Декстер мертв - Джеффри Линдсей

– Правда? Ты пришел к нему? В лабораторию?

Брайан снова сверкнул зубами.

– Нет. Я дождался, пока он пойдет пообедать, и последовал за ним в ресторан «Октавио» около Восьмой улицы.

Я кивнул. Я знал это местечко, но рестораном его назвать было сложно. Скорее забегаловкой; там подавали, пожалуй, худшую кубинскую еду в городе. Но дешевую. Такую же дешевую, как сам Винс.

– И что узнал? – спросил я.

– Кое-что чрезвычайно любопытное, – ответил Брайан, лучезарно помахав водителю цистерны, который неожиданно выскочил перед нами на дорогу. – Для начала замечу, что Винсент Масука и правда тебе друг. – Брайан приторно улыбнулся своей напускной улыбкой. – До определенной степени.

– Пожалуй, у всех есть предел, – заметил я.

– Тоже верно. Но у Винса предел гораздо дальше, чем ты думаешь. – Он замолчал и погудел пикапу с тремя гончими в кузове, который рванул через две полосы, судя по всему, с одной лишь целью – встать перед нами и сбавить скорость.

Потом Брайан свернул на правую полосу и обогнал пикап. Гончие с печальным безразличием проводили нас взглядом.

– Говоря короче, – продолжил Брайан, – детектив Андерсон хорошенько надавил на Винса.

– Чего он хотел?

Брайан опять улыбнулся.

– О, почти ничего, – весело заметил он. – Всего-то – утаить доказательства, подделать отчеты, солгать в суде – глупости, да и только.

– И Винс отказался? – изумился я.

Винс был некрупным парнем и, мягко говоря, нерешительным.

– Отказался. – Брайан кивнул. – В том числе и когда Андерсон заявился к нему – рвал и метал. Андерсон, кстати, пожаловался твоему начальнику, а тот предложил отстранить Винса от дела, если не будет паинькой. А потом… – Брайан выдержал театральную паузу. – Потом Винс сделал кое-что действительно немыслимое.

– Неужели? – полюбопытствовал я, пытаясь представить, на что же такое необычайное способен Винс, но не смог. – И что же?

– Он нагрянул к прокурору штата и рассказал обо всем, – торжественно ответил Брайан. – Принес доказательства, отчеты – в общем, все, к чему успел приложиться Андерсон.

– Да, – сказал я, – это действительно немыслимо.

Немыслимо, что правда, то правда. Разумеется, не то, что Андерсон приложился к документам, об этом я и так догадывался. Поразило меня другое. Во-первых, в участке никто и никогда ни на кого не докладывает – тем более прокурору штата; это против полицейского кодекса чести. Во-вторых, то, что это сделал Винс – известный тихоня, потрясало воображение.

– И что потом? Поэтому Кронауэр так быстро меня вызволил?

– О нет, дорогой мой братец, – возразил Брайан. – Избавься от наивных заблуждений. Мир не столь прост.

– Как и твои ответы, – заметил я. – Так что сказал прокурор?

– А что сейчас говорят вместо «убейся об стену»? – спросил Брайан задумчиво. – Не уверен, что это выражение еще в ходу.

– Он так и сказал?… Винсу?

– Что-то в этом духе. – Мы покатили по оживленной улице, и Брайан покосился на меня: – Рассеял свои заблуждения, брат?

– В моих заблуждениях прокуроры штата гости не частые.

– Вряд ли какой-то детективишка рискнул бы шантажировать прокурора. Хотя, кто знает, всякое может быть.

– Может, – согласился я. – Но не думаю, что в нашем случае. – Покосившись на меня, Брайан вскинул бровь. – Даже такой сумасшедший однобровый коротышка, как Андерсон, не осмелился бы угрожать прокурору. Хотя…

Я задумался. Совестливый трудяга приносит прокурору штата документальное подтверждение того, что некий детектив злоупотребляет служебным положением, совершает противоправные деяния и фальсифицирует доказательства. Однако прокурор штата не спешит благодарить трудягу и бросаться в бой со злобным нарушителем. Вместо этого он говорит Винсу идти куда подальше, просит оставить его в покое и велит, что называется, убиться об стену. В самом деле, не так должны вести себя прокуроры. Но мне на собственном опыте известно, что в нашей судебной системе ничего не работает так, как должно. Правда, пожалуй, это утверждение справедливо почти обо всем на свете: когда вы в последний раз встречали официанта, который всегда хотел быть официантом, а не ждет знака свыше, чтобы стать актером, писателем или танцором?… Но, разумеется, в судебной системе ставки выше – столько жизней висит на волоске, – поэтому невольно надеешься на лучшее.

Что ж, надежда – удел тех, кто не знает правды. А я в тот миг, как мне казалось, знал ее.

– Хотя, может, и так… – сказал я. – Но не слишком ли банально?…

– Не более банально, чем выражение «убейся об стену», – заметил Брайан. – А есть причины?

– Во-первых, это мое дело – вполне себе публичный фингал под глазом у всего полицейского участка. Прямо-таки национальное достояние.

– Интернациональное, – поправил Брайан. – В Мексике ты тоже засветился в новостях.

– Ну вот. Поэтому дело просто обязаны раскрыть. И сделать это можно, только обвинив кого-то вроде меня.

– И кто же подходит кроме тебя?

– Никто, – ответил я. – Но это еще не все. Представь, что ты адвокат.

– Право. – Брайан передернул плечами. – У меня ведь есть принципы.

– А теперь представь, что одного или даже нескольких твоих клиентов осудили на основании доказательств, предоставленных детективом Андерсоном.

– О.

– Да. Как только выяснится, что Андерсон однажды уже подделал доказательства…

– Не составит труда убедить судью, что он подделывал их и в другой раз, – догадался Брайан.

Я кивнул.

– Или еще хлеще: что он подделывал их каждый раз. На каждом своем деле. А ведь у детектива Андерсона, как и у большинства детективов, за спиной далеко не одно дело.

– И улицы заполонят отпущенные на свободу преступники, – подхватил Брайан.

– Точно. А до этого большинство предпочтет не доводить.

– Ну, что поделать. – Брайан ухмыльнулся. – Мы живем в удивительные времена.

– И очень суетные, – прибавил я. – Так что же будет, если каждого преступника, осужденного Андерсоном за последние пять лет, оправдают? Что тогда?… – Теперь эффектную паузу выдержал я.

– Ох, братцы, еще что-то? – ахнул Брайан с притворным ужасом.

– Маленькая деталь, – сказал я. – Во Флориде прокурора избирают.

– Браво! – Брайан развеселился. – Какая чудесная глупость!

– Да, не так ли? – согласился я. – Милосердие существует, только вот раздает его человек, который поднялся на трон, руководствуясь правилом «меньшее из зол».

– А чтоб его переизбрали, он должен предоставить внушительный список осужденных, – кивнул Брайан.