В поисках баронессы - Гульнара Черепашка

— Все так, как я и говорил, — тот кивнул.

Эсквайр нахмурился недоуменно.

— Я уверен был, что это — ошибка, — проговорил он. — Признаться, это звучало бредом.

— Признаться, заключение звучало таким бредом, что я все перепроверил трижды! — поведал Блейз. — Никакой ошибки.

— И что это за заключение, в котором нет ни единой ошибки? — не выдержал Ронан. — Я, как хозяин поместья, имею право знать…

Блейз вздрогнул от его резкого голоса. Дернулся, заморгал, глядя на него в недоумении.

— Ваша светлость, — мягко остановил его Гото. — Подождем леди Агнес. Мы все в таком же нетерпении, как и вы. Сейчас мы все услышим. Видите ли, — он вздохнул. — Леди — один из лучших экспертов королевства. А если то, что поведал мне господин Блейз нынче утром, правда, нам не лишней будет ее консультация. В конце концов, может, мы что-то не так поняли, — он кинул взгляд на Блейза.

— Да что там не так понять! — загорячился тот. — Что я, по-вашему, не отличу самостоятельно выросшую плесень от той, чей рост ускорили искусственно?!

— Искусственно? — недоуменно переспросил Ронан.

— Искусственно растить плесень? — изумился Крио. — Впервые слышу о таком экзотическом способе садоводства! Я еще понимаю, когда жуликоватые фермеры магией ускоряют рост яблонь и созревание своих яблок. Правда, сидр из таких получается недурной — это факт! — прибавил он. — Вот хранить их — чистая мука: полежат неделю, и портятся. Только на сидр и пускать. Но гиены горные с ними, с яблоками, — поспешно прибавил он, увидев негодующие взгляды барона и сыщика. — Я о другом: это как же надо ухитриться нарастить плесени, чтоб получить возможность забраться в чужой дом! И… поправьте меня, но для этого ведь нужен доступ в дом? Неужели кто-то из слуг, — он смолк.

Ронан во все глаза уставился на несносного газетчика.

Тот был поистине одиозным типом, часто нес околесицу, откровенно выводил из себя. Но сейчас он нарисовал совершенно чудовищную картину произошедшего.

Чудовищную — и в то же время убийственно логичную.

Выходит, теперь ему придется подозревать и слуг. Подозревать, проверять… или этим тоже займется розыскное управление?

— Крио, ты полегче, — поморщился Гото, разгоняя наваждение. — Вам, газетчикам, только бы сенсацию какую раскопать! А если не выходит раскопать, значит, ее надо придумать.

— И почему это сразу придумать, — возмутился баронет.

— Потому что твердых доказательств у нас нет, — отрезал тот.

Ронан перевел дух. А ведь нарисованная несносным журналюгой картина показалась ему такой реальной на какое-то мгновение!

— Так вы считаете, такого не могло быть? — переспросил он сыщика.

— Ваша светлость. Могло быть — совершенно все что угодно. В том числе и то, о чем сказал баронет Крио. Но принимать что-либо на веру без четких и однозначных доказательств мы не можем.

— А… это как-то можно проверить?

Гото несколько мгновений пристально глядел барону в лоб.

— Разумеется, мы все проверим, ваша светлость, — наконец уронил он. — Со своей стороны, прошу вас не ставить об этом в известность никого из слуг. В том числе — и вашего управляющего.

— Гриффина?! — возмутился Ронан.

— Ваша светлость, — мягко остановил его Гото. — Вы верите вашему управляющему. Ваш управляющий, в свою очередь, тоже наверняка верит кому-то из персонала более прочих. И эти прочие тоже наверняка кому-то верят. Итого — вы расскажете ему, он — еще кому-нибудь. По чистейшей случайности, разумеется, и исключительно тем, кому можно доверять.

— Я вас понял, — устало кивнул Ронан. — Можете рассчитывать на мое молчание, — и невольно бросил взгляд на газетчика.

Видимо, получилось слишком заметно, потому что у того подпрыгнули брови. Почти в таком же возмущении, какое испытал с полминуты назад сам барон.

А чего возмущаться-то? Общеизвестно, что газетчики — это люди, которые зарабатывают не молчанием, а напротив — преданием широкой огласке того, что кто-то и хотел бы, может, сохранить в тайне. И при этом Гото позволяет ему быть в курсе расследования.

Наконец появилась запыхавшаяся Агнес.

— Сейчас все принесут! — выпалила она и шмякнулась на стул. Совершенно неподобающим для леди образом.

Видел бы сейчас барон Брейнстоун свою дочь!

— Итак, все в сборе, можно начинать, — провозгласил Гото. — Итак, Блейз. Повторите то, что я услышал от вас нынче утром. И расскажите подробнее о результатах исследований.

— Да, мне крайне интересно, что означают слова об искусственно выращенной плесени, — ввернул Ронан.

— О чем?! — Агнес поперхнулась воздухом.

— Итак, — заговорил Блейз, и все невольно смолкли. Сколь бы робким и тихим голосом ни говорил этот человек — но, стоило ему открыть рот, и все присутствующие поневоле насторожили слух. — Мне еще вчера показалось странным, что такие крупные гнезда плесени не заметили раньше. Это можно было бы списать на то, что находились они под гобеленами и слоем тканевой обивки на стенах. Обивка была добротная: плотный шелк первостатейного качества, вышивка, — он примолк, перевел дух. — Просто так плесень через такое препятствие не просочится! И тем не менее. Вчера же мы обнаружили следы вторичных и третичных спорангий. Четвертичные были под вопросом, потому я не стал вносить в отчет гипотезу. Сделал лишь отметку на протоколе исследования.

Агнес снова закашлялась — что-то нынче ей воздух шел не впрок.

— И нынче гипотеза подтвердилась в испытаниях — причем трижды. Четвертичные спорангии действительно были — правда, в исчезающе малом количестве. Последующие исследования показали, что плесень развивалась не поэтапно, в течение нескольких месяцев, которые понадобились бы гнезду, чтобы так разрастись. Она из крохотного зародыша грибницы выросла взрывообразно. По всем показателям выходит, что гнезду понадобилось меньше недели, чтобы принять тот вид, в котором оно после сгорело.

— Меньше недели? — с легким ужасом переспросил Ронан. — О моем отъезде было известно за неделю…

И смолк. Охватил липкий омерзительный ужас. Все-таки кто-то из слуг! И теперь придется долго и муторно выяснять, кто именно. Подозревать своих…

Блейз тоже смолк, потому что именно в этот момент появился один из младших служащих с подносом. На подносе находился чайник с чашками. Быстро расставив посуду перед всеми сидящими, он сноровисто наполнил ее горячим напитком и тихо ретировался. В следующую секунду явился еще с одним подносом — на сей раз с закуской. Поставил