Последнее испытание - Мэри Бёртон

– Войдите.

Салливан открыл дверь как раз в тот момент, когда его обитательница положила телефонную трубку.

– Специальный агент Кроу.

Помощница шерифа Брук Беннет встала, обогнула металлический стол и протянула руку. Она была высокой, стройной, со спортивной фигурой, примерно одного возраста с Мэйси.

Женщины без стеснения окинули друг друга оценивающим взглядом.

– Специальный агент Кроу. Рада с вами познакомиться. Полагаю, вы без труда нашли шерифа на месте преступления?

Мэйси покачала головой.

– Не проблема. За свою карьеру мне приходилось много раз бывать на месте преступления.

Позади рабочего стола висели три грамоты и фотографии в рамках – одетый по всей форме Невада вместе с Беннет, улыбающийся подросток и пожилая женщина. Мальчик был очень похож на Беннет, и Мэйси подумала, что это брат или сын.

– Позвоните, если что понадобится, – сказал Салливан и вернулся на свой пост.

Мэйси прошла вслед за Беннет в конференц-зал с большой белой доской, овальным столом под дерево и четырьмя мягкими стульями. На тумбочке рядом с доской располагались стопки папок, пара маркеров и булькающая кофемашина.

Брук взяла пластиковый стаканчик.

– Вам какой?

– Три порции сахара и две молока. – Мэйси поставила рюкзак на стол. – Пока мы ждем шерифа, я хотела бы получить информацию о пропавших девушках и изнасилованиях.

– Конечно.

Кроу расстегнула молнию рюкзака, достала блокнот и пару ручек: она прекрасно управлялась с компьютером, но заметки предпочитала писать на чистой желтой бумаге. В процессе расследования блокноту предстоит потрудиться – заметки заполнят каждую строчку и поля.

Брук разложила на столе три тонкие папки – в ряд, чтобы были видны аккуратно напечатанные ярлыки: Освальд, Сьюзен, 15 июня 2004. Картер, Эллис, 15 июля 2004. Кеннеди, Ребекка, 15 августа 2004.

Мэйси сразу же обратила внимание, что все нападения произошли в середине месяца. Первый намек на закономерность. Даты могли отражать рабочий график насильника. Например, он нападал в свои выходные. Но это также дни новолуния; в такие дни ночное небо темнее. Кроме того, это летние месяцы – теплая погода, каникулы… Осознавал ли сам насильник эту закономерность? Она была уверена, что даты – не совпадение.

Мэйси открыла первую папку. Освальд, Сьюзен. На первой странице – фотография: бледное лицо в россыпи веснушек, губы крепко сжаты, под блестящими от влаги зелеными глазами размазанная тушь. На шее кольцо синяков. Бледно-розовые цветы на больничной сорочке указывают на то, что снимок сделан во время медицинского освидетельствования. В глазах не только слезы, но и стыд – признак глубокой психологической травмы.

Кроу сжала пальцы левой руки в кулак, напоминая себе, зачем она пришла в этот мир. Ее единственное предназначение – искать таких чудовищ и изолировать их.

– Хорошо, что ты уже тут освоилась, – сказал Невада, появляясь в дверном проеме.

Беннет распрямила спину.

– Шериф Невада. Кофе?

Майкл снял бейсболку. Улыбка смягчила его угловатое лицо.

– С каких это пор ты стала подавать мне кофе?

Лицо Брук не дрогнуло.

– Это спектакль для ФБР.

Невада взял стаканчик.

– Ладно, но в следующий раз кофе варю я.

Мэйси искала намек на личные отношения и, к своему облегчению, ничего такого не заметила. Хотя, конечно, их сексуальная жизнь ее не касалась.

– Я должна ввести агента Кроу в курс дела?

– Пожалуйста, – Майкл кивнул.

Беннет махнула рукой, указывания на стулья.

– Вы двое садитесь, а я изложу вам содержание этих папок.

Мэйси отхлебнула из стаканчика, отметив, что кофе вполне приличный. Она отодвинула стул и села, а Невада устроился прямо напротив нее. Когда он снимал куртку, рукав свитера слегка задрался, обнажив уходящий вверх шрам. Она помнила этот шрам – ей всегда было интересно, откуда он. Но во время своего так называемого романа они старательно избегали личных вопросов.

Беннет по очереди открывала папки, доставала фотографии и вешала на доску рядом друг с другом. Когда закончила, на них смотрели растерянные и несчастные лица девушек.

Мэйси вспомнила о фотографиях родной матери, которые удалось достать. Они были сделаны до похищения, но ей не составляло труда представить, как должна была измениться девушка после многократных изнасилований.

Помощница шерифа сняла колпачок с черного маркера.

– Благодаря шерифу Неваде мы смогли получить финансирование проверки ДНК из нераскрытых дел об изнасилованиях в Дип-Ран и соседних округах. – Тысячи образцов, взятых у жертв по всей стране, не тестировались из-за роста цен на лабораторные исследования и сокращения муниципальных бюджетов. – Анализ связал эти три изнасилования, произошедшие в радиусе тридцати миль от Дип-Ран.

Она коснулась фотографии Сьюзен.

– Первый случай произошел в десяти милях отсюда. Сьюзен Освальд, которой в момент нападения было семнадцать лет, жила с родителями в одноэтажном деревенском доме на участке площадью в один акр. Преступник застал девушку врасплох, когда она спала, и привязал к кровати. Он ушел через час, оставив Сьюзен привязанной. Мать нашла ее лишь на следующее утро.

– Мать все это время спала? – спросила Мэйси.

– У нее были серьезные проблемы со здоровьем. Через год она умерла.

– На шее девушки синяки.

– Насильник обхватил пальцами ее шею и слегка сдавил. Она предполагает, что так он хотел припугнуть ее.

– Он не пытался ее задушить?

– Нет.

– Но хотел, – сказала Мэйси. Понимая, что Невада внимательно слушает, она указала на лиловые пятна на шеях других жертв; у каждой последующей эти следы были отчетливее, чем у предыдущей. – Он готовился убивать. Травмы указывают, что с каждым разом его агрессия усиливалась.

– Думаю, вы правы, – согласилась Брук, указав на фотографию Ребекки Кеннеди. – Последнюю жертву он душил, пока она не потеряла сознание. Более того, мисс Кеннеди заявила: когда она отключилась, насильник привел ее в чувство. Сказал, что время умирать еще не пришло.

– Он эволюционировал, – заметила Мэйси. – Все это произошло в вашем округе?

– Совершенно верно.

– И шериф Грин расследовал все эти случаи, но не отправил биологический материал на анализ ДНК?

– Да.

– Он плохой полицейский или просто предвзято относился к нападениям на сексуальной почве?

Беннет несколько раз щелкнула маркером, выдвигая и вдвигая стержень.

– По большей части его действия были очень эффективными. Он регулярно громил наркотические лаборатории в сельской местности, количество пьяных за рулем при нем уменьшилось вдвое, а когда пропала Тоби Тёрнер, он не знал ни сна, ни отдыха.