Портрет девочки в шляпе - Елена Дорош

Пообнимавшись и поколотив друг друга по спине, они коротко поведали друг другу последние новости. Все это время Лиза оставалась в отдалении, не спеша попивая пиво и глядя в сторону. Герману показалось странным, что она не участвует в разговоре, хотя им тоже было что вспомнить. Не так давно, чтобы об этом забыть, у них был роман, причем довольно продолжительный.

Лизу он увидел на тусовке байкеров в Рязани, куда затащил его армейский дружок. Она сама подошла к нему и предложила водки. Герман водку не любил и в ответ предложил пива. Лиза пожала плечами и согласилась. Она была красива какой-то нездешней скандинавской красотой. Герману нравились такие лица. На первый взгляд вроде бы блеклые и бесцветные, а присмотришься и удивишься совершенству линий и точености черт. Они болтали пару часов, но к ночи их растащили. Байкеры привыкли гулять по-черному, поэтому, когда тусовка превратилась в дикую и бессмысленную пьянку, Герман незаметно ушел и просто отправился спать. Проснулся оттого, что к нему прижалось длинное голое тело и кто-то зажал рот страстным поцелуем с привкусом алкоголя. Это была она.

Больше Лиза от него не отходила. Из Рязани она поехала в Питер и без вопросов поселилась в его съемной квартире. Она любила свободную, ничем не обремененную жизнь, путешествия, тусовки, умные разговоры под водку и секс. Сперва все так и было, но очень скоро Герман от такой жизни заскучал. Он уже тогда много работал, ему нравилось дело, которым он занимался, впереди ждало много интересного, и бессмысленное существование между тусовкой и диваном стало тяготить. Лиза, конечно, заметила его отстраненность и тут же затеяла выяснение отношений. Это была ее ошибка. С ним подобная тактика была заранее обречена на провал. При первых признаках истерики и скандала он просто оделся и ушел. Лиза прождала неделю и, не дождавшись, уехала.

Два года они не виделись. И вот теперь она вновь появилась у него на пороге.

– Слушай, Фриц, я схожу в твой туалет? – посмотрев на скучную Лизу, спросил Бзик. – Пиво наружу просится, моча уже из ушей льется.

Герман махнул рукой, понимая, что таким деликатным способом дружок хочет дать им возможность поговорить.

– Как поживаешь, Фриц? – спросила она сразу, как Бзик убежал.

Герман пожал плечами.

– Нормально. А ты?

– Отлично, – ответила Лиза и, видимо решив, что обмен любезностями состоялся, отлепилась от байка, подошла и облепила его всем телом, как любила делать когда-то.

Зная ее повадки, Герман ожидал чего-то подобного, поэтому отстраняться не стал, а просто легонько похлопал по спине и дружески поцеловал в лоб. Лиза сразу оторвалась от него. Бледное скандинавское лицо стало злым.

– Понятно… – протянула она, прищурившись, – значит, все прошло? Ты меня больше не хочешь?

Внутренне недоумевая, почему она решила задать эти вопросы после двух лет разлуки, он мягко ответил:

– Я думаю, мы оба знаем ответ.

– Нет! Я не знаю! Я два года с ума сходила! Ждала, что позовешь! Измучилась! Уговорила Бзика привезти меня к тебе! И после этого ты меня в лобик целуешь? Как младенца?

Герман уловил в ее голосе знакомые истерические нотки. Чтобы не дать возможности устроить сцену, он сжал ее запястья так, что она не могла вырваться.

– Лиза, прекрати. То, что ты делаешь, бесполезно, бессмысленно и глупо. Да. Я не хочу. Наши отношения закончены. Навсегда. Если я виноват перед тобой, прости. Но это все, что я могу сказать.

Он отпустил, и она отскочила. С ее губ уже были готовы сорваться безумные слова, но верный Блинов, выскочив на крыльцо, спас положение.

– Так, Лизон, нам пора. Серый позвонил и требует меня к себе. Срочно! Договорите в следующий раз.

Лиза стояла неподвижно, не сводя с Германа ненавидящего взгляда. Бзик обхватил ее и силой усадил.

– Покендришь, бро! – крикнул он на прощание, тронулся и, обернувшись, неожиданно подмигнул.

Байк унесся, снова подняв тучу пыли.

Герман долго стоял на крыльце, потом решил, что самый верный способ борьбы с сумбуром в голове – работа, хотя работалось сегодня из рук вон плохо. Он вернулся в мастерскую и надел защитные очки.