Ровно в шесть двадцать - Дэвид Балдаччи

Глава 13

Домой Дивайн вернулся во втором часу ночи. Немного поспал, обложившись пакетами со льдом. Порезы и ссадины от кирпича смазал мазью. Незадолго до рассвета встал, надел шорты с футболкой, добежал до школьного стадиона, который находился неподалеку от дома, и приступил к ежедневной тренировке.

На футбольном поле лежала тракторная покрышка. Футболисты использовали ее вместо снаряда. Дивайн принялся перебрасывать ее с одного края поля на другой, потом развернулся и снова поволок обратно, покрываясь испариной. С каждым поворотом в голове мельтешили разные мысли про Сару Юс и «Коул и Панч».

Потом он взялся за обычные автомобильные покрышки: их Дивайн поднимал вместо гирь, чтобы укрепить косые мышцы. За тренировкой он думал о своей новой работе на Эмерсона Кэмпбелла.

Потом Дивайн пробежался по ступенькам трибун, пока не взмок еще сильнее. Сделал две сотни подтягиваний на перекладине разным хватом: по двадцать штук за раз с коротким отдыхом между подходами.

Затем последовали двести отжиманий в четыре подхода. С каждым повторением он представлял, как Сара раскачивается на конце шнура.

Потом настал черед упражнений на пресс: из положения лежа на спине и в висе на перекладине. Приседания, выпады, армейская планка, прыжки на месте, прыжки на деревянные ящики разной высоты, которые тоже лежали на поле. Затем – берпи.

С каждым упражнением в голову настырно лезли мысли про вчерашнюю драку в переулке. Ссадины протестующе ныли, что заставило Дивайна напрягаться еще сильнее. Если тебе трудно, значит, плохо стараешься. Так принято в армии.

Спринт по полю и обратно спиной вперед. С каждым кругом Дивайн бежал все быстрее и быстрее, выплескивая разочарование от своей новой жизни.

Сегодня опять снились лейтенант Рой Бланкеншип и капитан Кеннет Хокинс. Они были рядом на протяжении многих лет, пока не погибли насильственной смертью. Один из них – по его вине.

Сколько раз он видел их лица во сне? Сослуживцы смотрели на него тяжелым взглядом, ожидая реакции. Бланкеншип рассчитывал, что Дивайн за него вступится. Хокинс ждал яростной отповеди и бурных эмоций. Но Дивайн молчал.

Тренировку он закончил серией изометрических упражнений, удерживая позы до тех пор, пока тело не начинало дрожать от усилий.

Трусцой вернулся домой, по пути разминая и растягивая мышцы. Принял душ, побрился, оделся, вышел в коридор. Валентайн лежал на диване, так и не добравшись вчера до спальни. Видимо, стучать по клавишам ноутбука – крайне утомительное занятие. Из дальней комнаты доносилось похрапывание Тэпшоу; скорее всего, ей снились новые сделки и счастливые пары из созданной ею империи.

У Хелен Спирс горел свет. Видимо, соседка занималась. Амбициозная, это точно. В нашем мире родиться чернокожим и вдобавок женщиной – непростое испытание. Особенно если собираешься сделать карьеру где-нибудь вроде армии.

Многие товарищи Дивайна возмущались тем, что в их рядах есть женщины. Конечно, на публике мужчины держали свое мнение при себе, чтобы не портить послужной список и карьеру, но в личных беседах зачастую выплескивали негодование. Женоненавистники были повсюду: от рядовых до генералов. Пакости, которые устраивали женщинам, славились своей жестокостью. Ничто не ранит солдата сильнее, чем осознание того, что сослуживец рядом с тобой не только не прикроет тебя, но и, что еще более обидно, еле терпит твое присутствие. При этом женщины хотели одного: чтобы им просто позволили исполнять свой долг и служить на благо страны. Возможно, Дивайн и сам поглядывал бы на женщин свысока, если бы не один новобранец, который спас ему жизнь под Кандагаром, потеряв при этом руку.

Звали того солдата Элис.

Дивайн добрался до вокзала и сел в поезд. Предстоял еще один рабочий день.

Вагон был пуст, не считая Дивайна, пока через четыре станции не вошла женщина с большой холщовой сумкой в руках. Она посмотрела на его расцарапанное лицо и села подальше.

К тому времени, когда поезд добрался до дворца Брэда Коула, вагон был заполнен едва ли на четверть. Все остальные, за исключением дамы с большой сумкой, носили костюмы. Однако была суббота, значит, пассажиров ожидалось меньше обычного. Не каждая фирма в Нью-Йорке работает по графику Уолл-стрит. Некоторым посчастливилось иметь два выходных в неделю.

Дивайн размял руку и плечо, потрогал ушибленное лицо и слегка напрягся, когда поезд замедлил ход. Вот оно! Бассейн, задний двор, где все еще горели фонари; должно быть, слуги забыли выдернуть вилку из розетки. Коул, скорее всего, их за это накажет.

Дивайн поискал информацию про дворец в интернете. Площадь дома составляла две с половиной тысячи квадратных метров. Дюжина спален, семнадцать ванных, две кухни, помещения для прислуги в соседнем коттедже, большой гостевой дом на тот случай, если двенадцати спален окажется мало, а также внушительных размеров бассейн и восемь акров земли с изысканным ландшафтным дизайном. В интернете не нашлось ни одной фотографии внутренних интерьеров, значит, скорее всего, дворец был построен самим Коулом и никогда не выставлялся на продажу. Оценку произвели с точки зрения уплаченных налогов, и вряд ли она составляла хотя бы половину истинной стоимости.

Красотки в бикини сегодня не было.

Поезд ускорил ход, и пейзаж за окном сменился.

Дивайн достал телефон и вывел на экран фотографии Коула и Стамос. Затем с выключенным звуком просмотрел видео. Телефон он держал перед собой, нарочно сев боком, чтобы окружающие не могли видеть экран.

Что-то не давало ему покоя. Он как будто упустил важную деталь.

Дивайн посмотрел в окно. Поезд мчался вдаль, увозя его в пункт назначения, куда ехать совершенно не хотелось.

Глава 14

Крохотная кабинка, два больших экрана. Вокруг – напряженная тишина, нарушаемая лишь частым дыханием сидящих рядом людей, отчего в помещении царит крайне неуютная атмосфера. Находиться в присутствии такого количества мозгов и амбиций всегда непросто. Сегодня портило настроение нывшее плечо, которым Дивайн приложился о кирпичную стену. Еще давала о себе знать спина. Хотя что такое боль? Она – суть жизнь, надо лишь смириться. Ничего не поделать, разве что проглотить пару болеутоляющих таблеток.

Никто не заметил ни ссадин у Дивайна на лице, ни того, как странно он держит руку, потому что коллеги, когда заходили, даже не удосужились посмотреть в его сторону. Так было всегда: Дивайн приезжал на работу самым первым, изрядно раздражая этим окружающих. В отместку они демонстративно игнорировали нахала. Потом и вовсе стирали его в порошок, потому что работали быстрее, эффективнее и старательнее. Все ради того, чтобы заработать Коулу еще больше денег. Когда у тебя есть два личных самолета и две яхты, очень нужно купить