Красное озеро - Кеннет Дун

– Вообще-то мы с женой хотим как можно скорее продать дом. Очень прискорбно, что кончина мистера Чиппинга создала…ммм… некоторые неудобства. Кстати, а от чего он умер?

– Неожиданно, правда. Его змея в лесу укусила.

Мне показалось, что Эми сейчас впервые на моей памяти упадет в обморок.

Глава восьмая. Встреча в магазине

– Какая змея? – пролепетала она.

– Обычная. Американская гадюка. Ее еще называют полосатым гремучником. Водятся тут у нас в лесах. Не сказать, чтобы очень много, но попадаются.

В глазах Эми читался немой укор всем любителям лесного отдыха: «Такого не случается на Мартас-Виньярде!».

– А что мистер Чиппинг делал в лесу?

– Так ведь был же выходной. Воскресенье. Поехал на Джаспер-Лейк грибы собирать или спиннинг пару раз закинуть. Мы нашли его машину на подъезде к озеру. Пошли по тропе и в кустах обнаружили тело. Бедняга уже весь почернел и распух. Змея его прямо в руку укусила, видимо, яд быстро добрался до сердца.

– Это странно. Я сам часто езжу на лесные реки, останавливаюсь в кемпингах. Полосатые гремучники очень трусливые, людей избегают. Ну и слышно змею обычно хорошо. Если что-то затрещит в кустах, так надо пошуметь погромче, она сама быстро ушебаршится. Чтобы гремучник укусил, надо на него прямо-таки наступить, если сапог хороших нет. А еще они опасны, но редко смертельны. Это не техасский гремучник. Тошнить и трясти будет часа два, за это время можно добраться до больницы, тем более, что машина его была рядом.

– Так я ж говорю, прямо в руку. Не знаю, может он голой рукой в куст залез, а там змеюка спала. А еще они по деревьям лазают, как белки. Их еще называют «древесными гадюками», знали? Шел по лесу, схватился за сук, а змея на него как прыгнет! И яд сразу весь выпустила…

– Перестаньте! – почти крикнула Эми. – Я боюсь змей. Любых. Даже ужей.

– А смерть точно наступила от змеиного укуса? – сомневаясь спросил я.

– Ну это же очевидно. Был след на руке и все симптомы. Коронер, правда, еще не закончил вскрытие, труп обнаружили только вчера. Но он сказал, что видимых повреждений на теле нет, а рука распухла и почернела так… Все, все, замолкаю.

– Значит, вы ненадолго в наших краях? – спросил он, увидев, что к Эми возвращается цвет кожи живого человека.

– Мне надо совершить пару звонков. Мы остановились в «Шэмрок Инн» всего на две ночи. Может, даже уедем раньше, если окажется, что в нашем присутствии тут нет необходимости.

– А в Джаспер-Лейк собираетесь? Взглянуть на старый дом? Он сейчас немного изменился.

– Может быть, – обтекаемо ответил я.

– Ну хоть к Агги ты заглянешь, Эми? Она тебя иногда вспоминает. Обиделась, что ты не сообщила ей о похоронах твоего отца.

– Не знаю. У нас в Бостоне… много дел.

– Ты наверное не знаешь, что у нее теперь собственный магазин в Донкастере? Почти прямо на площади. Продает там самодельную керамику. Всякие расписные тарелки, кружки и кувшины. Сама делает и расписывает, без шуток. Окончила какие-то курсы в «Доме искусств» и открыла в себе талант. Кажется, сегодня я видел ее в городе, так что, может, она сейчас сидит в своем магазине. Тут минут пять ходу. Называется «Пещера Агаты». Ну, ладно, ребятки, мне пора на работу. А то мои помощнички все разбегутся, то я не знаю. Хотя тут давно ничего не происходит. Идиллия. Том, запишешь на мой счет?

– Еще один прекрасный день в раю со змеем, – сказал я, когда Линч ушел.

Эми вздрогнула.

– Ненавижу это место. Зачем мы только сюда приехали. В жизни не пойду с Чейни гулять в лес, кишащий древесными гадюками.

– Кстати, а кто такая Агги?

– А… это… Агата Тремонт. Моя тетя.

***

Я едва не поперхнулся теплым пивом.

– Какая тетя? Родная?

– Да. Младшая сестра моей мамы. Я не говорила тебе, что мама родилась в Джаспер-Лейк?

– Нет, – медленно произнес я. – Не говорила. Ни разу. Ты вообще ничего не говорила о своей матери. А про Джаспер-Лейк я услышал только несколько дней назад, что у вас там есть дом, который твой дед по отцу выиграл в карты. Может, хватит выдавать мне информацию об этом месте дозированно и расскажешь сразу все?

– Да нечего рассказывать, Тео. Папа в молодости приезжал сюда несколько раз с друзьями. Устраивал вечеринки в дедовском доме. Думаю, такие… развеселые. Чтобы слухи не дошли до чопорного Бостона. На вечеринки приходили и местные ребята. Вот дядя Каллум, то есть шериф Линч что-то такое упоминал. Там папа и познакомился с моей мамой. Она была его года на три младше, происходила из старой местной семьи Тремонт. Ты заметил, что тут у многих либо французские, либо ирландские фамилии? Дед говорил, это потомки тех, кто приехал на строительство фабрики, но решил здесь осесть. Моя мама была из такой семьи. У них с папой как-то быстро все закрутилось. Он говорил, что это была любовь с первого взгляда. Потом она приехала к нему в Бостон, и они поженились. Родились мы с Джаспером. Вот и вся история. Мама не очень любила Джаспер-Лейк, да и папа после свадьбы охладел к прежним развлечениям. Он с головой ушел в работу.

– А твоя тетя Агата?

– Она младше мамы на восемь лет, значит, сейчас ей… сорок два или сорок три года. Не знаю, может, она уже давно не Тремонт, а тоже вышла замуж. Я не видела ее с тех пор как… ну, ты понимаешь. С того дня. Наверное, и правда некрасиво, что я не вспомнила о ней, когда умер отец. Но я не помню, чтобы у них были близкие отношения. В детстве я не особо любила тетю. Я ее скорее боялась.

– Эмс, почему?

– Потому что… она была толстой.

Моя жена густо покраснела.

***

С Чейни на поводке мы отправились искать «Пещеру Агаты». Пес похоже еще не осознал, куда именно его привезли и с какой целью, поэтому вел себя идеально. Чинно шествовал по улицам Донкастера, не тянул поводок, изображая локомотив пульмановского состава, и не кидался на каждую кошку, дремлющую на подоконнике. Я подозревал, что уже на следующий день идиллия, о которой мечтательно говорил шериф Линч, будет нарушена. Чейни быстро поймет,