Наследие драконов - Мари Ви

– Не было письма, – бросил Кинэ. – Птица дикая. Сам погляди.

Хин нехотя приблизился, скривился и мстительно прищурился.

– Это ты уничтожил письмо? Мне назло?

– Хин – уйди! – Прогоняла я его.

– В следующий раз это будет птица с тайным посланием…

Хин уставился куда-то в лес, задохнулся на миг, а затем отправился в чащу. Подошел Юншэн, бегло оглядел происходящее – Кинэ почти удалось подобрать сокола, но птица пыталась отползти, размахивая одним крылом, – а потом последовал за братом в чащу.

Кинэ взял сокола и поднялся на ноги, но удерживал его с трудом – тот вырывался. Подбежал лекарь, заявил, что не лечит птиц, но я разревелась пуще прежнего. Тогда лекарь пообещал помочь и мы развернули для птицы попону, уложив ее на пенек. Кинэ держал сокола, лекарь извлек стрелу. Но, кажется, для бедной птицы этого оказалось слишком много и она отключилась.

– Нужно время и лечение, – неуверенно сетовал лекарь, не зная, как ему помочь соколу.

И тут в лесу раздался крик Хина.

– ЮНШЭН!

Кинэ рванул в чащу, я пустилась следом. По дороге мы увидели перепуганную Принцессу, она ничего нам не сказала. Вдруг это ее рук дело…

Еще несколько деревьев и мы выбежали на небольшую поляну. К нашему удивлению в самом центре находился омут, так похожий на тот, что мы видели вчера. И Юншэна в него затягивало. Хин держал брата изо всех сил, но омут затягивал уже обоих.

Кинэ вцепился одной рукой в Хина, второй – в Юншэна. Я тоже подбежала, схватила Хина за рукав и с силой дернула. Омут словно был болотом, затягивал все глубже, засасывал, не пускал.

Юншэн, держась за Хина, зарычал и выпустил пламя. Немного опалило жаром, но огонь нас не тронул. Юншэн пытался спалить жижу, но той по-прежнему было все равно.

И тут к нам подбежал с разъяренным кличем страж Моры. В первый миг я испугалась. Хин скользнул злым взглядом, ожидая очевидного: что страж столкнет нас в лужу.

Но он с воплем, таким оглушительным, что, кажется, даже жижа испугалась, схватил Кинэ, дернул его назад и нам удалось успешно вытащить братьев.

Повалились на землю, резво отползая подальше. Жижа все еще шевелилась, вырываясь будто фонтаном, цепляясь за воздух, желая получить жертву. Но мы оказались далеко, и ей было уже не дотянуться…

Все молчали. Только переглядывались. Когда желание смотреть на жижу перестало быть жизненно необходимым, Хин недоверчиво взглянул на стража Принцессы, а сама Мора, хоть и выглядевшая ужасно, все же подошла к нам.

– Что случилось? – Спросила она с тревогой.

– Ты нам скажи, – огрызнулся Хин.

– Хватит, – холодно и тихо отозвался Юншэн, но осадил брата так, что тот даже слова не вымолвил. Юншэн поднялся и взглянул на Принцессу. – Благодарю за помощь.

Мора задрожала от неожиданности, и, скорее всего, от нового приступа тошноты.

– Может быть, вы мне не доверяете, но я правда не желаю вам зла. Никому из вас.

Юншэн понимающе кивнул, но поверил ли он, сказать трудно. Однако он проявил внимание.

– Вы… плохо переносите поездки? – Догадался он.

Принцесса смущенно отвела взгляд.

– Это… одна из моих слабостей, к сожалению, – призналась она стыдливо.

– Тогда почему Вы поехали с нами? – Поинтересовался Юншэн.

– Потому что я с Вами согласна, – заявила Мора, возвращаясь к тому разговору, когда Юншэн желал наладить отношения.

Несколько секунд спустя Море снова стало плохо, она спешно извинилась и убежала в лес. За ней последовали служанки и страж, а Юншэн проводил процессию задумчивым взглядом. Когда сторонних слушателей уже не осталось, обсуждение началось как-то само собой.

– Врет, – качал головой Хин.

– Допусти, что нет, – предложил Юншэн. – Допусти, что у нее другой умысел.

Хин хищно ухмыльнулся.

– Мне нравится, когда у тебя просыпаются мозги, – заметил он беспощадно.

– Сейчас утоплю в омуте, – пригрозил Юншэн и ушел обратно к лошадям.

– Ни за что! – Кинул обиженный Хин брату вслед, потом не выдержал и пошел за ним, продолжая причитать. – Я же тебя каждый день спасаю! Такие мелочи, правда?!

– Что это такое? – Спросила я Кинэ.

Он, как всегда, успевал следить за всем: за Принцессой, за принцами, за омутом. Только Кинэ так мог.

– Не знаю, но это что-то враждебное.

– Думаешь, это один и тот же омут? – Нервно искусывала губы я.

– Навряд ли.

Хотелось верить, что все не так серьезно, как было на самом деле. Мы решили уехать подальше от того места, выбрав для привала на ночь небольшую опушку и разбив лагерь. Если бы не происшествие и вынужденная остановка, мы бы уже достигли подножия Храма. Может быть, наверх поднялись бы к ночи, но у нас хотя бы была крыша над головой. Небо сокрушалось громом, возможно, вскоре нас настигнет ливень. Но выбора не было, все устали.

Обернув в покрывало, я баюкала в руках сокола. Он проснулся. Как сказал лекарь, хоть он и не лечит птиц, стрела задела только крыло и вроде бы даже не повредила кости, а значит, рана затянется быстро. Но требовались наблюдение и покой. Кинэ взялся изготовить небольшую клетку; сидя у костра, где собрались мы все, он скреплял прутья.

Хин, который не признавал своей вины, сидел хмурый и мечтал избавиться от доказательств собственной расторопности.

– Что ты будешь с ней делать? – Все тыкал в меня тонким прутиком, который украл у Кинэ, брат.

– Приручу, – я легонько поглаживала покрывало, боясь навредить соколу.

– Зачем? Эта птица тебя не полюбит. Ты ей боль причинила.

– Но тебя же я люблю, – едко заметила в ответ.

– Глупая. Брось птицу. Она выживет.

– Тебя с Юншэном тоже надо было бросить там в лесу? – Возмутилась я.

– Ты чего такая острая? – Еще и обиделся Хин.

– А ты чего такой беспощадный? Птица летела себе, ты ее подстрелил, а теперь хочешь избавиться… – Я снова разревелась, но попыталась успокоиться.

– Что ты за человек такой? – Ко мне подсел Юншэн и протянул платок. – Зачем все время ее обижаешь?

Хин отбросил прутик, резко встал и отошел, не желая больше слушать обвинения. Я немного успокоилась. Сокол крутил головой, рассматривая все вокруг. Во взгляде так и читалось желание поскорее вырваться и улететь.

– Не расстраивайся, Кисана, – подергал меня за рукав Юншэн. – Оставим птичку. Я лично буду за ней присматривать.

– Правда? – Я снова прослезилась, взглянув на брата.

Он мне улыбнулся и кивнул.

– Как ты ее назовешь?

– Назову?.. – Шмыгнула носом и извинилась, Юншэн умиленно улыбнулся. – Не знаю.

– Придумаешь, тогда скажешь, – поддержал Юншэн.

Кинэ продолжал сооружать клетку, приглядываясь к птице, чтобы подошла по размеру. Вокруг костра постепенно собрались все участники