Почему не Эванс? - Агата Кристи

– Нет, – сказала она себе, – человек, который хочет купить недвижимость, либо пришел бы пораньше днем, либо остался на следующий день. Кто идет к агенту в шесть тридцать вечера, а на другой день уматывает в Лондон? И вообще, зачем приезжать, почему не написать?

Нет, решила она, у Бэссингтон-ффренча рыльце в пушку.

Следующий визит Фрэнки нанесла в полицию. Инспектор Вильямс был ее старый знакомый. Как-то он разыскал служанку, которая явилась с фальшивыми рекомендациями, а потом улизнула, прихватив кое-что из драгоценностей Фрэнки.

– Добрый день, инспектор.

– Добрый день, ваша милость. Надеюсь, ничего не случилось?

– Пока нет, но вскоре я намерена ограбить банк, потому что мне страшно не хватает денег.

Инспектор захохотал, оценив остроту.

– Собственно говоря, я зашла просто так, из праздного любопытства, – сказала Фрэнки.

– Неужели, леди Фрэнсес?

– Да. Пожалуйста, инспектор, скажите мне, тот человек, который сорвался с утеса, Причард, или как там его…

– Причард, совершенно верно.

– При нем нашли одну фотографию, так ведь? Кто-то сказал мне, что целых три!

– Правильно, одну, – отвечал инспектор. – Это была фотография его сестры. Та приехала и опознала его.

– А писали, что три. Вот ведь абсурд!

– Это легко объяснимо, ваша милость. Газетчики любят приврать и частенько совершенно неверно освещают дела.

– Я знаю, – сказала Фрэнки. – Каких только диких историй я не слышала! – Она помолчала, потом сполна зачерпнула из источника своего воображения: – Говорят, его карманы были набиты бумагами, неопровержимо доказывавшими, что он – большевистский наймит, а согласно другой версии, его карманы лопались от наркотиков и поддельных денег.

– Здорово, ничего не скажешь! – Инспектор смеялся от души.

– Я полагаю, на самом деле там были обычные вещи?

– Да и тех негусто: носовой платок без инициалов, какая-то мелочь, пачка сигарет и пара мелких купюр без бумажника. Никаких писем. У нас были бы трудности с опознанием, если б не эта фотография, ниспосланная, так сказать, провидением.

– Интересно, – сказала Фрэнки. С учетом уже известного ей она полагала, что слово «провидение» совершенно неуместно в данном случае. Фрэнки сменила тему разговора: – Вчера я ходила проведать мистера Джонса, сына викария. Того, которого отравили. Небывалое событие.

– А! – воскликнул инспектор. – Вот это действительно из ряда вон, если хотите. Никогда не слышал, чтобы прежде случалось подобное. Приятный молодой джентльмен, у которого нет ни единого врага на всем белом свете. Во всяком случае, такое создается впечатление. Знаете, леди Фрэнсес, шляются кругом разные странные типы. И все равно я не слыхал ни об одном маньяке-убийце, который действовал бы подобным образом.

– И никаких соображений относительно того, кто это сделал? – Фрэнки прямо глаза выкатила от любопытства. – Так интересно обо всем этом слушать, – добавила она.

Инспектор прямо расплылся от удовольствия. Еще бы – вот так, по-приятельски, болтать с дочерью графа. В леди Фрэнсес не было ни высокомерия, ни чванства.

– В округе видели одну машину, – сказал он. – Темно-синий «Тэлбот» с закрытым кузовом. Один человек на Локс-Корнер сообщил, что видел темно-синий «Тэлбот» с номерным знаком ГГ 8282, который проехал в сторону Сент-Ботолфа.

– Ну и что вы думаете?

– ГГ 8282 – номер машины епископа Ботолфа.

Фрэнки представила себе убийцу-епископа, который приносил в жертву сыновей священнослужителей, и со вздохом отбросила эту мысль.

– Я полагаю, епископа-то вы не подозреваете? – спросила она.

– Мы узнали, что в тот день машина епископа не выезжала из дворцового гаража.

– Значит, номер был поддельный.

– Да, тут уж как пить дать есть над чем подумать.

Фрэнки с восхищенным видом распрощалась с инспектором. Ей подумалось, что в Англии наверняка полно темно-синих «Тэлботов», но она промолчала, дабы не обескураживать его.

Вернувшись домой, она взяла со стола в библиотеке телефонный справочник Марчболта, отнесла его в свою комнату и принялась изучать. Она убила на это несколько часов, но результаты оказались плачевными: в Марчболте проживало 482 Эванса.