Клан новых амазонок - Чингиз Абдуллаев

– Добрый вечер. Глеб Алексеевич скоро будет. Он, как обычно, застрял в пробке. Садитесь пожалуйста, – показала она на кресло, сама устраиваясь на диване. – Что будете пить?

Филиппинка вкатила столик с напитками.

– Минеральную воду без газа, – попросил Дронго.

– Мне мартини, – приказала Тереза. – Она принимала гостя дома, но успела надеть дорогие часы с бриллиантами и серьги с голубыми камнями под цвет платья.

– Харазов позвонил мне и сказал, что вас интересует эта жуткая история с убийством Пашкова. Мы все были в таком ужасном состоянии. Можете себе представить, поехали встречать Новый год – и получили убийство нашего друга…

– Представляю, – мрачно кивнул Дронго, принимая стакан с минеральной водой. Наверное, вы с мужем очень переживали.

– Конечно. Бедный Всеволод Георгиевич! Кто мог подумать, что все закончится так печально?

– Они дружили с вашим мужем?

– Я бы не назвала это дружбой. Скорее они были партнерами по бизнесу. Деловыми партнерами. Насколько я знаю, компания Пашкова поставляла свою продукцию для концерна, в котором работает мой супруг. Но других подробностей не знаю.

«Интересно, откуда у высокопоставленного чиновника госконцерна лишние пять миллионов долларов на покупку такой квартиры, – иронично подумал Дронго, – или на бриллианты для жены?», а вслух спросил:

– А с его супругой Кирой вы общались?

– Не особенно, – вздохнула Тереза, – у нее сложный характер. С ней вообще мало кто общался.

– Почему?

– Ее манеры и круг общения не всегда соответствовали ее статусу – что поделаешь, бывшая провинциалка. Ей просто повезло, что она сумела найти такого мужа. В ее положении обычно довольствуются гораздо меньшим.

– Но вы поехали встречать Новый год вместе, – иронично улыбнулся Дронго.

– Мы не всегда выбираем жен наших друзей, – немного лицемерно вздохнула Тереза. – Из тех, кто там был, я лично дружу только с Илоной. Это супруга румынского посла. Мы вместе с ней подходили к вам во время приема в резиденции турецкого посла.

– Конечно, помню. Невозможно было не обратить внимание на двух таких высоких и хорошо сложенных женщин, как вы, – сделал хозяйке комплимент Дронго.

– Мы занимались спортом. Обе бывшие волейболистки, – улыбнулась Тереза. – Боже, как давно это было! Кажется, прошла целая вечность… Мы ведь достаточно рано закончили свою карьеру. Просто в какой-то момент отчетливо поняли, что нам ничего не светит в Кишиневе. В лучшем случае могли пригласить в какой-то провинциальный румынский клуб, где и закончились бы наши спортивные судьбы. Поэтому мы с Илоной бросили все и перебрались в Москву сразу после дефолта девяносто восьмого.

– Вам, наверное, пришлось сложно…

– Еще как! Но мы смогли выстоять. Спортивный характер. Нужно было собрать волю в кулак и не раскисать. Можете себе представить, сколько соблазнов тогда было вокруг, сколько мужиков с большими кошельками, которые пытались нас взять на содержание? Но мы благоразумо отказывались. В Москву приехали вообще без денег, даже пришлось рекламировать автомобили и работать в эскорт-услугах. Нет-нет, ничего предосудительного, просто сопровождать разных иностранцев на приемах и встречах. Мы обе знали румынский, понимали итальянский, испанский, начали учить английский. Вот нас и приглашали. Потом Илона стала встречаться с одним другом, с которым у нее, к сожалению, ничего не получилось, а я вышла замуж за Харазова.

– Она встречалась с Самвелом Каграмановым? – уточнил Дронго.

– Вы и об этом знаете, – криво усмехнулась Тереза. – Представляю, сколько гадостей вам наговорили об их отношениях… Да, она встречалась именно с ним.

– Почему гадостей?

– Вам наверняка сказали, что сначала он встречался с Виолеттой, а потом переключился на Илону. На месте Виолетты я бы не обижалась. Нужно понимать, что мужчины предпочитают красивых и умных женщин. Достаточно просто посмотреть на себя в зеркало. Но женщинам такого говорить нельзя. Илона никого не отбивала, он сам ушел от Виолетты к ней.

– А она вышла замуж за румынского посла…

– Сердцу не прикажешь, – немного натянуто улыбнулась Тереза.

– Очевидно, сердцу подсказало решение и банкротство авиакомпании Каграманова?

– Это вам тоже успели сообщить, – покачала головой Тереза. – Догадываюсь, что вы уже успели побеседовать либо с Кирой, либо с Виолеттой. Они обе достаточно предвзято относятся к моей подруге. Виолетта не может простить Илоне Самвела Каграманова, а Кира безосновательно считает, что Илона хотела отбить и ее мужа. Глупые подозрения. Разве она виновата в том, что все мужчины при первой же встрече западают на нее. Вы же видели Илону. Скажите честно, она вам понравилась?

– Очень красивая женщина, – согласился Дронго.

– Ну вот, видите. В чем ее вина? А женщины ее не любят.

– Тем не менее она ушла от Каграманова сразу после банкротства его компании.

– У них и до этого были плохие отношения. Он оказался слишком ревнивым. Знаете, у кавказцев все отлично. Они – галантные ухажеры, щедрые мужчины, умеют ухаживать за женщинами, не оставляют своих детей даже после разводов, но их всех объединяет одно жуткое качество – все ужасные собственники и ужасно ревнивы. Такой вот глупый недостаток… Ой, простите! – вдруг всполошилась Тереза. – Вы, наверное, тоже кавказец?

– Только в Москве я узнал, что есть такая новая нация – кавказец, – ответил Дронго. – Да, я тоже. Собственник и ревнивец. Что поделаешь, горячая южная кровь…

– Извините, я не хотела вас обидеть.

– Ничего страшного. Из нашей беседы я уже понял, что быть кавказцем не так плохо, что Илона нравится всем окружающим ее мужчинам и вы с ней не слишком сильно любите Виолетту и Киру. Я прав?

– А почему мы должны их любить? Виолетта – типичная приживалка, которая пытается выйти замуж за Царедворцева и готова мыть ему ноги, чтобы стать его законной женой. Только в ее возрасте и с ее формами уже поздно о таком мечтать. Она может быть в лучшем случае только домохозяйкой в квартире Царедворцева, не больше. Тем более что там есть старшая дочь Ольга, очень внимательно за всем следящая. А Кира? Сейчас она вдова, и мне остается только ей посочувствовать. В ближайшие месяцы ей будет достаточно сложно. Хотя она нас никогда особенно не любила.

– Почему?

– Я же объяснила: она считала Илону своей возможной соперницей, а меня не жаловала как подругу Илоны. Думаю, новогодняя встреча – это идея самого Пашкова.

– И вы поехали туда, зная, как они к вам относятся?

– Но они же нас пригласили… Это типичные московские нравы. Здесь нужно терпеть соперниц и даже целоваться с ними, когда надо.

– Виолетта тоже приехала из провинции?

– Конечно. Мы все четверо из провинции. Только каждый устраивается как может. А Виолетта приехала в Москву давно, кажется, еще до Октябрьской революции, – не удержалась от колкости Тереза.