Взаперти - Лора Кейли

Они подъезжали к больнице, к той, что была ближе всего. Полянский поблагодарил патрульных и тут же исчез. Это им так показалось. Сам же он стоял за крыльцом и выжидал.

Когда её перенесли на носилки, она на мгновенье очнулась и даже попыталась привстать, но её силком уложили.

– Нам нужно обследовать вас, – сказал один из врачей и укатил её в стеклянные двери.

«Ничего, я подожду», – сказал про себя Полянский, смотря вслед врачебным халатам.

Он подождёт ещё час или два и зайдёт только потом. Чем позже, тем лучше, тем меньше к нему подозрений.

Было почти двенадцать, когда Михаэль вошёл в приёмный покой. Он прождал больше, чем надо, он решил присмотреться, понять, не придёт ли за ней ещё кто-то. Но за всё это время в двери больницы, кроме двух врачей, так никто и не зашёл. Полянский поправил причёску, одёрнул пиджак и принял взволнованный вид.

– К вам привезли мою жену! – быстрым шагом прошёл он к регистратуре.

Медсестра посмотрела на него исподлобья.

– Фамилия? – приготовила она пальцы.

– Ромер, Мария Ромер.

Она вбила данные, посмотрела на монитор, стёрла, вбила ещё раз.

– Через «о», – подсказал ей Полянский. – Р-о-мер, – протянул он.

Медсестра посмотрела на Михаэля, потом в монитор, потом опять на него:

– Простите, но таких пациентов у нас нет.

– Может, проблемы с программой? – смотрел он на неё.

– С нашей программой всё хорошо. Никакой миссис Ромер нет.

– Как же так! – Он учащённо дышал. – Мне звонили из полиции, сказали, она попала в аварию, здесь, недалеко. – На глаза Полянского накатились слёзы. – Молодая девушка, кудрявые тёмные волосы…

– А, так это ваша жена? – Медсестра закивала: – Утром к нам привезли девушку после аварии. Без документов и водительских прав.

– Она всегда всё забывает дома, никогда не берёт с собой, – тараторил Полянский, – а я ей всегда говорю: «Мари, если что случится, мне ведь даже не сообщат!»

– У неё и телефона при себе не было, – продолжала медсестра.

– Наверное, оставила на работе, – качал головой Полянский.

– Мистер Робинсон, – крикнула она врачу, – пришёл муж пациентки с сотрясением мозга.

– Сотрясение? – схватился за сердце Полянский.

– Не волнуйтесь, совсем незначительное, – подошёл к нему доктор. – Если вашей жене и нужно у нас оставаться, то не больше пары дней. Вы можете к ней пройти, – указал он на дверь, ведущую в коридор. – Пожалуйста, в седьмую палату.

Полянский шёл по длинному коридору, обложенному белой плиткой, в которой отражался холодным светом блеск светодиодных ламп.

Они уже подходили к нужной палате, а Полянский всё не знал, как избавиться от врача.

– Разрешите нам побыть…

– Конечно-конечно.

– …наедине.

– Я зайду позже, – понимающе улыбнулся доктор.

Михаэль дождался, когда тот скроется за соседней дверью, и постучал. На стук никто не ответил, он постучал ещё раз, потом дёрнул упругую ручку и… приоткрыл. Дверь с размаху ударилась о стену, сквозняк хлынул в лицо.

Палата была пуста.

На кровати – больничная сорочка.

Окно распахнуто настежь.

7

Поезд

Тусклый свет дрожащего в чьих-то руках фонаря освещал искажённые ужасом лица.

В вагоне нас было семеро.

– Нужно сообщить начальнику поезда, – сказал мужской встревоженный голос.

В тишине помехи и треск блока экстренной связи, и так пару минут.

– Связи, по-видимому, тоже нет, – сказал Полянский.

– По-видимому, – протиснулся к мёртвому телу какой-то старик, – что значит «по-видимому»?

– А то, что это вполне ожидаемо, когда в вагоне заблокированы все двери и отключён свет, – ответил Михаэль.

Подозрительный шёпот сменился вздохами и паническими метаниями по коридору.

Мне казалось, мы с доктором остались единственными людьми, готовыми стерпеть всё, лишь бы добраться до места.

– Всё ещё надеетесь доехать? – посмотрел на меня Полянский, отмывая руки от крови.

– А вы уже нет?

– Я полагаю, всё понятно…

– Что в поезде преступник?

– И, быть может, не один. Держу пари, Берроу, что на следующей станции мы не остановимся. Вы ничего не заметили?

Я огляделся.

– Кроме трупа?

– К чёрту труп, – кинул он полотенце на истекающее кровью тело. – Поезд увеличил скорость. Не чувствуете?

И правда, мы мчались гораздо быстрей.

– Террористы, – еле выговорил я.

– Но этим неврастеникам об этом сообщать не обязательно, – кивнул он на людей, поднявших шум.

– Куда же делась ваша врачебная тактичность?

– Туда же, куда и ваша надменность. Страх всех равняет, не так ли, Берроу?

– Так, – согласился я.

– Вам не кажется, что самое время узнать друг друга получше? – предложил он.

Я поднял на него глаза.

– Не знаю, где видел вас, – продолжал он так же спокойно, – но могу предположить, что в какой-нибудь программе новостей, как вора, – сказал он, осмотрев меня с головы до ног.

«Вот ты ж гад!» – подумал я.

– Нет-нет, не надо на меня так смотреть, – поспешил оправдаться Полянский, – я ничего против воров не имею. Против лжецов – да, против воров – нет. Эти ваши часики далеко не подделка, ведь так? И стоят они порядка двух миллионов, если не больше. Но смею вас разочаровать, даже там, куда вы направляетесь, загнать их по той же цене будет непросто. Они выпускались в ограниченном количестве, поэтому вычислить, кто именно является их владельцем, достаточно легко. Так что, если вы и продадите эти часы, так только по цене драгметалла, ну, и бриллианты, конечно же.

– Я смотрю, вы тот ещё доктор.

– Почему же, я врач. Раньше я спасал людей.

– А теперь?

– А теперь я спасаю себя, так же, как вы, Берроу.

– Значит, о себе вы ничего не расскажете?

– Но и вы о себе ничего не сказали, это я за вас всё сказал.

А ведь он был прав. Полянский говорил так уверенно, что я и не думал юлить.

– Не переживайте, – ухмыльнулся он, – в поезде, где орудует убийца, вор – не худший человек.

Полянский ещё раз осмотрел труп.

– Можете определить, какой калибр? – спросил он меня.

– Я? С чего это вы решили, что я могу?

– Ну мало ли, что вы умеете.

– Думаю, не больше, чем вы. – У меня уже свело челюсть от ненависти к этому докторишке.

– Ладно, не кипятитесь, Берроу, обстановочка не из приятных. Я напуган не меньше вас. А здесь, похоже, стреляли из кольта.

Он приоткрыл жилет пассажира, оголив голубую рубашку, окровавленную до брюк.

– Значит, у убийцы и нож, и пистолет?

– Полный арсенал…

Нас было семеро. До настоящего момента.

Потому что, когда мы все, наконец, собрались, не хватило уже одного.

– Ну и кого среди нас нет? – спросил Полянский.

– Вы хотите сказать, тот и убийца? – спросил кто-то из