло по-другому? Если бы Артьемьев вышел из машины и, не мешкая, отправился прямехонько домой? Тогда в распоряжении стрелка – несколько секунд. И если этот человек надеялся за такое время успеть сделать все, что ему было нужно, значит… Значит, Эмма права, мы имеем дело с профессионалом. Конечно, не обязательно с профессиональным убийцей, но с профессиональным и опытным стрелком, без сомнения.

И между прочим, далеко не каждый частный охранник обладает подобными качествами. Так что, может, и не стоит особенно переживать из-за того, что у всех охранников алиби. Может, они к таким вещам и отношения не имеют. Может, никто из них с десяти шагов и в стену сарая не попадет.

Нет, все-таки в который раз убеждаешься, действие – лучшая панацея от всего. Вот стоило мне совершить незатейливое, казалось бы, действие, осмотреть место преступления, и сколько новых мыслей, сколько идей зароилось. И надо мне было сидеть дома целых два часа в бесплодном унынии…

Еще раз на прощание окинув взглядом облюбованную мною позицию, я приметила даже несколько сломанных ветвей, открывающих лучший обзор нужных ворот. Конечно, совсем не обязательно, что сломал их загадочный стрелок, но… все может быть. Возможно, и единственный вещдок – гильзу нашли где-то здесь.

Примерившись к веткам, я определила, что если сделано это с той целью, о которой я думаю, то человек должен быть немного выше меня ростом, то есть высокий, под метр девяносто.

Удостоверившись, что место преступления осмотрено тщательно и мне больше нечего здесь искать, я вернулась к машине.

Обратно я решила проехать там, где, по моим предположениям, мог бы ехать убийца.

Грунтовка долго шла вдоль посадки, потом огибала небольшое озеро, затем петляла между какими-то одноэтажными постройками, с виду напоминающими коровники, и только потом выходила на асфальтированную трассу, ведущую в коттеджный поселок, и, соответственно, выводящую из него.

Что ж, пути отступления вполне подходящие. Думаю, так он и уезжал отсюда, этот загадочный исполнитель. А если хорошенько пошарить на дне этого озера, возможно, найдется и орудие убийства, отсутствие которого так огорчало следователя Мишу Пронькина.

Выехав на асфальт, я сбавила газ и двигалась медленно, размышляя, каким должен быть следующий пункт моего путешествия.

Классическая схема, которую я пыталась реализовать после осмотра места преступления, предполагала беседу с родными и близкими потерпевшего и подозреваемого, но что-то подсказывало мне, что время для этой беседы еще не пришло. Судя по тому, как высказывались эти близкие на протокол, желанием поделиться информацией никто из них не горел, и чтобы беседа моя оказалась результативной, необходимы были стимулирующие факторы, например, рекомендация знакомых или какая-то веская причина, по которой именно мне захотели бы они выложить всю подноготную.

Но на данный момент порекомендовать меня женам и неопрошенной мною любовнице Кате никто не мог, а вескую причину я пока не придумала.

Пожалуй, придется сейчас сосредоточиться на коллегах. На предприятиях даже следователи еще не успели побывать, так что здесь я немного сыграю на опережение, и, как знать, может, судьба вознаградит меня за рвение и подарит информацию, проливающую хоть какой-то свет на это темное дело.

Определившись с направлением, я надавила на газ и, радуясь приволью почти пустой пригородной трассы, на всех парах покатила в город.