Падение Ворона - Данил Корецкий

Июнь 1991 г., Тиходонск

В Тиходонске было так же жарко, как в Карне. Оскаленный, на своей видавшей виды белой «Ниве», встретил его и Джузеппе в аэропорту. Они бросили сумки в багажник, потом Джузеппе протиснулся на заднее сиденье, а Ворон сел рядом с водителем. «Нива» осторожно выбралась с территории аэровокзала на Степнянское шоссе, свернула к городу и набрала скорость.

– Как тут у вас? – спросил Ворон. – Что нового?

– А вон, сейчас сам увидишь, – хмыкнул Оскаленный.

Впереди стояла машина ГАИ, рядом инспектор в форме, один в штатском и два омоновца в касках, бронежилетах и с автоматами. Подчиняясь взмаху полосатого жезла, «Нива» прижалась к обочине и остановилась.

– Выйти всем из машины и приготовить документы! – приказал инспектор. – И откройте багажник. Оружие, наркотики есть?

– Какие наркотики, командир! – смиренно спросил Оскаленный. – Я друзей встречал, они только прилетели, их перед самолетом уже двадцать раз ошманали…

– Билеты есть? Вложите в паспорта!

Под дулами автоматов все трое вылезли из машины. Паспорта с билетами гаишник передал штатскому, а сам занялся изучением документов на машину. Потом заглянул в салон и багажник. Омоновцы с безразличием наблюдали за привычной процедурой, но пальцев со спусковых крючков не убирали.

– Воронов, ты что, в зоне родился? – спросил штатский, острым взглядом рассматривая его паспорт, и криво усмехнулся. – Первый раз вижу такое место рождения: «ИТК-17, г. Приазовск»!

Он протянул документ гаишнику, тот взглянул и тоже развеселился. Только омоновцы не были расположены к шуткам и лица их застыли в рабочем выражении постоянной угрозы.

– Да, родился, двадцать девять лет отсидел, вот возвращаюсь домой! – сквозь зубы процедил Ворон.

– Шутник! – покрутил головой штатский, протягивая документы обратно. – Ладно, пусть едут, они действительно только прилетели!

Через пару минут «Нива» продолжила движение.

– Ничего себе встреча! – выругался Ворон.

– Хорошо еще прикладами по почкам не били, – сказал опытный Джузеппе. – А ты что, правда, в зоне родился?

– Оно тебе надо? – угрюмо буркнул Ворон в ответ. И спросил у водителя: – Что у вас тут происходит?

– Вчера два отморозка учинили налет на «Алмазы Якутии», – отозвался Оскаленный. – Прямо днем! Двое убитых – охранник и милиционер. Вот они и лютуют. Ребята недовольны: зачем мясню в городе устраивать? Это всем боком выходит. Многих пацанов похватали – за старые дела, за всякие мелочи, или просто ни за что… Вот и мы попали под горячую руку!

– А кто? Наши, или залетные?

Оскаленный оглянулся на Джузеппе, наклонился к уху Ворона и понизил голос почти до шепота.

– Думаю, наши, мелочь пузатая…

– Почему так думаешь?

– Один черт ко мне заходил накануне, – так же тихо сказал Оскаленный. – Маслята^[5] к «тэтэшнику» спрашивал. И черную маску из кармана выронил. А через пару дней, в ювелирном – и такие маски, и «ТТ» засветились… Бывают такие совпадения?

– Вряд ли, – согласился Ворон. – А ты дал маслят?

– Откуда? Их у меня давно нет… Я ему сказал: ты же за гоп-стоп пять лет отволок, только неделя, как откинулся, а опять на рожон лезешь? Хоть в курс войди, новую жизнь узнай, всё ведь поменялось… А он посмотрел, как бычара на красную тряпку, сплюнул и ушел… Видно брательника с собой взял… Уехали бы подальше, суки, а то у нас под носом срут, а нам нюхать!

– Да-а-а, – неопределенно протянул Ворон. – Бизнесу это не на пользу…

Остальной путь прошел в молчании. Оскаленный привез их на Старопочтовую улицу, по которой ходил трамвай, запущенный еще дореволюционным градоначальником. Сейчас улица называлась по-другому, градоначальника забыли, трамвайные вагоны несколько осовременили, а в остальном все оставалось, как в начале века. Доживающие свой век древние двух- трехэтажные дома, дворы-колодцы с железными лестницами и деревянными сортирами, коммунальные квартиры в которых еще готовили на керогазах и керосинках, добыть керосин к которым было непростой задачей. В одном из таких дворов и располагался новый офис бригады.

В квартире первого этажа с отдельным входом остро воняло свежей краской. Все три зарешеченных окна и металлическая дверь были открыты настежь, но ни от вони, ни от жары это не спасало. Над входом красовалась вывеска «Товары и продукты».

– Пацаны этого не понимают. – Оскаленный указал пальцем на вывеску.

– Потому что книг не читаете, – отозвался Ворон, а Джузеппе виновато почесал лысую шишковатую голову. – Был такой фармазон – Остап Бендер, он лохов разводил на деньги. Так у него была контора «Рога и копыта». Ну, а у нас «Товары и продукты». Чем плохо?