Всматриваясь в пропасть - Евгения Михайлова

Был понедельник, за окном мартовский грязно-белый день. Снежные комки цепляются за черную землю, сопротивляясь робкому наступлению неярких солнечных лучей. Ира работала все утро дома, к часу дня почувствовала голод, открыла холодильник… Такая привычная и неприятная картина: ничего нормального, приготовленного и съедобного нет, одни остатки бывшего сыра, окаменевшей колбасы, какой-то засохший пирог. Вечером она возвращалась с работы настолько усталой, что прошла мимо магазина. Значит, самое время прерваться и сходить за продуктами и заодно вдохнуть воздух, скажем так, весны.

Ирина влезла в весенние куртку и сапоги, очень похожие на ее зимние, только без утеплителя. Повесила на плечо сумку – что-то среднее между деловой и хозяйственной, вышла и зажмурилась: солнце при прямой встрече оказалось гораздо ярче, чем из окна. Она глубоко вздохнула: да, это уже очень похоже на запах весны. Направилась к магазину, стараясь идти медленно: сегодня это ее единственная прогулка.

– Ирина, – вдруг раздался рядом высокий женский голос, вроде бы знакомый. – Добрый день. Ты меня узнала? Я Алена, жена Алексея.

– Да, конечно. – Ирина удивленно уставилась на элегантно-спортивную женщину в узких черных брюках и красивой куртке защитного цвета с капюшоном. Она бы, конечно, никогда не узнала Алену, если бы та ее не окликнула. – Я так задумалась, да и не ожидала вас здесь увидеть. Вы по делам в наши края?

– Ты, – назидательно произнесла Алена. – Мы с тобой на «ты», Ира. Да, я по делу. Я хотела тебя увидеть. Телефона я не знаю, но адрес запомнила тогда, у нас. Вы с Лешей вспоминали о том, как он тебя подобрал и отвез домой. Он назвал адрес, потому что когда-то жил в этих домах, а рядом с твоим был его детский сад. А я сразу запоминаю адреса. Даже подъезд запомнила – третий. А квартиру не знаю. Думала, кто-то выйдет – спрошу. А тут ты сама. Ты в магазин?

– Да. – Ира все еще не могла прийти в себя от удивления. – Я не поняла, Алена. А зачем тебе понадобилось меня искать? Прошу прощения, конечно. Что-то случилось?

– Наверное, можно и так сказать, – произнесла своим высоким, негнущимся голосом Алена. – Я ищу Алексея. Он не ночевал сегодня дома, телефон недоступен.

– Так. – Подошвы сапог Ирины прилипли к асфальту. – А при чем тут я?

– Ни при чем? Точно? – Глаза Алены стали совсем узкими, как щели амбразуры. – А я допустила, что при чем. Ира, раз ты шла не на работу, мы не могли бы вернуться к тебе домой? Не очень удобно говорить на улице.

– Если честно, Алена, я даже не поняла, о чем мы говорим. Я хочу есть, только поэтому иду в магазин. У меня дома нет ничего.

– И никого? – Взгляд Алены стал пристально-маниакальным.

– Я живу одна. – Ирина с ужасом осознала, что имеет в виду Алена: она приехала искать у нее мужа! Какой-то кошмар.

– Хорошо, – ответила Алена. – Давай зайдем в магазин и вернемся к тебе. Не говорить же нам тут.

Ирина покорно поплелась к магазину, Алена решительно вошла в него вместе с ней. Ира что-то побросала в свою тележку. Алена поставила туда же две бутылки пива со словами: «Я люблю». Затем поставила рядом коробочку с шоколадным пирожным. Одним! Ира даже почувствовала что-то похожее на веселое любопытство.

Они вошли в ее квартиру. Ирина отправилась на кухню выкладывать покупки, а Алена, сбросив небрежно куртку в прихожей, бесцеремонно рассматривала каждый угол двушки, у нее даже ноздри шевелились, как у охотничьей собаки. Она искала следы и, возможно, запах Алексея. У Ирины кожа покрылась мурашками: а вдруг она буйная сумасшедшая? Это многое бы объяснило.

Она приготовила омлет с сыром на двоих, открыла бутылку пива, положила в карман джинсов телефон: пусть будет под рукой, – и позвала свою странную гостью.

Алена с большим аппетитом ела омлет, даже снисходительно похвалила хозяйку – «а вкусно», – с наслаждением выпила пиво, приступила к пирожному.

– Хочешь? – вдруг сообразила она. – Могу поделиться.

– Нет, спасибо, – ответила Ира. – Я не люблю сладкое.

– Ну да, ты склонна к полноте. А я могу есть все, что захочу, и никогда не толстею. Меня все спрашивают, каким спортом я занимаюсь. Я просто смеюсь про себя: никогда и никаким.

Ирина смотрела на часы и с тоской думала, какое количество «я» еще способна вынести ее нервная система. Работа прервана и стоит. Наконец Алена завершила трапезу, сходила в ванную умыться и помыть руки, вернулась и отдала распоряжение сварить кофе. Ирина молча подчинилась. Поставила чашку перед гостьей и постаралась спокойно произнести:

– Ты не могла бы наконец изложить ситуацию внятно? Что с Алексеем, почему ты его ищешь у меня и почему ты сидишь тут уже час, совершенно ни о чем не беспокоясь, не звонишь, к примеру, в полицию? Вдруг беда случилась. Я, кстати, пока ты была в ванной, набрала его номер. Телефон на самом деле вне сети. Это же очень тревожно.

– Не так тревожно, как может показаться человеку со стороны. У нас с Лешей демократичный брак. Никто ни перед кем не отчитывается. У него такая работа, что он часто задерживается до ночи. А когда был жив Игорь, его друг, умерший недавно от ковида, они иногда оставались работать и на ночь. Правда, тогда Леша старался предупреждать. Но даже если звонка не было, я никогда не поднимала бабьего визга: ой, у меня муж пропал. Я не люблю выглядеть нелепой и обманутой дурой. Если что-то серьезное случается, людей находят. Я имею в виду, родственников. Но потом, после Игоря, такого, к счастью, не было. И вдруг опять…

– Ты сказала: к счастью? – потрясенно спросила Ирина.

– Ой, не надо. Это просто фигура речи. Какая ты зажатая и ограниченная. Я никогда не учу людей выбирать слова. Это право каждого. Так вот, я продолжу. Объясню, в чем проблема. Алексей склонен привязываться к людям с какой-то ненормальной преданностью. Его друг Игорь