Обманутые иллюзии - Нора Робертс

Развернувшись на каблуках, Люк засунул большие пальцы за пояс.

– Это все твой фокусы, старик! Будет лучше, если ты опять сделаешь мою шляпу такой, как она была!

– Я? – подняв брови, Макс прижал руку к груди. – Ты в чем же меня обвиняешь? Думаешь, я заколдовал ее специально, чтобы испортить твой вечер с Лили?

– Вот именно, черт побери, – это было не совсем так, как на репетиции, но Люк чувствовал истинное вдохновение. Он наклонился над шляпой и постучал по ее краю. – Ну, так сделай же ее такой, как она была!

– Ладно, ладно, – Макс вздохнул, словно сожалея, что этому парнишке не хватает хороших манер, и сделал несколько пассов руками. – Не будешь ли ты так любезен стать в шляпу, Люк? – маг невинно улыбнулся, а Люк подозрительно уставился на него, как сова.

– Хорошо, но только без шуточек, – мальчик быстро и ловко запрыгнул внутрь. – Помни, что я за тобой слежу.

Как только голова Люка исчезла за краем шляпы, Макс взмахнул своей волшебной палочкой:

– Вот и подходящее заклинание. Раз, два, три! – он подошел к шляпе и достал из нее белого кролика. Публика одобрительно зашумела, а Макс наклонил к залу шляпу, чтобы всем было видно, что она совершенно пуста. – Сомневаюсь, что теперь Лили будет интересно провести вечер в городе с таким компаньоном.

Эта реплика служила сигналом, по которому на сцену выбежала Лили. Быстрый взгляд на трепыхающегося в руках Макса кролика – и Лили взвизгнула:

– Нет, нет, не надо больше! – с отчаяньем на лице, она повернулась к зрителям: – Это четвертый кролик за месяц. Разрешите дать вам совет, дорогие леди: никогда не связывайтесь с ревнивыми волшебниками, – все захохотали, а она повернулась к Максу: – Расколдуй его!

– Но, Лили…

– Расколдуй его сию же минуту, – руки в боки, она воинственно двинулась на Макса, – или мы с тобой поссоримся!

– Ну, ладно, – с наигранной неохотой маг опустил кролика обратно с шляпу, вздохнул и дважды взмахнул волшебной палочкой. Из шляпы словно бы взвился вихрь – это появился возмущенный и злой Люк.

Публика все еще хлопала, пока мальчик перелезал через край и грозил фокуснику кулаками. Но когда зрители заметили небольшой белый хвостик из ваты, прикрепленный сзади к фалдам смокинга, они захохотали просто до слез.

Люк быстро понял, как можно добиться нужного эффекта. Повернув голову, он трижды повернулся, пытаясь рассмотреть собственную задницу.

– Немного не рассчитал, – извинился Макс, когда все стихло. – Чтобы доказать, что я не хотел его обидеть, я сейчас сделаю так, чтобы хвостик исчез.

– Ты обещаешь? – Лили обворожительно надула нижнюю губку.

– Слово чести, – поклялся Макс, кладя руку на сердце. Развязав свою накидку, он набросил ее на Люка и взмахнул волшебной палочкой. Черное шелковое облако медленно заскользило к полу. Волшебник подхватил его за уголок и поднял.

– Макс! – в ужасе закричала Лили.

– Я сдержал свое слово, – он низко поклонился ей, затем веселящейся публике. – Хвостик исчез. Вместе с самонадеянным нахалом.

Лили и Максу еще предстоял финал, а Люк уже остался за кулисами. Он стоял, словно прикованный к месту. Они аплодировали. Они смеялись. Все это из-за него. Немного наклонясь вперед, он наблюдал, как Макс готовился распилить Лили пополам.

Только на одно-единственное мгновенье их взгляды встретились и остановились. Но в этот миг Люк почувствовал такое понимание и счастье, что у него перехватило в горле.

Впервые в своей жизни он полюбил другого мужчину. И в этом не было ничего постыдного.

Люк бесцельно слонялся по карнавальной площадке. Последнее выступление давно закончилось, но в ушах у него все еще звучали аплодисменты и смех, как будто старая, знакомая песня, чью мелодию напеваешь снова и снова.

Он стоял на сцене. Пусть на короткие мгновенья, но он был важным и нужным человеком. Он таинственно исчез прямо на глазах у десятков потрясенных зрителей.

И они поверили.

В том-то и весь секрет, размышлял Люк, шатаясь по проходам мимо аттракционов, где усталые зазывалы бессвязно выкрикивали свои скороговорки в постепенно рассеивавшуюся толпу. Заставить людей поверить, что это не иллюзия, а правда, пусть хоть на долю секунды. Вот это власть, настоящая власть, сильнее кнутов и кулаков. Интересно, подумалось ему, смог ли бы он объяснить кому-нибудь то, что сейчас чувствовал? Ум его был переполнен ощущением власти, казалось, что голова вот-вот не выдержит и разлетится на куски со вспышкой горячего, белого света.

Он знал, что Макс понял бы его ощущения, но еще не был готов с кем-либо поделиться. Сегодня был его дебют, и все, что он чувствовал, принадлежало только ему.

Когда он засунул руку в карман, под пальцами хрустнули десять долларов, которые Макс дал ему после представления. Люк тотчас же захотел немедленно их потратить – это желание оказалось сильнее тех, которые он когда-то привык не замечать. Он окинул взглядом вращающиеся огни чертова колеса. Сегодня он мог позволить себе все.

Вдруг у него перед глазами мелькнула маленькая фигурка в джинсах и широком свитере. Он сперва остановился, потом нахмурился и выругался.

– Роксана! Эй, Рокс! – Люк бросился за ней, схватил девочку за руку. – Какого черта ты здесь делаешь? Ты должна лежать в постели.

Она и сама это знала. Она знала, что должна была лежать в постели и мучиться от зуда, пока Люк исполнял ее номер на сцене. Она знала, что впереди – бесконечные дни и ночи. А когда они приедут в Новый Орлеан, и с нее сойдут все прыщи и пятна, то летний сезон уже закончится.

– Я хочу покататься.

– Черта с два.

Ее бледное личико от гнева залилось краской.

– Ты не имеешь права командовать мной, Люк Каллахан. Ни сейчас, ни когда-нибудь еще. Я хочу покататься на чертовом колесе, и тебя это не касается.

– Послушай, у тебя в голове, наверное, дерьмо вместо мозгов… – но он не успел закончить мысли, как она вмазала ему локтем в живот, прямо в солнечное сплетение.

Когда он опять смог дышать, она уже бежала прочь. – Черт тебя побери, Рокси, – он догнал ее, но только потому, что она стала в очередь. Люк попытался оттянуть девочку в сторону, но она вновь набросилась на него, чуть не укусив.

– Ты что, с ума сошла?

– Я хочу покататься, – она скрестила руки на худенькой груди. От цветных огней, проносящихся по ее лицу, красные пятна на коже казались мрачно-нарядными.

Он мог уйти. Конечно, она никому не сказала бы, что он вообще ее видел. В конце концов, присматривать за Роксаной не входило в круг его обязанностей. Но по какой-то непонятной еще для него самого причине, Люк остался стоять рядом с девочкой. Он даже достал деньги, чтобы заплатить за билеты, когда оператор узнал Роксану и поманил их рукой.

Как маленькая принцесса, Роксана благосклонно кивнула Люку.