Тринадцатый стул - Михаил Учайкин

Уверенность друга никак не хотела передаваться Игорю.

— В любом случае, — голос Андрея стал по-деловому серьезен, — алиби у тебя есть, ну, если ты только не пришил старушку до того, как отправиться ко мне.

— Какое алиби? — Игорь готов был разрыдаться. — Ты, что ли, мое алиби?

— И я тоже…

В трубку было слышно, что Андрей ходит по квартире, звенит ключами, шуршит бумагами.

— Когда мы с тобой курили на балконе, нас видели две тетушки, выгуливавшие своих собачек. Любопытные такие. Они с нами еще поздоровались, не поленившись задрать головы кверху. А сосед слева вышел, чтобы составить нам компанию, пришлось задать ему несколько ненавязчивых вопросов. А это уже алиби…

Такси не пришлось ждать долго, на ночных дорогах пробок не было, и Игорь буквально через пятнадцать минут стоял возле двери квартиры, из которой вышел не так давно. Он взялся за ручку и толкнул дверь — она оказалась не заперта.

— Галина, вы где? — негромко позвал Игорь, войдя в темную прихожую.

— Я здесь, — отозвалась девушка откуда-то со стороны гостиной.

Игорь, не включая свет, пробрался к ней. Та сидела на пороге, не решаясь пройти дальше. Она уже не рыдала, а только негромко всхлипывала. И не нужны были предостережения Игоря, чтобы не проходила и не трогала — она и сама под страхом смерти ни за что бы ни вошла внутрь.

В свете уличного фонаря можно было рассмотреть лежащее на боку кресло и тетю Машу, не подающую признаков жизни. В комнате сильно пахло алкоголем…

Игорь поднял дрожащую девушку на ноги и прижал к себе. Ему тоже было страшно. До прихода Андрея он и сам не хотел бы заходить в комнату и включать свет. От вида крови его начинало мутить — а голова жертвы даже при беглом взгляде на нее покоилась в луже чего-то.

— Ну, и что здесь произошло? — раздался бодрый голос Андрея, а затем прихожую залил яркий свет.

Обнимающаяся парочка, Галина и Игорь испуганно вздрогнули и шарахнулись друг от друга.

— Вот, — стараясь смотреть в комнату, Игорь указал рукой туда, где лежала тетя Маша.

Андрей по-деловому прошел мимо него и Галины, вежливо кивнув девушке — с ней он познакомится позже. На руках у Андрея были тонкие латексные перчатки, а на ногах — бахилы. Не хватало только его следов.

— Беру свои слова обратно, насчет того, что зря оставил бабушке недопитую бутылку коньяка, — голос Андрея не потерял бодрости, но теперь в нем появились веселые нотки.

«Как можно веселиться, когда такое горе?!» — хотел возмутиться Игорь, но не успел.

Андрей и его, и Галину, цепко схватив за руки, втащил в гостиную.

— «Скорую» и полицию вызвать все же придется, — сказал он. — Да раскройте глаза, — приказал Андрей, — не бойтесь. Жива бабушка… Пьяна и крепко спит.

Он поднял кресло и усадил в него тетю Машу, которая сквозь сон что-то хрипло и невнятно пробормотала.

— И это не кровь, а недопитый портвейн. Кровь есть, но не здесь, а в другой комнате, и не ее, а неведомого злоумышленника, — он указал Игорю на дверь в кабинет.

Втроем они прошли туда, оставив тетю Машу спать в гостиной.

— Некто пытался зачем-то сдвинуть с помощью этого предмета секретер с места. Вот следы…

На паркетном полу были отчетливо видны царапины, оставленные ломом, валявшемся рядом с секретером.

— Но старинный предмет мебели не поддался, — изрек Игорь.

— Скорее всего, дело было так, — сказал Андрей. — Тетя Маша спала или собиралась лечь спать, видите, она в ночной рубашке, но шум в гостиной ее разбудил или не дал лечь в постель. Она прокралась сюда и увидела, как курочат ее пол и мебель.

Ни от Игоря, ни от Андрея не укрылось, как удивленно округлились глаза у Галины.

— Да-да, именно так и было, — продолжил Андрей, — Недолго думая, она схватила с журнального столика недопитую бутылку с коньяком, которую принес Игорь, навестивший старушку, пока вы, Галина, были на работе, и не слабо приложилась к голове незваного гостя, что бутылка не выдержала и разбилась, а остатки коньяка пролились. Отсюда в гостиной и кабинете сильный алкогольный запах, который не выветрился, несмотря на то, что окно распахнуто настежь. В него и сиганул злоумышленник, судя по каплям крови, идущим от секретера к окну. Повезло ему, что всего лишь второй этаж, а то мог еще и ноги переломать.

— Почему он сбежал, — спросил Игорь, — тетя Маша ведь всего лишь слабая беззащитная старушка?

— Как выясняется не такая уж и слабая, и беззащитная. Сделай сам предложения, пока полиция не приехала, чего мог испугаться злоумышленник, — попросил Андрей.

— Испугался неожиданного нападения, был уверен, что ему никто не может помешать, — сказал Игорь. — К тому же ему разбили голову.

— Как версия принимается, — кивнул Андрей.

— Неожиданно позвонили в двери, — вспомнил Игорь о визите антиквара. Они могли договориться о встрече вечером, когда уйдет Игорь. Правда, тетя Маша была в ночной рубашке, но не факт, что она была в ней, когда отоварила гостя по голове бутылкой, которого не ждала, — на ней совершенно не было следов коньяка.

— Тоже неплохая версия, — согласился Андрей.

— А почему тетя Маша оказалась на полу рядом с опрокинутым креслом? — жалобно спросила Галина.

— Думаю, что она, чтобы снять стресс, выпила одна почти целую бутылку портвейна, захотела сесть на свое кресло, но уронила его. Попыталась поднять и упала рядом с ним, остатки из бутылки вылились рядом с ней, А бутылка могла откатиться уже позже, когда тетя Маша задела ее рукой и ногой.

— Только я не думаю, — Игорь решил несколько подправить рассказ Андрея, — что тетя Маша была в постели или собиралась лечь спать, когда услышала шум в кабинете. Она, скорее всего, дремала в своем кресле прямо здесь, в гостиной.

— Допустимо, — кивнул Андрей. — Остался открытым вопрос, как злодей проник в квартиру.

— Вряд ли через окно, в которое удрал, — сказала Галина.

Она не закрыла его в кабинете, потому что Андрей не разрешил ни к чему прикасаться до прихода, а потом и ухода полиции.

— У тети Маши на стеллажах старинные книги, которым «свежий» воздух весьма вреден, а особенно перепады влажности. Она всегда окно и дверь в кабинете держит закрытыми, а кондиционер, который круглый год поддерживает и влажность, и температуру на определенном уровне, включенным. Я иногда убираюсь в кабинете, так тетя Маша, категорически запрещает мне протирать пыль влажной тряпкой.

— Могла сама впустить, — пожал плечами Игорь.

— Наиболее вероятно, — согласился с ним Андрей.

— Не думаю, — сказала Галина. — Тетя Маша весьма подозрительная особа. В квартиру, когда одна дома, впускает только тех, с кем сама знакома очень хорошо.