Совы охотятся ночью - Энтони Горовиц

— А вот я думаю, что имеете, Эйден. Каков сюжет «Свадьбы Фигаро»? Он строится вокруг распутного аристократа графа Альмавивы. Граф влюблен в Сюзанну, служанку своей жены. Но девушка собирается замуж за Фигаро. И вот в первую брачную ночь граф пытается воспользоваться своим «droit de seigneur»^[22], дающим ему право провести ночь с Сюзанной.

Будучи в Лондоне, я навела справки о Фрэнке Пэррисе. Он любил сексуальные игры, включающие унижение и подчинение. В некотором смысле он олицетворял себя с графом Альмавивой. Представим, что Фрэнк приехал в «Бранлоу-Холл» и столкнулся с мальчиком по вызову, которого знал много лет назад. В былые времена он часто платил Лео за секс. Но Лео поднялся по социальной лестнице. Он вот-вот женится на девушке из почтенного семейства и получит непыльную работу в придачу. Что скажут Лоуренс и Полин Трехерн, если узнают истинную подноготную будущего зятя? Фрэнк обрел власть над Лео, и ему в голову пришла заманчивая идея. Он воспользуется своим droit de seigneur и трахнет жениха в ночь накануне свадьбы.

Я предполагаю, что, заключив ладонь Эйдена в свои руки, он передал ему дубликат ключа от своего номера. К тому времени они уже пришли к соглашению. Видимо, Фрэнк получил истинное удовольствие, вручая Лео ключ прямо на глазах у женщины, на которой ему предстояло жениться.

— Вы все выдумали! — заявил Макнейл. — Это все наглая ложь!

— Ну давайте посмотрим, что было дальше. Представим, что вы, Эйден, приняли решение не играть по правилам Фрэнка. Вместо этого вы задумали избавиться от этого мерзкого извращенца раз и навсегда. И у вас есть очень удобный козел отпущения.

Вы отправляетесь на вечеринку, устроенную Лоуренсом и Полин Трехерн для персонала. Сесили принимала снотворное, диазепам, и вам не составило труда украсть пару таблеток и подбросить их в напиток Кодреску. Отправляясь спать в ту ночь, Штефан был одурманен, а не пьян. На следующее утро он едва разлепил глаза, а спал наверняка как убитый.

Сесили тоже приняла таблетку и уснула, после чего вы тайком отправились на полуночное свидание. Для вас было важно, чтобы Штефана видели входящим в номер двенадцать, и вы тщательно все подстроили. Вы взяли из подсобки ящик с инструментами и надели шапочку-бини, такую же, как у него. Вы вошли через главную дверь и поднялись на лифте на третий этаж. Дерек Эндикот сидел за стойкой администратора внизу. Как выманить его наверх, чтобы он вас увидел?

Выход нашелся — это Медведь, пес. Предположу, что вы воспользовались ирландской брошью, лежащей на столике рядом с его корзиной.

Я заранее взяла брошь и теперь достала ее из сумочки и отстегнула заколку, имевшую дюйма два в длину. Я положила украшение на стол перед Локком.

— Когда все закончится, — сказала я, — вам стоит отдать эту вещицу в лабораторию, старший суперинтендант. На ней могли остаться следы крови Медведя. Думаю, Эйден специально уколол ею пса, чтобы тот подал голос.

Я снова повернулась к Макнейлу:

— Итак, Дерек поднимается наверх, чтобы посмотреть, в чем дело. Он наклоняется к собаке, и вы тем временем проскакиваете по коридору по направлению к номеру двенадцать. В коридоре темно. Дерек едва успевает разглядеть вас и замечает только бини и ящик с инструментами. И разумеется, принимает вас за Штефана. Однако он все равно идет по коридору, чтобы убедиться, но за те несколько секунд, которые ему на это потребовались, человек исчезает. О чем это говорит? Стука Дерек не слышал. Голосов тоже. Ни обмена приветствиями, ни объяснений — ничего подобного. Фрэнк мог помешать двери защелкнуться, подставив корзину для мусора или еще что-нибудь, но мне это кажется маловероятным. Часть забавы заключалась в том, чтобы Лео вошел сам, и у него, разумеется, был ключ.

