Последнее испытание - Мэри Бёртон

Ей уже приходилось беседовать с жертвами торговцев людьми, и она усвоила несколько уроков. Первый был прост: время не лечит. Психотерапия действительно помогает склеить обломки, но швы остаются навсегда, и эти швы уязвимы.

Однако темноволосая Эллис Картер не выглядела слабой. В свои тридцать она была стройной и подтянутой; не пользовалась косметикой, чтобы подчеркнуть чистую, загорелую кожу; носила потертые джинсы, красный пуловер и поношенные, но стильные туристические ботинки.

Эллис улыбнулась брату и обняла его.

– Майк! Как твой ремонт?

Лицо Невады смягчилось – Мэйси оно показалось незнакомым и привлекательным. На нее он всегда смотрел немного настороженно.

– Никогда в жизни больше не возьму в руки малярную кисть.

– Ходят слухи, ты тащишь дом деда…

– Он сопротивляется каждому шагу, но дело движется. Как твой бизнес?

– Сокращаем осенние туры и готовимся к сезону праздников. Ты придешь ко мне на День благодарения?

– Обязательно.

– Сборище неудачников – должно быть очень весело…

– Ты же знаешь, я люблю неудачников, – сухо ответил он.

Эллис рассмеялась.

– Дурачок. Тебе они понравятся.

Мэйси завидовала их непринужденной болтовне. Когда она думала о празднике, то представляла семью Франкенштейна, пытающуюся вести светскую беседу за обеденным столом: «Когда похитили твою родную мать?»

Эллис повернулась к ней и протянула руку:

– Эллис Картер.

Мэйси ответила на рукопожатие и постаралась держаться как можно приветливее.

– Специальный агент Мэйси Кроу. Спасибо, что пришли.

Лицо молодой женщины мгновенно стало серьезным.

– Когда я увидела Майка, то почти забыла, зачем пришла.

– Жаль, что я вам помешала.

– Нет, это ваша работа… Хорошо, что вы приехали. Я рада узнать, что вы вернетесь к моему делу.

Беннет выдвинула стул для Эллис, но сама села у противоположного края стола. Мэйси вернулась на свое место, а Невада устроился рядом с двоюродной сестрой. Чувствительным его назвать было нельзя, но своих он в обиду не давал.

– Элли, – сказал Майкл, – несколько месяцев назад я уже рассказывал тебе, что мы получили федеральные деньги и смогли проверить образцы ДНК из нераскрытых дел. В том числе из твоего дела.

Эллис нервно поерзала и поджала губы.

– Я всегда думала, что их проверили тогда, много лет назад.

– Проблемы с бюджетом, – объяснил Невада.

– Не знала, что у правосудия есть цена… Похоже, что платить приходится за все.

Мэйси промолчала. Она не станет критиковать работу Грина, пока не узнает его мотивы.

– Расскажите о ночи, когда на вас напали.

Невада бросил на Мэйси предостерегающий взгляд, как бы говоря: «Полегче».

– Не обращайте внимания на мрачный вид моего кузена, – сказала Эллис. – Я выдержу.

– Вижу. – Кроу ей не поверила. Она тоже владела искусством сохранять невозмутимость, когда на самом деле ее грызли тревога и чувство вины. – Расскажите о той ночи.

– С чего начать?

– С того момента, как увидели нападавшего.

– Я спала в своей постели. Заснула не сразу, потому что родители разводились и я никак не могла с этим примириться. Промучившись несколько часов, я все же заснула. Но сон был неглубоким. Знаете, как будто сознание прячется под покровом сна, готовое включиться в любую секунду…

– У меня было много таких ночей, – кивнула Мэйси.

– Думаю, я так толком и не заснула, потому что мгновенно проснулась, когда услышала, как открывается дверь моей спальни. Я села на кровати и увидела его в дверях…

Эллис сделала глубокий вдох и умолкла.

Беннет встала, взяла с тумбочки упаковку бумажных салфеток и с виноватой улыбкой положила их перед ней на стол.

– Спасибо. Я надеялась, они мне не понадобятся. – Эллис рассеянно дергала за нитку, выбившуюся из свитера. – Наверное, я его испугала, потому что он быстро повернулся, а уже через секунду был рядом и навалился на меня. Заткнул рот кляпом и приставил нож к горлу.

– Вы видели его лицо?

– Нет. На нем была лыжная маска. Черная, с красным кантом вокруг глаз и рта. – Эллис вдруг заморгала, взяла салфетку и промокнула глаза. Потом нервно рассмеялась. – Думала, что после стольких лет я не расплачусь.

– Всё в порядке, – сказала Мэйси и, подождав, когда она вытрет глаза и немного успокоится, прибавила: – Не торопитесь.

Невада молчал, но, похоже, с трудом сдерживал ярость. Большинство людей не понимают, что насилие над родственниками влияет на всю семью – не только на женщин, но и на мужчин. Такие, как Майкл, будут винить себя за то, что в нужный момент не оказались рядом и не помогли.

– Какого цвета у него были глаза? – спросила Мэйси.

Пальцы Эллис стиснули салфетку.

– Голубые.

– Он что-то говорил?

– Прошептал, чтобы я молчала, иначе он перережет мне шею, как прутик. Мое сердце бешено колотилось, и я подумала, что оно сейчас взорвется. Может, нужно было бороться с ним… Я сильная, но делала все, что он мне приказывал. Он не видел во мне человека, и это пугало меня больше всего.

– Вы были напуганной пятнадцатилетней девочкой. Вы выжили. У вас не было выбора.

– Мама в тот вечер ушла на свидание. Напомнила мне, что нужно запереть заднюю дверь, но я выносила мусор и, наверное, забыла это сделать. Больше не забываю.

– Все мы совершаем ошибки.

– Но не все ошибки обходятся так дорого.

Мэйси слегка подалась вперед.

– В прошлом году я расследовала дело в Техасе. Пошла одна, чтобы проверить зацепку. Разговор прошел очень удачно. Я вышла и позвонила техасским рейнджерам, чтобы сообщить информацию. И не посмотрела по сторонам. Вдруг, словно из ниоткуда, выскочил грузовик и сбил меня. Водитель пытался меня убить, и у него почти получилось. Я должна была заметить его приближение.

– Вы никак не могли знать о нем, – сказала Эллис.

– Разумно. Было бы хорошо, прислушивайся мы к советам других людей.

Эллис пристально смотрела на нее, сдвинув брови.

– Ладно.

– Вашей вины здесь нет. Совсем.

– Иногда я в это верю.

Мэйси еще сильнее подалась вперед – Эллис должна ей поверить.

– Вы всё сделали правильно.

Не отрывая взгляда от Мэйси, Эллис искала причину для сомнений.

– В любом случае он меня связал.