Дурная кровь - Роберт Гэлбрейт

Карл О. Брайс

Карл О. Брайс, инструктор по личностному росту, предприниматель, лауреат ряда литературных премий, посвятивший себя мужской тематике, включая маскулинность, права отцов, гиноцентризм, психическое здоровье мужчин, женские привилегии и токсичный феминизм. Пережитый Карлом личностный опыт гиноцентричной семьи, столкновения с судебной системой, мужененавистничеством и эксплуатацией мужчин сформировал у него инструментарий и профессиональные навыки, дающие ему возможность направлять мужчин из всех слоев общества на путь более здоровой и счастливой жизни. В своей отмеченной наградами серии книг Карл исследует катастрофические последствия современного феминизма для свободы слова, распределения рабочих мест, прав мужчин и создания полноценной семьи.

Внизу страницы, под сведениями об авторе, Робин увидела дешевые, непрофессионально выполненные обложки. На всех были изображены женщины в различных, но слегка отдающих порнографией костюмах и позах. Обложку книги «От куртуазной любви до куртуазности в семье: история гиноцентризма» украшала сидящая полуголая блондинка в короне, тогда как брюнетка в резиновом костюме штурмовика тыкала пальцем в объектив на обложке произведения, озаглавленного «Позор: современная война против маскулинности».

– У него есть собственный сайт, – подчеркнул Страйк, вновь поворачивая монитор к себе. – Книжки он печатает за свой счет, поучает мужчин, как им реализовать право на общение с детьми, а из-под полы приторговывает энергетическими коктейлями и витаминами. Думаю, такой субъект не упустит случая с нами побеседовать. Видимо, он из тех, кто спешит на запах скандальной славы или денег. К слову сказать, – вспомнил он, – как у нас продвигаются дела с женщиной, которая считает, что видела Марго за окном… как там ее…

– Аманда Лоуз, – подсказала Робин. – Я обратилась к ней повторно и предложила оплатить ей все транспортные расходы, если она приедет в офис, но ответа пока нет.

– Не давай ей продыху, – потребовал Страйк. – Ты понимаешь, что мы уже на полгода…

– Представь себе, понимаю, – не сдержалась Робин. – Меня в школе учили считать.

Страйк слегка вздернул брови.

– Прости, – пробормотала она. – Усталость накатывает.

– На меня тоже, но при этом я держу в уме тот факт, что мы пока еще не вышли на след некоторых довольно важных фигурантов. Например, Сетчуэлла.

– Я над этим работаю, – сказала Робин, глядя на часы и поднимаясь с кресла. – По-моему, все нас ждут.

– Зачем Моррис притащил этот веник? – спросил Страйк.

– Для Пат. В честь Дня святого Валентина.

– Какого черта?…

Остановившись у двери, Робин оглянулась на Страйка:

– Разве это не очевидно?

Она вышла из кабинета, оставив Страйка хмуриться ей вслед и размышлять, что же здесь столь очевидно. Ему приходили в голову только два повода преподнести женщине цветы: чтобы с ней переспать или чтобы избежать выволочки за отсутствие букета в тот день, когда его ждут. Ни тот ни другой вариант к данному случаю явно не подходил.