Забавы высших сил - Марина Серова

В оконном стекле отражаясь,

По миру идет не спеша

Хорошая девочка Лида.

А чем же она хороша? —

вспомнила я, засыпая, строки Ярослава Смелякова.

* * *

Утром, после душа, легкой зарядки и такого же легкого завтрака я принялась тщательно приводить в порядок свою внешность. Почему-то хотелось предстать перед Мариной Каравайцевой во всем блеске своей красоты и не первой молодости, словно та была мне соперницей. Но, по правде сказать, я и собиралась заявить ей о себе как о «тайной любовнице» Аркадия. Так было легче, удобнее раскрутить девицу на лишние откровения. Вот представишься частным детективом, и пойдет сухой нескладный разговор, состоящий лишь из вопросов и ответов. А тут, глядишь, страсти разгорятся, много чего и не спросишь, но узнаешь. Я, как Остап Бендер, который знал четыреста относительно честных способов отъема денег у населения. Только мои четыреста способов относятся к получению нужной информации.

Оставшись вполне довольной своим внешним видом, я залезла в Интернет и нашла сайт стоматологической клиники «Коронка». Надо же, какое название! А не лучше бы звучало: «Дупло»? Посмотрела их расценки. Ничего, умеренные. А затем набрала их телефон. Мне ответил голос юной девушки.

– Будьте любезны, Марина Каравайцева сегодня принимает? – с надеждой в голосе спросила я. Уж очень не хотелось искать ее сегодня по всему городу.

– Минуточку подождите, – вежливо попросила девушка-администратор, и стало слышно, как она постучала по клавиатуре компьютера. – Да. С девяти до двух, – порадовала она меня, – шестой кабинет.

– Тогда можно записаться к ней на прием в десять? На профилактический осмотр.

Мне не жаль было расстаться со ста рублями. Именно столько и стоила у них профилактика. Девушка снова постучала и сказала, что можно записаться на двенадцать, так как врач до этого времени занят. Как хорошо. Не надо сидеть в длинной очереди и слушать страшное жужжание бормашины и стоны пациентов, находящихся в пыточном кабинете. Все-таки компьютер – величайшее изобретение. Недаром говорят: «Лень – двигатель прогресса».

Чтобы не тратить зря время, я решила прокатиться до мебельного магазина и сурово посмотреть в глаза Алексея Спесивцева. Пора ему расколоться. Извините, сказать всю правду.

На улице было довольно свежо, и я, немного прогрев «мишель», покатила к назначенной цели. После вчерашней обработки салона дезодорантом в нем уже ничем отвратительным не пахло, и моя машина вновь приобрела статус девочки. Ни за что больше не посажу этого вонючего грузчика сюда, однозначно решила я.

В выставочном зале я вновь не увидела ни одного посетителя, но зато заметила моих знакомых – менеджера Катерину Самсонову и администратора с именем из «Двенадцатой ночи» Шекспира – Виола.

Поскольку сегодня я выглядела иначе, чем вчера, они меня признали не сразу, внимательно следя за моим приближением.

– Доброе утро, – улыбнулась я им, как голливудская звезда, процокав шпильками к столику администратора. – Это снова я.

– Здравствуйте, – почти хором ответили они, силясь меня припомнить.

– Виола Андреевна, скажите, ваш грузчик Алексей Спесивцев сегодня на месте?

Тут догадка озарила администраторшу Коняхину, и она тоже мило улыбнулась:

– А, это вы. Нет, сегодня он на работу не вышел. Позвонил с утра и сказал, что заболел. Так что ничем не могу помочь.

– Заболел, – хмыкнула Катерина. – Знаем мы эти болезни. Напился, поди, вчера, а сегодня работать нет сил.

– Катя, иди сама работай, – осекла ее Коняхина, видимо испугавшись за престиж магазина. – Почему сразу напился? Может быть, правда человек заболел. Осень все-таки. Сезон простудных заболеваний.

Катя обиженно поджала губки и пошла гулять по безлюдному залу, заставленному никому не нужной мебелью.

– Жаль. Очень некстати, – огорчилась я. – Тогда у меня к вам, Виола Андреевна, будет вопрос интимного характера. Не знаете ли вы случайно, есть ли у Алексея девушка, с которой он встречается? Она у вас должна работать. То ли в магазине, то ли на самой фабрике.

Глаза Виолы моментально расширились, а подкрашенные брови поползли вверх. Скорее всего, она решила, что я ревную их грузчика и пришла проверить свои догадки относительно его неверности.

– Вы не подумайте чего такого. Просто я – частный детектив. Расследую дело о несчастном случае, произошедшем с Аркадием Костромским. Мне нужны о нем некоторые сведения. Вот и все, – поторопилась я объяснить свой вопрос.

Мне показалось, что администраторша облегченно выдохнула:

– Ах, вот оно что, – и тут же сделала задумчивое лицо. – Вы знаете, он тут года три работает, но за все это время я ни о каких его девушках не слышала. Да и кто с ним будет всерьез-то?

Теперь она уже не заботилась о престиже магазина и с удовольствием обсуждала личность Спесивцева.

– На работу хоть и ходит, да только частенько за воротник закладывает. А как друга своего схоронил, Аркадия нашего, так вообще целых два месяца с утра до вечера и с вечера до утра не просыхает. Так он еще никогда не пил. Вечно непромытый какой-то, да и умом не блещет. А девки сейчас ушлые пошли. И наши все такие. Им абы кто не нужен.

– Зато у него машина есть, – между прочим подметила я.

– Господи! Подумаешь. Советская, обычная. Да и ездит-то он за рулем очень редко. За три года не больше пяти раз на ней приезжал. Удивляюсь, что его до сих пор прав не лишили.

– А может, и лишили уже?

– Да нет, недавно хвалился, что за грибами с бабкой своей ездил. Правда, это еще до похорон Костромского было. Говорил, много белых и подосиновиков набрали. Грибной год выдался, как никогда. В Скотовку мотался. Приносил баночку маринованных. Бабка у него чудо как их делает! – сглотнула она слюну.

– А родители где?

– Они погибли у него. У них в деревне домик был. Или до сих пор есть, не знаю. Так вот, угарным газом от печки отравились. Ужас. Ему тогда лет пятнадцать было. Вот потом бабка в город переехала к нему. Он теперь с ней живет. Хорошо хоть она жива осталась. Чудом просто откачали, – сочувственно вздохнула Виола Андреевна. – Скорее всего, и пьет поэтому. Бабка ведь так не приструнит, как мать с отцом бы могли.

– А в какой деревне домик, не помните? – спросила я не из праздного любопытства. Я чувствовала, что Спесивцев не из-за простого запоя не вышел сегодня на работу.

– Да в той же Скотовке. Ну, куда они за грибами ездят каждую осень. Но точно не скажу, возможно, и продали они его. Не спрашивала, по крайней мере. Да и зачем мне все это знать? А чем он-то вас так заинтересовал? – спохватилась наконец она. – Вы же расследуете дело Костромского.

– Я, Виола Андреевна, всех на алиби проверяю. Формальности, так сказать, соблюдаю.

– Даже в частном расследовании? – удивилась она.