Вы в двенадцатом номере. Фрэнк встречает вас. Вы ждете, когда Дерек спустится к себе. Потом достаете молоток и избиваете Пэрриса с такой жестокостью, что на следующий день его с трудом можно опознать. Это было убийство на почве лютой ненависти, я с самого начала это поняла. И у вас имелись все причины злиться.

Но это еще не конец. Лишив Фрэнка жизни, вы вытаскиваете деньги у него из кошелька. Еще вам нужно немного крови, чтобы испачкать простыни и душевую в комнате у Штефана. Думаю, именно для этого вы стащили поршневую ручку Лоуренса. Она никогда не была в использовании и не могла запачкать образцы крови. Вы заполнили емкость для чернил кровью Фрэнка, а потом, взяв ручку и деньги, отправились в конюшню. В кабинете у Лизы хранился дубликат ключа, и вы без труда завладели им. Штефан не проснулся. Одурманенный снадобьем, он крепко спал и не слышал, как открылась дверь. Не видел, как вы прячете деньги и разбрызгиваете кровь Пэрриса. Затем вы избавились от ручки и вернулись в постель.

А теперь вспомним про табличку «Не беспокоить». Вы прикончили Фрэнка, потому что он представлял угрозу вашему браку с Сесили. Для вас было принципиально важно, чтобы свадьба состоялась. Вот почему после убийства вы повесили на дверь это предупреждение. Вероятно, вы позаботились о том, чтобы на табличке обнаружились отпечатки пальцев Штефана. Но затем, после церемонии и перед свадебным обедом, вам понадобилось убрать ее. Почему, Эйден?

— Я не буду отвечать ни на какие ваши вопросы.

— Раз так, рискну предположить: вы не хотели отправляться в свадебное путешествие. В конце концов, вы ведь не любили Сесили. Не думаю, что она хотя бы просто нравилась вам. Выскажу догадку: вы женились на ней ради денег, безопасности и возможности вести жизнь сельского сквайра. Не исключено, что вы даже получили удовольствие, испортив ей таким образом великий день.

И ведь вам почти удалось выйти сухим из воды. Вот только несколько недель спустя в отель, на вашу беду, заглянул в поисках сюжета один писатель. Алан Конвей тоже сразу вас узнал, да? Вот почему вам так не хотелось с ним общаться. Я прослушала запись его разговора с Полин, и какие были первые слова Конвея, едва он вас увидел? «Мы, кажется, уже встречались». В тот миг Алану все стало ясно. Он понял, кто убийца, и на свой лад подкалывал вас, как это делал Фрэнк несколькими неделями ранее. Разумеется, вы пытались отпереться. «Да. Я был на ресепшене, когда вы приехали», — пояснили вы, чтобы убедить Полин. Но что Конвей говорит пару минут спустя? «Пожалуйста, зовите меня просто Аланом». И ваш ответ: «Я в эти игры не играю». Ведь это была самая настоящая игра, весьма для вас неприятная. Вы оба знали правду. Вы встречались за ужином в Лондоне… И Фрэнк Пэррис в тот вечер тоже сидел за столом!

В течение восьми лет ничего не происходило. Алан исчез, и вы, наверное, облегченно вздохнули, узнав о его смерти. Возможно, вы даже прочитали написанный им детектив, но на первый взгляд роман «Аттикус Пюнд берется за дело» не имеет ничего общего с событиями в «Бранлоу-Холле». Вы сочли, что вам все сошло с рук.

Я отпила еще глоток воды. Все в комнате молча смотрели на меня, ожидая продолжения. Лишь один из слушателей, старший суперинтендант Локк, не спускал глаз с Эйдена. Видимо, он осознал, что совершил фатальную ошибку, и теперь прикидывал, как это может отразиться на его будущей карьере.