Продавец цветов - Марина Серова

— А эта квартира откуда?

— Эту я приобрел, когда мой цветочный бизнес начал давать достаточно доходов для такой покупки. А то, знаете, однокомнатная квартира маловата для семьи.

— А где, кстати, сейчас семья?

— Они в отъезде уже больше двух недель.

— Хорошо, — заключила я. — Значит, будем надеяться, что они находятся в безопасности.

Эта мысль, похоже, Соболеву не приходила в голову до последнего момента, и он слегка изменился в лице и побледнел.

— Вы думаете, что… — начал было он и замолчал.

— К сожалению, исключить ничего нельзя. Но вернемся к нашим баранам. Где находится ваша первая квартира?

Соболев назвал адрес, и я вновь повела машину.

— Семен Петрович, а как давно вы были на этой квартире в последний раз? — спросила я через несколько минут.

— А это имеет какое-нибудь значение? — удивленно поднял брови Соболев.

— Раз ваши преследователи знают, где вы живете сейчас, то им запросто может быть известно, где вы жили и раньше.

— Действительно, — согласился Соболев. — Я как-то об этом даже и не подумал. Но я не был там давно. Там жил один из моих сотрудников. Сейчас он нашел себе что-то более подходящее и переехал на новую квартиру. Но не все свои вещи еще вывез. И я попросил его иногда присматривать за квартирой. Так что я думаю, что она должна быть безопасным местом.

Но я не разделяла его оптимизма. Если уж за человека брались так основательно, как взялись за Соболева, то, выражаясь шпионским жаргоном, «явка скорее всего была провалена». И я высказала свое мнение по данному вопросу вслух.

— Поэтому не исключено, что там нас будут ожидать несколько разгневанных накачанных парней. Возможно, тех же самых. И хотя это не стопроцентно, полагаю, что было бы разумнее подыскать другое место. Например, у каких-нибудь ваших знакомых. Или, может, кто-то уехал в отпуск и оставил вам ключи, чтобы вы иногда поливали там цветы.

Соболев внимательно выслушал меня, задумался и отрицательно покачал головой. Можно было, конечно, поехать ко мне, но квартиру тетушки Милы я использовала лишь в исключительных случаях и только в ее отсутствие. Гостиница также не подходила по той простой причине, что внутренне я уже почти согласилась охранять Соболева и гостиница не отвечала необходимым требованиям конспирации.

«Однако попытка — не пытка», — подумала я про себя и решила все-таки рискнуть.

Но когда мы уже почти подъехали к дому, моя решимость заметно поубавилась. На лавке ближайшего подъезда соседнего дома находилась интересная парочка. Это были два здоровых парня, комплекцией приближавшихся к борцам сумо. Они сидели с бессмысленным видом и демонстрировали свое полное внешнее безразличие или даже презрение к окружающей их действительности. Они пили пиво и плевали себе под ноги.

Солидная комплекция в сочетании с короткими стрижками и характерно выбритыми затылками ясно давала понять, какого рода деятельностью они занимаются. Конечно, в факте нахождения их в данном месте и в данный час ничего не было ни криминального, ни предосудительного. Но, учитывая последние события, такое совпадение невольно настораживало.

К тому же, отправляясь с Соболевым на встречу в ресторане, я не рассчитывала, что мой сегодняшний заказ получит продолжение, и моя охранная экипировка была не совсем полной и подобающей данному случаю. Поэтому я, стараясь по возможности не привлекать излишнего внимания, проехала мимо.

— Что-то не так? — с тревогой в голосе спросил Соболев.

— У-гу, — кивнула я и подбородком указала в сторону парочки.

— Вы думаете, это опять за мной?

— Этого я не знаю, но подозревать обязана.

— Что теперь?

— Для начала сменим машину, и мне необходимо запастись дополнительным инвентарем для обеспечения вашей безопасности.

Стараясь избегать центральных улиц, мы доехали до автостоянки, где в тихом углу незаметно стоял мой «Фольксваген». В результате недолгих манипуляций соболевская «девяносто девятая» заняла его место, а мы снова выехали на улицы Тарасова. Универсальный «охранный набор» находился у меня в бардачке, и поэтому заезжать домой я не стала.

— Теперь неплохо бы придумать, куда нам можно поехать и спокойно обсудить ваше дело, — сказала я, делая акцент на слове «спокойно».

— Ну, есть еще один вариант. Но я не знаю, подойдет ли он, — произнес Соболев после некоторого раздумья. — Дело в том, что около месяца назад я приобрел дачу. Точнее, дом. Почти в черте города. Я не собирался там жить. Просто там есть просторный подвал и чердак. А для выращивания некоторых цветов нужен такой микроклимат, который у нас можно создать именно в подвале.

— Неужели мало подвалов и чердаков прямо в городе? — задала я вполне резонный, на мой взгляд, вопрос.

— Женя, — голос Соболева прозвучал так, как обращаются к очень милому, но несмышленому ребенку, — а как же городской шум? А эти ужасные выхлопные газы? Цветы не очень-то это любят. Знаете, многие орхидеи выращивают в пробирках и специально создают им особый температурный режим. У нас ведь не Южная Америка. А у меня есть давняя мечта устроить оранжерею для орхидей.

— Понятно.

— А с некоторыми растениями надо даже говорить. Они так лучше растут.

— Действительно? — искренне удивилась я.

— Ну, конечно, — с жаром и большим воодушевлением начал Соболев, но я прервала его еще не начавшуюся речь и вернула к вещам значительно более прозаичным:

— Семен Петрович, расскажите лучше про дачу.

— Я был на ней только один раз. Хозяин продал ее недорого. Он сам уехал в столицу, вот и уступил. Я все собирался заняться ею, да только руки пока не доходили.

— Там кто-нибудь живет?

— Нет. Но сейчас уже тепло, и там вполне можно даже с некоторым комфортом устроиться.

— Тогда едем на дачу, — поставила я точку в данном вопросе.

Через минуту я развернула свой «Фольксваген» в направлении южной окраины города.

Дом, о котором говорил Соболев, действительно находился в черте города, у самой его границы. Тем не менее туда была проведена трамвайная линия, что сделало этот район весьма популярным у дачников и строительных кооперативов, занимавшихся возведением разнообразных коттеджей. Неофициально он назывался «Серебряной долиной», но все мои попытки выяснить причину такого наименования каждый раз наталкивались на недоумение и растерянное пожимание плеч.

Конечно, этот район для нападения был значительно более удобным, чем городская квартира. Но я все же надеялась, что, как утверждал Соболев, факт покупки дома действительно был не очень известен. К тому же я не намеревалась задерживаться там надолго, прежде чем окончательно взяться за это дело.

В этот момент я увидела отражение лица Соболева в зеркале и поймала себя на мысли, что внутренне я не только дала согласие на его предложение, но уже начала обдумывать детали наших дальнейших действий. Соболев заметил мой взгляд на него в зеркале и сдержанно, но доброжелательно улыбнулся мне. Я, в свою очередь, тоже ответила ему улыбкой.