ZERO – псевдоним - Юрий Горюнов

К боевым операциям мне было не привыкать, уже полгода, как я нахожусь в горячей точке, а именно, на войне. Дождавшись, когда с нашей стороны начались ответные выстрелы, чтобы подавить огонь и дать возможность уйти, я стал отползать, оставляя за собой след на песке. Подниматься было нельзя, так как мог оказаться под прицелом. По ту сторону были не дураки, и наверняка прикидывали, что я буду отползать. Но стандарты здесь не проходили, я стал двигаться по направлению к низине, но не там, где могли держать под прицелом место и можно достать пулей. Я пополз, в другом направлении, даже ближе к ним, где был не большой, но открытый холм, за которым было спасение. Там меня явно не ждали. Если мне удастся перемахнуть через него, используя фактор внезапности, я буду жить. А потом пусть бегут на мои пули. Итак, вот он холм, через который должен рывком перемахнуть. Я взял автомат в руку, чуть присел, приводя свое тело в живую пружину, прислушался. Выстрелы были одиночные и правее.

«Готов? – спросил я сам себя. – Готов». Резким движением я выпрямился в прыжке, ноги оторвались от земли, и бросился вперед. Коснулся земли почти на вершине холма, снова резкий прыжок. Меня заметили, я услышал резкий крик, но разбираться, где противник, не было времени. Раздались выстрелы. Когда я вторым броском уходил с холма, то почувствовал боль в левой руке, но я уже был по ту сторону, и пули проносились выше.

Упав, не стал задерживаться, а пригнувшись, побежал вниз, к кустам, и, достигнув их, повалился. Боль в руке не утихала, и только теперь я мог себе позволить взглянуть на руку и расслабиться. Алое пятно растекалось по рукаву. Значит, всё-таки зацепили. Вот не задача, только этого мне не хватало. Пошевелив пальцами, понял, что мышцы в порядке и не стал дальше задерживаться, а двинулся вперед. В это время услышал серию очередей и разрывы мин, значит, подоспело подкрепление. Вскоре я вышел в расположение правительственных войск, где мне перебинтовали руку и отправили в город, хотя я пытался остаться, чтобы собрать своих, но меня не слушали. Ранение было не опасное, пуля прошла навылет, не задев кости и мышц, но была потеря крови. Уже в городе я предстал перед своим непосредственным начальником – полковником Захаровым.

– Как ты? – вместо приветствия спросил он, кивнув на руку.

– Чуть зацепило, заживёт.

– Что у вас там случилось?

– Я так и не понял сразу, но явно нас ждали. Когда ударил гранатомет, мы высыпали из машин. Одновременно с взрывом, нас начали обстреливать из автоматов. Я ещё не успел упасть, как кто-то обозначил направление опасности, и это спасло мне жизнь. Действовали нагло, встали во весь рост и поливали нас пулями.

– Ладно, иди, отдыхай, завтра напишешь рапорт.

– Кто ещё вернулся?

– Пока только ты.

– И всё!

– Пока всё.

Я вышел и направился в свою комнату, пройдя через внутренний дворик под палящим солнцем, в другое здание. Поднялся на второй этаж и, открыв одну из дверей, вошёл к себе. Жалюзи на окнах были опущены, защищая от прямого попадания лучей солнца, но всё равно было душно. Включив кондиционер, прошёл к холодильнику, достал бутылку виски, налил полстакана, залпом выпил и повалился на кровать. Потихоньку температура в комнате приходила к терпимой.

Я окинул взглядом свое жилье и вспомнил былое.

После того вечернего звонка, на другой же день меня отправили в Африку.

Тогда Ветров мне приказал:

– На сборы два часа, самолет вечером. Личных вещей не брать. Тебя там фактически и не будет. Учти, что все всё знают, но фактически ты на родине, так что из ситуации выкручивайся сам.

И всё. Через несколько часов самолёт приземлился, и меня встретило знойное, палящее солнце. Разместился в квартале, где жили русские специалисты. Выделили комнату с минимум обстановки: кровать, стол, стулья, шкаф и холодильник.

Официально я числился в составе аэродромной службы в какой-то лётной части на окраине заштатного маленького городка в своей стране, а фактически участвовал в боевых операциях на стороне правительственных войск, против повстанцев. Это была очередная война за власть, за территорию. Кто был прав, кто нет, я не задумывался, это было бесполезно. Ни по каким документам нас здесь не было. Я лежал на кровати, левая рука тихонько ныла. Полежав, я направился в душ и долго стоял, смывая пыль и физическую усталость. Из душа вышел в одних трусах, выпил виски и снова завалился на кровать. За время, проведённое здесь, я стал другим, уже не был тем неопытным курсантом, тем наивным юнцом. По прибытии я познакомился со своим начальником, капитаном Севастьяновым, Димкой Севастьяновым. Мы вместе выходили в город, где, когда была возможность, сидели в тех местах, где было тихо. Пили крепчайший кофе из очень маленьких чашечек.

Димка. Нет уже Димки. Через три месяца после моего прибытия, он погиб в одной из операций. На другой день, после его гибели, мне было присвоено внеочередное звание, и я занял его должность. Звания здесь давали быстро, но этот карьерный рост был за счет выбывших. Димку тогда вытащили, но он скончался уже в госпитале. Его не бросили, хотя он был уже без сознания. Здесь мы все были без опознавательных знаков и правило одно, мёртвых за собой не вытаскивать. Нас здесь не было. Сколько парней полегло на чужой земле, где они и не были по документам, скольким близким приходили гробы, наполненные землей для веса, а где реальные тела не знал никто. Мёртвых оставляли на поле боя. Это было жестоко, но мы выполняли приказ. Размышляя, я заснул.

Спал крепко и проснулся под утро. Умылся и, надев чистую полевую форму, отправился к начальству. Времени было уже часов восемь. Постучав в дверь, и получив разрешение войти, открыл её; в кабинете начальника сидел, кроме него, особист.

– Проходи, садись, – здесь не было, как в обычной части докладов и прочих правил. Всё было проще. Я прошёл и сел на стул возле стола. Особист сидел на диване.

– Расскажи, что там было, – попросил он.

Я рассказал всё, что вчера своему начальнику.

– Значит, считаешь, что вас ждали?

– Гарантий дать не могу, но всё свидетельствует об этом. На случайную встречу гранатомет не носят.

– А может быть, простая засада? Так, на удачу?

– В пункт назначения было несколько дорог, мы ехали не по главной и даже не по объездной, а практически малоиспользуемой, поэтому ждать там можно