Ночь, когда она умерла - Анастасия Эльберг

— Прошу прощения, мисс Паттерсон. Я не узнал вас. Вы желанный гость.

Сегодня в клубе было шумно и людно. Я сделала пару шагов и остановилась, ища глазами свободные столики, но мне на помощь пришла Колетт, появившаяся за моей спиной.

— Добрый вечер, мисс Паттерсон. Позвольте, я возьму ваш плащ.

Я сняла плащ и оглядела девушку. Колетт была одета в длинное платье из мерцающей зеленой ткани — такое могла позволить себе только женщина с идеальной фигурой танцовщицы, каковой она и являлось. Платье плотно облегало тело, не скрывая ни одного изгиба. С тем же успехом Колетт могла покрыть себя зеленой краской — эффект был бы похожим.

— Мадемуазель Бертье, — сказала я. — У меня такое ощущение, будто вы помолодели со времени нашей последней встречи.

Колетт улыбнулась. В ней удачно сочетались чувство собственного достоинства, женское коварство, скромность, профессионализм и вежливость. Я бы не отказалась от такой помощницы.

— Благодарю вас. Не стойте в дверях. Вы будете что-нибудь пить? Может, вы голодны?

— Нет. Я пришла для того, чтобы поговорить с месье Мори. Он здесь?

— Конечно. — Колетт кивнула в направлении сцены. — У господина Мэйсона сегодня день рождения. Сейчас они с господином Фельдманом поздравят его, а потом месье Мори будет в вашем распоряжении. Я проведу вас к его столику.

Вивиан и Адам стояли у края сцены в паре метров от первых столиков. Последний поднял руку в попытке привлечь внимание, а потом пару раз хлопнул в ладоши.

— Друзья, — заговорил он. — Месье Мори плохо себя чувствует. Давайте проявим немного уважения и постараемся говорить чуть тише, потому что он не в голосе. Тем более что сегодня он приехал специально для того, чтобы поздравить господина Мэйсона.

— Спасибо, Адам.

Вивиан посмотрел на Патрика Мэйсона, который поднялся на сцену и подошел к ним.

— Вы не должны были приезжать ради меня, доктор, — сказал он. — Если бы вы сказали, что больны, все бы прекрасно поняли вас и уж точно не стали бы в чем-либо обвинять.

— Я не люблю нарушать традиции. Тем более что вы, Патрик — особый гость.

Именинник улыбнулся, пережидая аплодисменты.

— Итак, господин Мэйсон, — снова заговорил Вивиан, — от нашего с господином Фельдманом имени, а также от имени всех людей в этом зале мы поздравляем вас с днем рождения. И, так как у вас есть все, а мы с господином Фельдманом по роду занятий должны не желать кому-либо чего-либо, а исполнять желания, то перейдем к подарку. — Он отдал Патрику небольшую связку ключей. — Правила вы знаете. Тут шесть ключей, и подходят они к шести замкам в шести комнатах. На ознакомление со всеми комнатами у вас есть два часа. А это, — он протянул ему бархатный мешочек с изображением эмблемы клуба, — игральная кость. Она поможет вам узнать номер комнаты, с которой нужно начинать. Кость принадлежит вам, и также вам принадлежит то, что вы найдете вместе с ней. Это — скромный подарок от меня. Он придаст ощущениям, которые вы испытаете, более тонкий и изысканный характер. А для того, чтобы немного подогреть ваше любопытство, могу сказать вам: за одной из этих дверей скрывается один из ваших самых любимых пороков, которому вы предавались в течение этого года.

— Спасибо, доктор. И за поздравление, и за подарок. — Патрик поклонился публике, и они с Вивианом обменялись рукопожатием. — Я очень рад, что мы с вами познакомились, и что я имею честь бывать в вашем заведении.

— Думаю, это мы должны благодарить вас за то, что вы приходите к нам. Поторопитесь, потому что через пять минут мадемуазель Бертье перевернет песочные часы.

Колетт кивнула мне на прощание.

— Песочные часы не ждут. Приятного вам вечера, мисс Паттерсон.

Подошедший к столику Вивиан некоторое время изучал меня, после чего сел. Света тут было немногим больше, чем тогда в моем кабинете, но теперь мы сидели друг напротив друга, и я могла лучше его разглядеть. В его лице ничего не изменилось — разве что тень морщин на лбу стала немного отчетливее. Но такое впечатление создавалось, скорее всего, потому, что он выглядел больным. Через пару дней морщины разгладятся, в глазах снова появится тот легкий холодок, под которым он умело скрывает свою истинную сущность, а улыбка из усталой и болезненной превратится в ту улыбку, которая для многих женщин означала потерю власти над своими мыслями.

— Я помню это платье, — сказал он. — Славные были дни.

— Я знала, что ты оценишь.

Он взял бокал и поболтал остатки вина на дне.

— Какие удовольствия я могу предложить даме сегодня вечером?

— Ты можешь сказать, что ответишь «да» на вопрос, который я задала тебе в прошлый раз.

— Вынужден тебя огорчить. Я отвечу «нет».

Я откинулась на спинку кресла.

— Очень жаль. Где твой приятель Саймон? Сегодня он не пришел?

— Он мне не приятель, Изольда. И, если это все, что ты хотела, я повторю свой вопрос. Какие удовольствия я могу предложить даме сегодня вечером?

Он допил вино и вернул бокал на стол. Я повертела в руках сумочку и подняла голову.

— Ты всегда был плохим актером. Хуже всего тебе удается безразличие.

— А ты всегда была очень хорошей актрисой. Сейчас мне хочется посмотреть тебе в глаза и понять, какого черта ты тут появилась, но я знаю, что даже если увижу в них что-то, это будет ложью.

— Простите, я отвлеку вас на пару секунд.

Рядом с нами остановилась невысокая девушка в простом черном платье.

— Записки? — спросила я. — У вас эта забава до сих пор в ходу?

— Да, — кивнул Вивиан. — Посетителям это нравится. Возьмешь?

— Почему бы и нет?

Я запустила руку в бархатный мешочек, который принесла девушка — точно такой же, какой подарили Патрику некоторое время назад, только побольше — и достала стеклянную капсулу с запиской. «Расскажите соседу по столу свою тайну», прочитала я на желтоватой бумаге.

— А вы, доктор? — спросила девушка, обращаясь к Вивиану.

— Если дама взяла записку, то мне нужно последовать ее примеру.

Я посмотрела на то, как он открывает капсулу и читает написанное.

— Вы будете выполнять желание? — спросила у меня девушка.

— Нет, — покачала головой я и вернула капсулу в мешочек.

— А вы?

Вивиан улыбнулся и кивнул.

— Буду.

Девушка снова повернулась ко мне.

— Вы, конечно, в курсе, но я напомню вам: если вы отказываетесь от своего желания, то ваш сосед по столу может придумать свое желание. Для вас.

— Спасибо. Я знаю правила.

Девушка поставила на наш стол небольшой красный флажок — знак того, что мы уже участвовали в игре — и удалилась.