Сердечная отрава - Владимир Колычев

— И как это все понимать? — ошарашенно спросил Арсений.

В квартире порядок, нигде ничего не перевернуто и следов крови не заметно.

— Может, ушли? — спросил Буян, укладываясь на диван.

Селезенка у него целая, но гематома в левой части живота конкретная, обезболивающее колоть пришлось.

— Куда ушли?

— Ну куда… Где этот Ширман живет?

— Живет… — в раздумье кивнул Казимир. — Адрес я знаю.

Арсений осмотрел спальню: кровати заправлены, на тумбочке только будильник, ни расчески нигде, ни косметики. И на столе никаких личных вещей, которые могла бы оставить Сирена. Она действительно могла собраться и уйти. Но в шкафу так и висела одежда, в которой ее забрали из офиса. Там же стояли туфли.

— Что там такое? — спросил Казимир.

— Не могла Сирена уйти в спортивном костюме и в тапочках, — качнул головой Арсений.

— В костюме могла, в тапочках — нет.

— Увезли их. Силой увезли.

— Думаешь?

Арсений вышел на лестничную площадку, позвонил в соседнюю дверь. Ждал он недолго. Щелкнул замок, и на него поверх очков с толстыми линзами уставились два подслеповатых глаза. Женщина пожилая, с морщинистым лицом и дряблыми обвисшими щеками. Вроде бы вялая на вид, но голос прозвучал бодро:

— А вот я сейчас милицию вызову!

— Так мы сами из милиции, — соврал Арсений.

Он достал из кармана блокнот с коричневой обложкой, поднял руку так, чтобы женщина не смогла ничего разобрать.

— Капитан Афанасьев, уголовный розыск…

— Из милиции?.. А почему оттуда вышел?.. Там что, убили кого-то? — Женщина пыталась высунуться из квартиры, как рапан из ракушки.

И так же резко заскочила обратно, когда Арсений опустил руку, убирая блокнот.

— А что, могли кого-то убить?

— Ну, шумно было, — кивнула женщина, потянув на себя дверь.

Арсений быстро подставил ногу, мешая старухе.

— Когда это было?

— Ну, недавно… Девушка кричала… Ее что, изнасиловали?

Женщина снова высунула голову из-за двери. Но смотрела она почему-то на лестничный марш.

— Где изнасиловали? На лестнице?

— Ну, на лестнице кричали…

— Когда это было?

— Ну, когда… С час назад… Я хотела милицию вызвать…

— Только девушка была?

— Да нет, и мужчину вели. Он, правда, не кричал…

— Кто вел?

— Ну, парни там какие-то были… Здоровые такие! — Женщина приложила кулаки к животу и раскинула локти.

— Вы кого-нибудь в лицо запомнили?

— В лицо?! Запомнила?.. Да я тебя, дружок, запомнить не смогу. Потому что еле вижу.

— Спасибо и на этом.

Арсений вернулся в квартиру, полез за сигаретой, но замер в нерешительности. Он же давал зарок не курить и даже чувствовал в себе силы остановиться, но какой в этом смысл, если Сирены нет рядом. Вот когда они снова будут вместе…

Он все-таки достал сигарету, щелкнул зажигалкой….но так и не закурил. А вдруг это плохой знак, который погубит Сирену?

На кухню зашел Казимир.

— Ну, что ты там узнал? — спросил он, вставляя патрон в пистолетную обойму.

— Я же говорю, силой их увезли.

— Обоснуй.

— Сирена кричала, на помощь звала. А мы где в это время были?

— Ну, мы-то на задании были…

— А почему мы на задании были?

— Потому что нас послали…

— Куда нас послали?.. — едко усмехнулся Арсений. — Кто послал? И почему именно нас? Почему Котел ничего про Агеевку не знал?

Казимир соображал недолго.

— Думаешь, нас нарочно услали?

— А ты что думаешь? Что тебе Ширман говорил? О чем вы с ним разговаривали?

— Что мне Ширман говорил?

— Серьезные люди против нас работают. Убить нас могут.

— Ну, это и так ясно… Эй, меня сегодня пытались убить!.. Слушай, брат, не нравится мне вся эта канитель! — Казимир озадаченно смотрел на Арсения.

— Эта канитель целый лимон стоит. Бешеные бабки — бешеная ситуация!

— Не вопрос.

— Вопрос, откуда уши растут?

— Из нефти, — кивнул Казимир.

— Да это понятно.

— Что такое залоговый аукцион знаешь?

— Смутно.

— Это, брат, не смутно. Это, брат, конкретно. Пока мы тут бизнесменов на счетчик ставим, они, походу, государство дербанят. Нефтянку приватизируют.

— И что?

— Нефтянка — священная корова этой страны. Уже несвященная. И корова не для страны… Ширман конкретно в это дело встрял. Компаньон его корову себе присмотрел. «Совкомнефть», слышал?

— Да мне-то на кой!

— Компаньон эту корову у государства увел, зарезал, на куски порубил. Один кусок уже выкупили, второй через две недели выкупать будут, а там и третий на подходе. Но это уже не суть. Главное, кто первым двумя кусками владеть будет.

— Кто, Ширман?

— Угадал. Первый кусок он уже хапнул, и под второй все заряжено. Через две недели аукцион, если Ширман живой будет, кусок этот под него ляжет… Знаешь, какие это бабки? Думаешь, миллионы? Нет, брат, миллиарды! В баксах!.. Потому он лимон и отстегнул… Ну, готов был…

— А мы не получим этот лимон?

Деньги Арсения волновали куда меньше, чем Сирена. Но деньги — это стимул, чтобы спасти Ширмана. Пацаны должны рвать и метать, чтобы вырвать его из лап озверевшего компаньона, а вместе с ним и Сирену.

— Ну, если мы сможем найти Ширмана… — в раздумье, и совсем не уверенно проговорил Казимир. — Если его увезли, то не домой…

— И не в офис, — кивнул Арсений.

— Почему не в офис? — Казимир смотрел на него, а вопрос, казалось, задал самому себе.

— А смысл?

— А документы?

— Какие документы?

— Ну, на этот аукцион… Документы могут быть в кабинете. Ты же видел, там — в сейфе — двойное дно…

Арсений не знал, где именно могут храниться важные документы, но, если есть хоть какой-то шанс выйти на похитителей, он должен хвататься за него.

— Едем?!

— Погнали! — кивнул Казимир.

Буян засыпал после обезболивающих, потому его трогать не стали, и на Охотный ряд отправились втроем. На всякий случай Арсений прихватил с собой автомат. Строго говоря, на это нужно было разрешение Котла. Казимир посмотрел косо, ничего не сказал, но в машине достал телефон.