Шашлык из леопарда - Сергей Анатольевич

Он вынул папку — и положил ее на стол перед Анной.

— Это очень интересный ордер на захват, Анна. Тебе понравится, — сказал он.

Вид у Шлегеля был такой, будто он сам взялся за этот ордер, не справился — и теперь скидывает его на нее.

Со лба босса она перевела взгляд на папку. Красный цвет — все равно что гриф "совершенно секретно". Все эти штучки Штази — босс любил их. Красные папки, грифы… Называть стандартный Job order не по-простому — "рабочим заданием", а во что бы то ни стало "ордером на захват". Согласно режиму, красную папку она не имела права уносить с собой: полагалось просмотреть ее в офисе, в комнате для переговоров при кабинете Шлегеля, все документы сфотографировать памятью и вернуть папку начальнику.

— Да, Петер… — с предельной неопределенностью сказала она.

— Анна. Когда я услышал о фамилии и гонорарах, — Петер Шлегель улыбнулся, однако, вновь с грустью в глазах, — то подумал: вот, совершилось! Неужели мы дожили до этого светлого дня. Да… Наконец, сильные государства стали перекупать президентов и премьер-министров из других стран, как обычных продвинутых топ-менеджеров… Представляешь, Анна, как изменилось бы наше значение?

— Да, Петер, — кивнула она и очень аккуратным — чтобы потрафить боссу — жестом открыла папку.

Ну да, почти… Некто Медведев… Но Глеб Георгиевич. И все особые приметы — не в лузу. На титульной фотографии, явно снятой скрытой камерой, — довольно высокий молодой интеллигент в очках и с бородкой. Примерно ее ровесник.

— Не значение, а назначение, — уточнила она.

Петер Шлегель кивнул:

— Хорошая, правильная игра слов. Я запомню.

Потом он выдержал короткую паузу — и назвал сумму гонорара. Как бы ни подготовлена была она, но холодок пробежал по спине.

Первое, что пришло ей в голову: "Он что, запатентовал вечный двигатель?"

Так она и спросила впрямую.

— Боюсь, мы этого никогда не узнаем, Анна, — сразу ответил босс.

Он выдержал еще одну паузу, чуть подлиннее и продолжил, как по заученному:

— У тебя будут более конструктивные вопросы, Анна. На шесть самых главных я отвечу сразу. Ты быстрее сориентируешься и сделаешь первичные выводы. Вот слушай. Я записал и запомнил… Ответ на первый вопрос: "Нет, не попадем. Есть гарантия. Процентов девяносто пять — девяносто шесть". — Последовала очень короткая пауза. — Ответ на второй вопрос: "Никто. Вероятность — девяносто процентов. Но, если захочешь, готов обеспечить охраной". — Еще более короткая пауза, секунды две. — Третий: "Не знаю. Самому интересно". — Далее практически без пауз: — Четвертый: "Не знаю. Никак. Или по обстоятельствам". Пятый: "Ничем. Или всем, чем угодно, что придет в голову. Клиент дает карт-бланш". И шестой будет такой ответ: "Исключено. А почему, я отвечу, когда ты изучишь ордер".

"Он подготовился слишком хорошо", — подумала она, зная любовь босса к эффектным и пространным инструктажам на русском.

В папке было всего полдюжины листов.

— Да, информации мало, — кивнул босс, следя за ее взглядом. — Но ты ведь любишь трудные задачки. Да, Анна? Загадки. Так ведь интересней. Да, Анна?

"Интересно другое: сколько он инфы придержал… — подумала она. — И зачем? Вечер перестает быть томным".

Она сдержалась, чтобы не нахмуриться.

— Семь, — сказала она.

— Что? — не понял босс и улыбнулся более просветленно. — Да, понял. Семь — правильное число. Более удачное. Значит, седьмой вопрос…

Он вздохнул, повернул голову к окну. Это была самая долгая пауза в их разговоре. Пожалуй, самая долгая в истории их разговоров.

Потом он посмотрел на свой стол. Вернее, сквозь него.

— Итак, ответ на седьмой вопрос: "Не знаю. Но не исключаю, что в стиле раннего барокко".

— Тогда я отлучусь ненадолго в допросную, — сказала она.

— Конечно, — с облегчением ответил босс. — А я тут распоряжусь про кофе. Побуду обслуживающим персоналом.

Она подняла бровь, подняла со стола папку, поднялась сама и решительно двинулась в пустую переговорную.

— Удачи, Анна, — пожелал босс ей вслед.

— Рано, Петер, — легко бросила она через плечо. — Прибереги, она пригодится позже.

— Да, — четко согласился босс.

Ответ по поводу стиля раннего барокко явно относился к рабочему столу в кабинете клиента. Чтобы заинтересовать кандидата топ-уровня, порой нужно знать и такие детали. С серьезным кандидатом трудно работать, не вникнув в корпоративную культуру заказчика.

Стиль раннего барокко?

Что это значит?

Значит, по крайней мере, одно: босс опять намекает, что знает больше этой папки… И причем здесь такой неправдоподобный гонорар?

Медведев Глеб Георгиевич. 32 года. И вправду ровесник. Мехмат МГУ, аспирантура, кандидатская, вскоре и докторская. Что-то из теории вероятности для невероятного уровня понимания. Из молодых да ранний… Впрочем, у этих математиков — либо ты на всю жизнь вундеркинд, либо так, продвинутый любитель… Кафедра, компьютерная фирма, инвестиционный банк из второй десятки… Да, с правильными вероятностями у него не только теория… Фирма "Тандем". Что это за вышедшее из моды, перестроечное название? Должность — аналитик во вопросам инвестиций в высокие технологии… Широко и мудрено…

Так, а что у нас с клиентом? Вот он: Invest&Invest Group. Прозрачная игра слов и понятий: Исследования&Инвестиции. Наверняка, оффшор азиатского происхождения… Стоп! Здесь первый вопрос: не всплывет ли кандидат где-нибудь в Корее или Китае с большими секретами?.. Босс, может, и отмоется, а ее… Раз ответ уже есть и стоит первым в списке ответов, значит, босс проверял, пробил его по своим фээсбешным связям. Эх, двойной ты наш. "Процентов девяносто шесть", говоришь?

Она ткнулась в ноутбук, в сайт Invest&Invest. Так и есть — предельно прозрачный и слепой сайт. Открытые новости из мира высоких технологий, биржевые котировки продвинутых компаний, приглашения к сотрудничеству. Логотип любопытный — набран как бы шрифтом Брайля для слепых… если политкорректно — то для плохо видящих… Полное впечатление липового прикрытия, если дать волю опасениям. "Процентов девяносто пять" — это куда вернее.

Почему такой высокий гонорар хэдхантера? И как клиент вышел на след этого Медведева?

Стоп! Это ответ уже на третий вопрос. То