Добрый доктор Айбандит - Дарья Донцова

– Галя, это чучела, – напомнил оператор Иван, – лайфа не получится. Хотя ты права. Вначале прикольно – сидят, слушают, а потом уныло. Степ, тебе как?

– Нудно, – оценил коллега.

– Немедленно найдите живых псов, – потребовала Мамонтова. – Ирка! Рыси на улицу, приведи любых.

– Я визажист, а не ваш ассистент, – твердо заявила девушка.

– Спокойствие! – воскликнула Марина Евгеньевна. – У нас все под контролем. Сколько собачек вам оживить? Двух хватит?

– Это возможно? – заморгал Леонид. – Они, похоже, не первый год как в псиный рай уехали.

– Нет проблем, – задорно пообещала хозяйка. И принялась бойко командовать: – Люда, Петя, давайте взбодрим Беатриче и Молли. Операторы, маленькое условие: стараетесь не брать пол. Ну, начали! Я отвечаю на вопросы, а песики у нас резвятся, скачут, целуют мамочку. Вперед! Мотор! Камера! Запустились! Девушка, как вас там, Интервенция, спрашивайте!

Я зачитала очередной шедевр Леонида:

– Как вы относитесь к каждому своему новому мужчине?

– Ангел мой, – пропела Марина Евгеньевна, – мужчина в принципе не способен быть новым, он является следующим, и я живу с Федором Николаевичем уже много-много лет…

Людмила и Петр упали на пол, по-пластунски подползли к чучелам и схватили их.

– Р-р-р, – зарычала домработница, сажая Беатриче на диван.

– Гав-гав-гав! – звонко залаял Петр, хватая Молли. – Тяв!

Я изо всей силы сцепила зубы. Не дай бог расхохотаться… Беатриче и Молли заскакали по дивану. Людмила и Петр, очевидно, не первый раз работали чучеловодами, у них отлично получалось управлять собачьими муляжами.

– Левый угол пустой, – заявил Степа, – провисает. Туда надо кошку.

– Не получится, – пропыхтела стоящая на четвереньках Людмила, – нужен третий человек, мы с Петькой можем лишь с Беатриче и Молли управиться.

– Индульгенция! – заорала Галина. – Садись за спинку дивана!

– А кто будет задавать вопросы? – я попыталась отбиться от навязываемой роли.

– Нам нужна живая кошатина, – ввинтился в беседу Леня. – Не капризничай, Летиция! Пока ты сиамкой поработаешь, мы снимем перебивочки.

Но мне страшно не хотелось брать в руки тушку давно скончавшегося кота. Я прекрасно отношусь к животным, но при одной мысли о том, что придется держать чучело, мне стало плохо.

– Может, Ирина лучше справится с этой задачей? – заныла я.

– У меня аллергия, – живо объявила девушка. – На все! И я визажист, а не кукловод-любитель.

– Вариация, хорош кривляться! – возмутилась Галина.

Делать нечего, я бочком протиснулась за диван, перегнулась через его спинку, взяла пушистый комок, лежащий около валика, и удивилась. Останки кота оказались на ощупь мягкими, податливыми и вроде теплыми. Вероятно, набитая синтетическим наполнителем шкура мурлыки нагрелась под яркими софитами, которые Степа и Ваня щедро расставили по гостиной.

– Прячься, – приказал мне Леня, – и вози котом по спинке сверху. Туда-сюда, сюда-туда. Начали! Марина Евгеньевна, вы как?

– Всегда готова, – отрапортовала хозяйка.

– Душенька! Обожаю вас! – восхитилась Галина. – Не то что другие… Перед некоторыми надо буквально кадриль плясать, иначе словечка не скажут. Степан, Иван! Начали! Собаки пошли на диван… Лаем интенсивненько, скачем, демонстрируя радость… Джина обнимает бабушку, преданно смотрит ей в глаза…

– Эрекция! Ау, ты куда подевалась, Эрекция? – закричал Леонид.

Я осторожно высунулась из-за дивана и наткнулась на сердитый взгляд Буйкова.

– Эрекция! Пинай кота!

– Его зовут Патрик, – представила чучело хозяйка.

Я заняла стартовую позицию, услышала вопль Галины: «Мотор!» – и начала дергать то, что ранее было милым котиком.

Простая на первый взгляд задача оказалась не столь уж легкой. Патрик задевал когтями за ткань, и мне приходилось прилагать определенные усилия, чтобы перемещать его. Потом чучело намертво (простите за случайный каламбур) зацепилось за окантовку дивана. Я приподнялась и начала освобождать его лапу из витого шнура. И тут бездыханное тело вздрогнуло и зашипело.

– Мама! Он двигается! – заорала я, вскакивая на ноги. – Патрик ожил!

В ту же секунду кот вывернулся из моих рук и прыгнул на голову Марине Евгеньевне. Красивая прическа съехала ей на лицо. Джина быстро схватила один из пледов, села на пол и закуталась в шерстяное одеяло. Ваня сделал шаг назад, уронил один из софитов, тот упал прямо на Петра, продолжавшего самозабвенно лаять. Рабочий матерно заорал, отбрасывая Молли. Чучело чихуахуа угодило в нос Людмиле. Домработница, в тот момент стоявшая на четвереньках возле коленей хозяйки, от неожиданности уткнулась носом прямо в туфли Марины Евгеньевны.

– Ай! Ты мне своими зубами испортишь лабутены! – закричала актриса, выпадая из роли милой душечки. – Закрывай рот, когда шлепаешься! Немедленно уберись с дорогой обуви, ты ее исцарапаешь!

Притихший было Патрик испугался резкого голоса хозяйки и кинулся к буфету. Марина Евгеньевна не растерялась, быстро отняла у Джины плед, набросила его себе на голову и вмиг стала похожа на представительницу коренного населения Замбии. Патрик помчался по верху буфета, сбрасывая вниз стоявшие там бутылки. Я зажмурилась. Сейчас раздастся звон, на полу образуется груда осколков, потекут реки алкоголя… Прощай, съемочный день, нам придется убирать гостиную.