Секрет похищенной дискеты - Екатерина Вильмонт

— Его на дачу увезли.

— Понятно. Давай, Петька, жду!

Даша побежала к маме:

— Мамуль, ты голодная?

— Нет, я на работе обедала. Дашка, что мне надеть?

— А что у тебя за встреча?

— С французами!

— Ну, тогда черное платье.

— Нет, оно слишком открытое!

— Ну и что? Сейчас лето!

— Нет, лучше синий костюм. Строго и элегантно.

— Да, я про него забыла.

— Причесаться поможешь?

— Запросто!

Через двадцать минут Александра Павловна была готова.

— Мамуля, ты жутко красивая!

— Жутко? — засмеялась мама. — Кстати, Кириллзвонил из бостона и сказал, что возвращается послезавтра.

Кирилл Юрьевич Смирнин, муж Дашкиной мамы и отец Стаса,работал теперь вместе с Александрой Павловной в русско-американскойтелекомпании и частенько летал в Америку.

Подушившись Александра Павловна чмокнула Дашу и упорхнула. Ибуквально через десять мину в дверь позвонили. Даша бросилась открывать.

— Ой, Петька, какой ты загорелый! — воскликнулаона.

— Лавря! Привет! Я не знал, что тебе привезти из Одессыи подумал, что это тебе понравится.

И он протянул ей туго набитый мешочек.

— Это что? Ой, семечки!

— Называются «Конский зуб»! Отпадные! А если их ещенемножко пожарить с солью, то вообще…

— Сделаем! Ты есть хочешь?

— Есть? По-моему, я уже никогда есть не буду!

— Почему это?

— Ты была когда-нибудь в Одессе?

— Нет, а что?

— А то, что в Одессе кормят так, что можно толькоумереть!

— Так вкусно?

— «Вкусно» — это не то слово, но это еще с полбеды!Там, если ты еще можешь дышать, в тебя будут впихивать еду до полнойбездыханности! Ну еще бы, дети голодные! Дети — это мы с Крузом! Я нерастолстел?

— Вроде нет, но выглядишь как…

— Как огурчик?

— Ну, скорее как помидорчик, — засмеялась Даша. Споявлением Петьки ей сразу стало уютно и легко на душе.

— Значит, все-таки растолстел, — вздохнулПетька. — А вот ты, Лавря, чего-то бледная…

— А я сегодня ничего не ела…

— Почему?

— Расскажу, поймешь!

— Хочешь, я тебе яичницу с помидорами сделаю, а?

— Хочу, Петька! Очень хочу!

— Вот и хорошо, а потом мы с тобой будем грызть семечкии ты мне все расскажешь.

Даша с удовольствием съела яичницу.

— Спасибо, друг!

— Не за что! Теперь совсем другое дело, на тебя опятьприятно смотреть.

— А было неприятно?

— Ну не то чтобы… Но сейчас лучше!

Семечки Петька поставил в духовку, обильно присыпав солью.Когда они были готовы, он аккуратно переложил их с противня в миску и поставилна кухонный стол:

— Лавря, тащи газеты!

— Зачем?

— А шелуху куда?

— Ну, в тарелку…

— Лавря, где твое чувство стиля? Семечки — в тарелку?Фу!

— Тогда уж надо просто на пол лузгать, —засмеялась Даша.

— Это уже перебор! Газета в самый раз!

Они уселись друг против друга и принялись щелкать семечки.

— Потрясно! Петька, это кайф!

— Ладно, кайфуй, но рассказывай!

И Даша все ему рассказала. Петька слушал внимательно, неперебивая. Когда она замолчала, он спросил:

— Кострючко его фамилия?

— Да.

— Кострючко, Кострючко… Почему-то мне эта фамилиязнакома… Я точно ее слышал, и не раз, но где… Он кто по профессии?

— Не знаю, как-то не до того было.

— Ладно, узнаем… А они, бандиты эти, что-нибудь взяли вквартиры?

— Мы и этого не успели узнать.

— Понятно. Слушай, а какое он на тебя впечатлениепроизвел?

— Да вроде неплохое… Он не противный.

— Уже хорошо. А зовут его, значит, ВладиславРусланович?

— Именно.

— Это мне ничего не говорит, а вот фамилия… Ох, Лавря,я теперь буду мучаться, пока не вспомню! Кострючко… Кострючко…

— Петька, прекрати! Расскажи лучше про Одессу!

— Ах, Одесса, жемчужина у моря! — пропелПетька. — Но если серьезно, город клевейший! Если б не родственники и неперебои с водой…

— На Дерибасовской был?

— Спрашиваешь!

— Ой, Петька, а ведь у тебя одесский акцент появился!

— Там это мигом! А слышала бы ты, как Круз говорит!Умора! Как будто он там всю жизнь прожил. А как он торговался на Привозе!

— Привоз — это базар? — припомнила Даша всепрочитанные книги об Одессе.

— Ну да!

— А чего же вы раньше времени оттуда слиняли?

— Погода! Пошли дожди, а в дождь там можно толькоудавиться. Лавря, я вот что подумал… А не порыскать ли нам с тобой завтраутречком вокруг квартиры, а?

— Думаешь, стоит?

— Думаю.

— Давай! Тем более я Ляльке и Хованскому обещалаприехать только послезавтра.

— Отлично! Ты только немножко измени внешность,все-таки тебя там уже видели…

— Хорошо. Но что ты надеешься там узнать?

— Что-нибудь. Просто надо посмотреть, поджидают лиэтого Кострючко добры молодцы… Или следят ли за его женой… Там, сдается мне,любители действовали… Для профи слишком много проколов.

— Каких проколов?

— Открытая дверь квартиры… А главное то, что они васупустили. Если, конечно, упустили…

— Петька!

— Лавря! Позвони сейчас этой Ляле, спроси, все ли у нихв порядке, не заметили ли они чего-нибудь подозрительного… Или лучше я сампозвоню! Хованщина ведь там должен быть?

— Да.

Петька набрал номер, который дала ему Даша.

— Алло! Можно попросить Кирилла?

— Сейчас! — ответил тонкий девичий голосок.

— Слушаю!

— Хованщина, здорово!

— Квитко? Ты? Откуда? — обрадовался Кирилл.