Тринадцатый стул - Михаил Учайкин

— Вы часто во вторую смену работаете? — спросил он, ведя девушку под локоток по узким театральным коридорам.

— Приходится, — ответила та. — Особенно в выходные дни, когда кафе работает допоздна, а после десяти алкоголь не продают. Посетители налегают на напитки и пирожные. Знаете, — улыбнулась Галина, — у нас неоднократно бывала и такое, затарятся алкоголем, а потом требуют закуску уже под самое утро. Приходится подрываться и на скорую руку что-нибудь готовить. Хозяин не терпит, когда говорят, что кухня закрыта, и ничего уже нет. По его глубокому убеждению, раз кафе открыто, то клиенту всегда должны подать горячее дежурное блюдо.

— Например, пельмени, — хохотнул Игорь.

— Да хотя бы и пельмени с лучком и бульоном, — согласно кивнула Галина. — У нас и в меню прописано, какое блюдо до которого часа можно требовать.

— Нам сюда…

Игорь остановился перед дверью, расположенной прямо рядом с винтовой лестницей, ведущей куда-то наверх. На двери не было таблички, но мелом крупными буквами было выведено «Костюмерная», как будто специально для него.

Осторожно постучавшись, стараясь не испачкаться в меле, Игорь приоткрыл дверь и заглянул внутрь комнаты.

— Кто тама? — раздался суровый женский голос из глубины помещения, сплошь заставленного вешалами с платьями, пиджаками и самыми неожиданными костюмами и стеллажами со шляпами и прочей атрибутикой.

— Мне бы задать парочку вопросов! — крикнул Игорь.

— Ну, так иди сюда, — ответили ему.

Игорь смело вошел внутрь и потащил за руку свою спутницу — не прогнали сразу, значит, был шанс, что не погонят и в дальнейшем.

В самом дальнем конце комнаты за столом, заваленном нитками, лентами и кусками тканей, две женщины — одна помоложе, другая постарше — пили чай с печеньем.

— Тебе чего? — спросила та, что постарше, обладательница сурового голоса.

Та, что помоложе, достала из ящика стола еще пару чашек и, не спрашивая, налила незваным гостям чая.

— Угощайтесь, — ласково сказала она, кивнув на печенье в вазочке.

Игорь из заднего кармана джинсов достал свое служебное удостоверение.

Женщины его долго изучали, сравнивали фотографию на документе с лицом его предъявившего.

— И что от нас частным сыщикам надобно? — спросила женщина постарше, когда решила, что все сходится.

— Я по поводу костюма к одному из спектаклей, — Игорь показал им уже довольно измусоленную фотографию.

— Я сейчас принесу, — сказала более молодая женщина. — Это наряд Мэри Поппинс, а шляпка еще в нескольких спектаклях используется.

— А зовут вас как? — почему-то шепотом спросил Игорь, когда костюмерша ушла. — Вы мое имя знаете, а я ваши нет.

— Нина Федоровна, — кивнула в сторону ушедшей женщина постарше, — а я Альбина Ивановна.

— А мою спутницу зовут Галина, — улыбнувшись, сказал Игорь. Теперь он чувствовал себя вполне комфортно, ведь девушка в его расследовании играла не последнюю роль. Неспроста он пригласил ее в театр, а затем повел за кулисы.

Вернувшись, Нина Федоровна выложила перед Игорем прямо на стол, поверх всего, что там лежало, серенькое шерстяное платье, соломенную шляпку, ленту с маками от нее, а сверху водрузила невысокие замшевые ботильоны.

— Эта роль женская, к ней прилагается соответствующая обувь, — ответила она на удивленный взгляд Игоря. — На вашей фотографии в костюм Мэри облачен мужчина, ботиночки ему несколько маловаты, видимо, оказались, иначе думаю, он надел бы и их, — костюмерша выразительно поцокала языком.

— Может, вы мне еще и скажете, чей светлый лик скрыт под дамской соломенной шляпкой, — попытался съехидничать Игорь.

— Да без проблем, — в тон ему ответила Альбина Ивановна своим суровым голосом. — Кривые ноги в сандалиях принадлежат не кому-нибудь, а Иванцову, если это только не фотомонтаж.

От Игоря не укрылось, как крупно вздрогнула Галина, чуть не облившись чаем.

— И че он так вырядился? — пожала плечами Нина Федоровна.

— Мне сказали, что разыгрывали сценку из пьесы «Тринадцатый стул», — сказал Игорь, вдруг вспомнив слова Аглаи.

— А-а-а, — многозначительно протянула Альбина Ивановна. — Та пьеска давно перенесена в архив, и возобновлять ее постановку в ближайшее время вряд ли будут. А костюмы из нее или переделаны или списаны. Может, поэтому?

— Вы не помните, о чем в пьесе говорилось? — поинтересовался Игорь. — И что за сцену мог изображать актер.

Он не стал называть его фамилию специально, хотя прекрасно запомнил, надо не забыть поинтересоваться у Галины, чем ее та фамилия так напугала. А пока он с важным видом принялся рассматривать принесенный ему костюм и исподволь, пока женщины рассказывали о пьесе, сравнивать с тем, что надето на Галине.

Итак… Шляпка. Даже ему, не специалисту, видно, что на Галине шикарная фирменная, а не дешевая соломка, которую он покрутил в руках и отложил в сторону. Про маки можно вообще не говорить, такие и он, если немного потренироваться, слепит. Платье. На Галине струящийся шелк, а платье для Мэри шерстяное, хотя качества неплохого. Игорь с удовольствием помял ткань в руке, а потом, как бы невзначай, прикоснулся рукой к платью девушки. Но фасон почти одинаковый. Кто бы мог подумать?

— И как давно спектакль «Мэри Поппинс» идет на сцене? — спросил Игорь у костюмерш.

— Да года два уже… — протянула Нина Федоровна.

— Три, — отрезала Альбина Ивановна. — Но если надо точную дату премьеры, то могу посмотреть в журнале.

— И костюмы ни разу не меняли? — продолжил допытываться Игорь.

— Нет. А зачем? — удивились костюмерши.

— Спектакль идет на сцене один раз в месяц, да еще и с летним перерывом. На гастроли его не возят, — уточнила Нина Федоровна. — Костюмы и те чистим и приводим в порядок один раз в год перед началом сезона. Можете взглянуть, — она взяла в руки платье и поднесла почти к лицу Игоря, — катышков и тех нет.

Он заметил, что платье незаношенное, можно сказать, почти новое. Осталось выяснить теперь, сколько времени у Галины эта шляпка и шелковое платье… Актером Иванцовым он поинтересуется, когда проводит девушку на работу или домой, как та скажет.