Гипнотизер для темных дел - Ольга Баскова

Напрягая мозг, он вспомнил пару детективов с аналогичными обстоятельствами. В одном из них шантажист постоянно звонит своей жертве по мобильному, заставляя плутать по всему городу, потом приказывает остановиться у дороги, очень смахивающей на Объездную, бросить дипломат с деньгами в кусты и ехать домой дожидаться похищенного ребенка, сам же быстро забирает бабки и рысью бежит по направлению к лесу, где ему удается скрыться. Лес имелся и на Объездной, плотной стеной возвышаясь за кустарником и предоставляя отличную возможность скрыться. Значит, не надо сразу раскрывать место передачи выкупа. Пусть Терлецкий немного поплутает. Полиция не поедет за ним на расстоянии нескольких метров. Это ясно как день. Следовательно, у Геннадия будет возможность скрыться.

Распределив таким образом роли, врач машинально взял пульт от телевизора, нажал на кнопку и попал на тот самый канал, где всем известная Зорина вещала о преступлениях. Журналистка снова рассказывала о трупе, найденном в сгоревшем доме. Слушать об этом опять с экрана телевизора оказалось для Молчанова непосильным занятием, и мужчина собрался пошарить по каналам в поисках какой-нибудь развлекательной передачи. Однако слова Екатерины заставили его похолодеть и выронить пульт.

– Нам удалось установить личность пострадавшей, – заявила Зорина. – Это дочь известного предпринимателя Приреченска Анжелика Терлецкая. Ее подруга, постоянный зритель нашей передачи, узнала кольцо и позвонила в редакцию. Мы тут же связались с Максимом Петровичем Терлецким, который заявил, что два дня назад Анжелика отправилась в город и бесследно исчезла. Позвонивший на следующий день мужчина потребовал за девушку выкуп – миллион долларов, – она вздохнула. – До последнего несчастный отец надеялся освободить свое дитя из плена, просто чудом собрав необходимую сумму. Сегодня похититель должен был позвонить, чтобы окончательно определиться с местом передачи денег. Никаких звонков не последовало.

Услышав это, Молчанов крякнул от удивления. То ли по недомыслию, то ли из каких-то других соображений Терлецкий не захотел впутывать в это дело полицию, ведь время для звонка еще не вышло. Если бы Зорина во всеуслышание не объявила о том, что никаких звонков с требованием выкупа больше не предвидится, он мог легко попасться в руки правоохранительных органов – несчастному предпринимателю уже нечего было терять. Однако Максим не сделал этого. Почему? Сжав в руке уже ненужный лист бумаги с планом, Геннадий продолжал напряженно слушать.

– Господин Терлецкий сразу же поехал в морг, где опознал свою единственную дочь, – продолжала журналистка. – Сейчас он дает показания в полиции, – на экране появилась фотография Анжелики. – Просьба всем, кто видел эту девушку в течение последних двух дней, позвонить по телефонам…

Молчанов выключил телевизор и откинулся на подушки. Такого поворота событий не ожидал никто. Кусая губы, врач вертелся на диване и стонал, словно от невыносимой боли, потом попытался взять себя в руки. По идее следовало немедленно позвонить Вере, которая наверняка не понимала, почему ее старый любовник куда-то исчез на ночь глядя, в то время как должен был ожидать сигнала от похитителя. Он взял в руки мобильный, однако не успел набрать: Акулова позвонила сама. Сначала врач ничего не понял из ее сбивчивого лепета, попросив говорить громче. Следующая фраза повергла его в шок.

– Я убила его! – прошептала она.

– Кого? О чем ты говоришь?

Вера всхлипнула:

– О Терлецком, – ее начали душить рыдания. – Кто-то сообщил в полицию об Анжелике, и они позвонили Максиму. Он сразу отправился на опознание. Вернувшись, накинулся на меня. Не знаю, почему он решил, что я причастна к этому. Короче, Максим решил не сообщать про меня в полицию, потому что… Ну, меня бы посадили, а это его не устраивало. Он хотел убить меня сам, накинувшись с ножом. А потом, – слезы мешали ей говорить… – Все получилось само собой. Защищаясь, я оттолкнула его, и он упал на нож.

Геннадия прошиб холодный пот. Теперь он повязан с этой женщиной двумя убийствами, нет, даже тремя, ведь в смерти Анжелики они тоже виноваты.

Вера взмолилась:

– Милый, прошу тебя, приезжай! Мы должны что-нибудь придумать!

Он заскрипел зубами:

– Вызывай полицию! У них нет против нас доказательств!

– Ты сошел с ума! – она тяжело дышала. – Мы не знаем, видел ли нас кто-нибудь, когда мы выводили ее из кабинета или когда заходили туда. Свидетели всегда появляются неожиданно.

Молчанов застонал:

– Что ты предлагаешь?

– Спрятать его труп.

– Идиотка, – он хотел отключиться, не дослушав до конца ее речь. Акулова остановила его.

– Пожалуйста, приезжай! – взмолилась она. – Я не могу говорить по телефону. Прошу тебя, для начала выслушай, что я хочу тебе сказать, а потом принимай решение.

Геннадий чуть не послал ее ко всем чертям.

– Прошу тебя…

Он сдался:

– Ладно, диктуй адрес…

Максим Терлецкий, полный пожилой мужчина в дорогом белом костюме, лежал на полу, неловко подогнув ноги и обеими руками схватившись за живот, из которого торчала ручка огромного кухонного ножа. Темная кровь, пропитавшая светлый ковер, уже начала сворачиваться. Геннадий присел возле тела, пытаясь нащупать пульс.

– Отойди, – тон Веры уже не был просящим. Она приказывала. – Немедленно отойди от него.

– Ты иногда забываешь о моей профессии.

– Я хочу, чтобы и ты забыл о ней.

Руки Молчанова затряслись:

– Как?

Жестом она приказала ему сесть в кресло.

– Слушай меня. Теперь мы повязаны кровью.

На его побледневших щеках задвигались желваки:

– Что же ты задумала?

Она лукаво улыбнулась:

– О, у меня большие планы. Например, занять кресло моего похотливого босса-импотента.

– И что тебе мешает?

Вера сглотнула слюну:

– Если станет известно о его смерти, мне не осуществить свою мечту. Работники нашей фирмы никогда не допустят этого. Несмотря на то что я числюсь финансовым директором, меня считают всего-навсего подстилкой шефа. Его зам с удовольствием расстанется со мной. Нельзя это допустить.

Геннадий почесал затылок:

– Чего ты хочешь? Скрывать этот факт вечно?

– Сколько получится, – она прижалась к нему. – Я введу тебя в курс дела, ты станешь помогать мне в бизнесе, и мы загребем кучу денег. К тому времени, когда сотрудники фирмы забеспокоятся о своем хозяине, мы будем миллионерами.

Молчанов не поспевал за ее мыслями:

– Предположим, мы спрячем труп. Все равно его хватятся.

Она пожала плечами:

– Все знают о том, что произошло с его дочерью, и подумают: шантажист наверняка похитил и Терлецкого и вот-вот потребует выкуп. Это даст нам время. Завтра я потихоньку начну готовить почву. Скажу, например, что преступник постоянно просил его о встрече, играя на отцовских чувствах, хотя, вероятно, преследовал иную цель – похищение самого Терлецкого и последующее вымогательство у фирмы выкупа за него.