Ультиматум Гурова - Алексей Макеев

У Крячко заблестели глаза.

— Слушай, Лева! — придвинувшись к Гурову ближе, просительно заговорил он. — Отдай мне этих музыкантов, а?

— То есть, что значит — отдай? — не понял Лев.

— Ну, давай я к ним поеду! Не боись, я все узнаю — чего они там и у кого покупать собрались!

— Стас, тут особая специфика. Люди другие, с ними нельзя разговаривать так, как с Тарановым. Здесь другой подход нужен, тонкий…

— Тонкий, толстый — мне по барабану! Я отлично знаю, какой подход нужен к таким людям! — хмыкнул Крячко.

— Да? — иронично спросил Гуров. — Неужели? Твои детство и юность прошли в кругу творческой молодежи? Первый раз слышу!

— Лева, мои детство и особенно юность прошли в таких кругах, что я к любому найду подход, не то что к этим волосатикам!

— С чего ты взял, что они волосатые?

— Так это ж рок-музыканты! Они все на одно лицо!

— А что ты Петру скажешь? — усмехнулся Гуров, который в принципе не возражал перекинуть на Крячко хотя бы какую-то часть дела Конышева.

— Его после обеда не будет — его в министерство вызвали, — сообщил Крячко. — А мне уже его идиотские поручения — во где! — провел он рукой по горлу. — Так что как только свалит, я с чистой совестью могу заниматься тем, чем сам считаю нужным!

— А как ты ему завтра отчетность представишь?

— А кто сказал, что я ему ее представлю завтра? — искренне удивился Стас. — Доложу, что работал весь день. Петру же совершенно необязательно знать, где я был и что делал сегодня после обеда! Так что можешь даже блестящие результаты моей работы присвоить себе и, как обычно, заграбастать все лавры. А мне достойная награда — не видеть все эти буквы и строчки, будь они неладны! А Петру скажу, так, мол, и так, честно работал, но печатаю я медленно, этому делу не обучался, так что не обессудь, успел сделать только одну страницу. Не нравится — нанимай другого на эту работу.

— То есть ты решил вот так его побороть! — засмеялся Гуров.

— Конечно! Он думает, что хитрее всех? Ха! Обхитрить Крячко у него кишка тонка! — Станислав самодовольно выставил грудь вперед. — Короче, давай мне их адрес и не беспокойся: все будет сделано в лучшем виде!

Гуров написал на листке адрес, Крячко пробежал его глазами и, довольно потирая руки, приступил, наконец, к булочкам…

Полуподвальное помещение на Бауманской выглядело довольно стандартно. Лишь невзрачная вывеска с надписью «Интермедия» возвещала о том, что здесь находится заведение, имеющее отношение к искусству. Крячко, который понятия не имел о том, что такое интермедия, все-таки догадался об этом.

Он осмотрелся по сторонам. У входа был припаркован один-единственный автомобиль марки «Лада-Приора». Подойдя к лестнице, Крячко заглянул вниз. В окнах горел свет, доносились слабые звуки музыки. Он удовлетворенно отметил, что публика на месте. По крайней мере, какая-то часть музыкантов сейчас находилась в «Интермедии» и репетировала. От Гурова Станислав знал, что рок-клуб как таковой еще не открылся, концерты здесь если и проходят, то редко и, в основном, для узкого круга, то есть неофициально собирается «своя» публика. По сути это была просто репетиционная база, плавно перетекавшая иногда в тусовку.

Крячко вразвалочку спустился вниз по лестнице и взялся за ручку двери. Она свободно подалась, и Станислав оказался в узеньком предбанничке, из которого вела еще одна дверь в другую комнату. Без труда открыв и ее, он прошел в основное помещение, которое представляло собой две смежные комнаты. В ближайшей располагалась различная аппаратура, стены были обшарпанными, кое-где на них висели изображения неких рок-групп и отдельных музыкантов, никто из которых не был знаком Крячко. Вторая комната была чуть больше, и там-то и проходило главное действие. В совсем маленькой клетушке находилась ударная установка, за которой сидел барабанщик в наушниках. Остальные музыканты сгрудились в рядок у стены. Их было четверо. Они, к удивлению Крячко, оказались совсем не волосатыми, только у одного русые волосы средней длины были забраны в хвост на затылке. Навскидку, всем от двадцати до двадцати пяти. При появлении Крячко они оторвали головы от своих нотных партитур и обратили взгляды на него. В пухлой серой куртке, видавшей виды, в помятых брюках и вязаной шапочке на голове, Стас не производил впечатления близкого им по духу человека, тем не менее, они молча ждали, что он скажет.

— Здоро́во, ребята! — радостно провозгласил с порога Крячко. — Играем?

Музыканты переглянулись и дружно кивнули.

— Здо́рово!

— А можно послушать?

Музыканты переглянулись, и один из них, в черной бандане, похожий на средневекового викинга, неуверенно протянул:

— Ну… Слушайте. Только у нас пока репетиция, материал еще не готов.

— Да это ничего! — тут же успокоил его Стас, усаживаясь на табурет, стоявший посреди комнаты, и перекладывая лежавшую на нем стопку компакт-дисков прямо на пол. — Я люблю музыку послушать! Слышал, что играете вы хорошо, вот и зашел. У меня сын вас слушает.

На лицах музыкантов появилось выражение еще большего удивления, смешанного с интересом.

— А ваш сын у нас был? — спросил клавишник.

— А как же! Неоднократно. Очень хвалит. У него вся комната такими вот картинками оклеена, — кивнул на изображения неведомых ему музыкантов Крячко. — Вот я и решил тоже послушать. Оценить, так сказать.

Клавишник неуверенно посмотрел на своих коллег по цеху, потом спросил:

— А вы сами какое направление предпочитаете?

Станислав в направлениях современной музыки разбирался примерно как свинья в апельсинах, однако смущаться было не в его правилах, и он храбро заявил:

— Да мне без разницы. Сбацайте что-нибудь эдакое, чтоб за душу взяло!

На лицах музыкантов явственно отразился вопрос — что это за лох? Клавишник, который, видимо, был тут за старшего, что-то сказал своим коллегам. Ударник загрохотал по барабанам, а следом потекла музыка. Крячко закинул ногу на ногу и даже принялся постукивать по коленке, стараясь попадать в такт, попутно отмечая, что вокал не вызывает у него приятных эмоций. Композиция длилась минуты четыре и отличалась простотой и незамысловатостью, как музыкально, так и текстуально, но группа пыталась компенсировать это протяженными и эмоциональными соло на инструментах.

— Молодцы, — похвалил Станислав, когда музыканты закончили. — Таланты! А что же вы в таком затрапезном месте-то обретаетесь? Нашли бы что-нибудь получше. У меня вот как раз помещение есть подходящее, могу подогнать. От центра, правда, далековато, зато недорого! И ремонт там недавно сделали.

— У нас, вообще-то, этим вопросом занимается руководитель, Вячеслав Сергеевич. Вам лучше с ним поговорить, — ответил клавишник.

— Да мы же уже подобрали помещение, Артем! — не слишком довольным голосом вставил барабанщик. — Зачем еще что-то менять?