Бег по вертикали - Джозеф Гарбер

«Мое личное дело. Он забрасывал удочку: дескать, я отслужил достойно, не считая последнего эпизода, — значит, он знал, что́ в той папке. Но этого никому не полагалось знать. Личные дела кладут под замок. Ставят на них штамп „Совершенно секретно“ и хоронят в сейфах главы армейской военно-юридической службы. Никто не мог прочитать мою папку двести один, если у него не было очень высокой степени допуска. Либо не было кого-то знакомого, имеющего подобную степень».

«Еще одна загадка: с взведенным пистолетом в руках к тебе пришел не Рэнсом, а Берни. Что ты думаешь по этому поводу?»

«Рэнсом — профи. Мне кажется, что он занимается своим делом — каково бы в точности оно ни было — всю жизнь. Он мастер своего дела, и он и глазом бы не моргнул, если нужно было кого-то убить. Так почему же он послал Берни? Если меня заказали и Рэнсом был на месте, с чего вдруг он послал выполнять эту работу штатского вроде Берни Леви?»

«Обдумай-ка мизансцену, приятель».

«Верно. Ты прав. Я чуть это не упустил. Они пытались проделать это у меня в кабинете. Но почему именно там? Почему им было просто не пальнуть в меня во время утренней пробежки из проезжающей мимо машины или не выстрелить мне за ухо, когда я буду вечером шагать домой? На то есть всего один ответ. И заключается он в том, что в такое раннее время на сорок пятом этаже небоскреба на Парк-авеню никто не ошивается. Некому смотреть. Некому задавать вопросы. Все прошло бы очень тихо, и никто ничего не узнал бы. Помнишь, что сказал Рэнсом? „Это должна быть частная вечеринка. Уладим так“».

«А следовательно…»

Полковник Джон Джеймс Крютер ссутулился за походным столом, в хижине, освещенной свечой. Никто не звал его полковником Крютером. Его называли Мамба Джек. Связано это имя было с черной мамбой, змеей, чей яд является нейротоксином, самым быстродействующим и смертоносным ядом в мире. Один укус — и через десять секунд вы уже принадлежите прошлому.

Мамба Джек гордился своим прозвищем.

Перед полковником стояла на три четверти полная бутылка «Джека Дэниелса» с черной этикеткой. К губе у него прилип окурок «Лаки Страйк» без фильтра. Полковник в последний раз глубоко затянулся и смахнул окурок на земляной пол. Он улыбнулся Дейву. Зубы у него были необыкновенно белые, а таких длинных клыков Дейв не видал больше ни у кого.

— Здра-асьте, а вот и наш лейтенант Эллиот, бодренький как огурчик.

У Мамбы Джека был тягучий выговор коренного «ред-нека», уроженца Восточного Техаса, и, если вы не знали, что полковник Крютер был в своем выпуске Вест-Пойнта третьим — а Дейв это знал от отрядного писаря, — вы запросто могли решить, что перед вами невежественный фермер.

— Думаю, лейтенант, пора вам потерять девственность.

— Простите, сэр?

Крютер взглянул на него искоса. Так он начинал напоминать диснеевского Большого Страшного Волка, и сам об этом знал.

— У меня для вас небольшая работенка. Похоже, у этих «чарли» к северу от демилитаризованной зоны завелся русский майор из КГБ. И майор этот всех достал. Он снабжает их и оружием, и боеприпасами, и советами. Так вот, хрен бы с ним, с оружием и боеприпасами, но советы — это уже чересчур. Меня, сынок, это просто бесит. Для меня это форменная колючка под седлом. Так вот чего я от вас хочу, лейтенант, — чтобы вы взяли с собой несколько парней, отправились за демилитаризованную зону и сообщили этому русскому майору, что Мамба Джек Крютер глубоко недоволен сложившейся ситуацией.

— Сэр, вы хотите, чтобы я доставил его сюда?

— Нет. На кой? Какого хрена, что мне может понадобиться от вонючего русского? Говорить с ним я не смогу — языка не знаю. Да и кроме того, кому тут на хрен нужен живой русский? Нам и без него хватает политических проблем.

— Значит, ликвидация, сэр?

— Так точно, лейтенант Эллиот, это приемлемая терминология. Только сделайте это чисто. Никаких трупов и никаких улик. Чего мы хотим, лейтенант Эллиот, так это чтобы босс нашего майора поволновался. Чтоб подумал: а вдруг его парень все бросил и удрал? Вдруг он теперь заливается тут у нас соловьем? Пусть ему мерещится в кошмарах, как его майор выступает по ящику и болтает с Майком Уоллесом и стариной Уолтером Кронкайтом. Ну так как, лейтенант, вы поняли, чего мы от вас хотим?

— Так точно, сэр?

— И что же, лейтенант?

«Ты, конечно же, не забыл свой ответ?» — поинтересовался саркастичный ангел Дейва.

Дэвид Эллиот, опустившийся на линолеумный пол телефонной комнаты «Сентерекса», улыбнулся. Воспоминания о его ответе вызвали у него противоречивые чувства.

— Так точно, сэр, — сказал он тогда. — Вы хотите, чтобы этот майор исчез.

«Верно. А теперь кто-то хочет, чтобы исчез ты».