Закон маятника - Вероника Вереск

Сцену, которая произошла в лабораторном корпусе после того, как мне пришлось его поспешно покинуть, я не могла наблюдать. Но никто не мешал мне представлять ее во всех красочных подробностях. А как иначе? Журналист должен помимо прочих талантов обладать даром воображения, даже если он принципиально пишет правду и ничего кроме правды. Впоследствии я имела возможность убедиться, что все именно так и происходило.

Пока я в сопровождении Виталия Максимовича спускалась по хлипкой пожарной лестнице, заброшенный лабораторный корпус наполнялся топавшими и отчаянно ругавшимися молодыми мужчинами самой отталкивающей внешности. Пройдя по коридорам, они принялись заходить по очереди в каждую комнату и методично заглядывать всюду, где мог бы спрятаться человек. Впоследствии сотрудник полиции подтвердил мои худшие предположения: эти граждане были настроены более чем серьезно и кто знает, чем бы могла закончиться встреча с ними.

– Тут они! – радостно заорал один из них. – Во, гляди, Андрюха, у телефона трубка брошена.

– Там вроде как бабьим голосом кто-то вякнул, – подхватил второй, заглядывая под стол и даже в сейф. – Не, никого. Если баба, то по-любому где-то прятаться должна. И мужик тоже, иначе чего бы ее сюда понесло?

– Кто о чем, а вшивый о бане. Ищите, так вашу перетак! – заорал на них главный. – Чего стоите, как эти самые? Кому сказано – носом землю рыть!

Один из подчиненных, явно с отставанием в развитии, постарался выполнить приказ в буквальном смысле. Опустившись на четвереньки, он принялся по-собачьи бегать по бывшему офису, все разглядывая и обнюхивая.

– Ну вот, заставь дурака молиться, он и лоб расшибет, – проворчал охранник, недовольный, что вся эта ерунда случилась именно в его дежурство. – Он не это хотел сказать, чудак-человек.

– Нашел! – радостно воскликнул «шестерка». – Тут старые бумажки лежат, а эта свежая и духами пахнет, вкусные.

Еще бы не вкусный запах! Мой любимый дневной аромат, между прочим, «Нина Ричи», из новой коллекции для бизнес-леди.

– А ну дай сюда! Молодец, Толик! Ну, ни фига себе! Хмелевич Виктория Евгеньевна, журналист, отдел расследований. Все, финита ля комедия, братцы-кролики. Уж лучше бы налоговая или «Альфа» с «Вымпелом».

– И это мы из-за какой-то писаки с такого козырного места когти рванули?! – возмутился громила, половину лица которого покрывали следы от давнего ожога. – Мало того что помещение, считай, дармовое, так еще и аппаратура: центрифуга, автоклав, молекулярный, блин, разделитель! Да на нем искусственный кокс получался лучше настоящего.

– Ты, Алхимик, не врубаешься, так сиди, как мышь под метлой, и варежку не разевай, когда умные люди тему перетирают, – прервал его главный – бледный тощий субъект, голос которого тут же сорвался на визг. – Это вам не просто бабенка, у которой шило в одном месте, это Штирлиц и зондеркоманда в одном флаконе! Про мандариновую империю по телеку видели?

– Про директора овощебазы, который на десять лет загремел за хищение в особо крупных размерах?

– А кто налоговую на него навел, ты в курсе? Кто всю его конспирацию помножил на ноль? А про коттеджный поселок, который хотели замутить посреди лесопарка, слыхали? И кто, по-вашему, этому помешал? Люди громадные бабки потратили, взяток раздали немерено за разрешение на строительство, и в результате что? Не только фигу с маслом, а еще и статью схлопотали!

– И что же, Псих, ты хочешь сказать, – нерешительно произнес еще один, комкая в руках шапочку-чеченку, – что эта Хмелевич сюда заявилась по наши души?