Не говори мне о любви - Даяна Тейт

Брент кивнул.

– Здесь продают, покупают и дрессируют собак, – с гордостью добавил он, словно цитируя рекламное объявление.

Порыв ветра растрепал волосы Эммы. Она одной рукой попыталась откинуть их назад, а другой продолжала держать Клариссу.

– Хорошо. Но почему тогда все собаки надежно заперты, а этот гуляет на свободе?

– Он у меня совсем недавно, и я только начал с ним работать. – Брент ласково погладил щенка, и тот радостно лизнул его руку. – Он отличный охотник и очень любит детей, но плохо поддается дрессировке, потому что немного упрям…

– Вы шутите!

– Нет.

– Значит, он только кошек не любит? – спросила Эмма со всей нежностью, на какую только была способна.

– Не изображайте из себя дуру. – Брент выпрямился и вздохнул. – Почему не любит? Он просто играл с ними.

– Она так не думает. – Девушка показала на Клариссу.

А затем посмотрела наверх и увидела, что остальные кошки потихоньку потянулись вниз. Она направилась к двери и широко распахнула ее для своих четвероногих подопечных. Едва все оказались на месте, она закрыла дверь.

– Если вы хотите их выпускать, то надо соорудить вольер. – Брент насмешливо посмотрел на нее. – Вам нужны деньги?

– Не понимаю, почему я должна сооружать вольер от вашей собаки? – процедила она сквозь зубы.

В его глазах сверкнул вызов.

– Потому что это связано с заботой о кошках. Если вы окажетесь им плохой хозяйкой, то не получите наследства.

Она чуть не задохнулась от ярости, и в глазах вспыхнули гневные искорки.

– И вы будете счастливы. Однако ставлю вас в известность, что я собираюсь стать им хорошей хозяйкой.

Брент долго смотрел на нее, словно ища подтверждения в ее глазах.

– Значит, вы остаетесь?

Эмма спустилась с крыльца и подошла к нему совсем близко. Они чуть не касались друг друга носами. Она даже ощущала исходивший от него здоровый мужской запах.

– Я отсюда не уеду, даже если вы попытаетесь воспользоваться динамитом, мистер Форрест.

– Надеюсь, до этого не дойдет. Но, Эмма, как вы будете обходиться тут без ваших высоких сфер? Вам ведь нужны большие города, большие магазины. Нет, вам лучше вернуться в Вашингтон.

– Повторяю, вы ничего обо мне не знаете и не вправе судить о том, без чего я могу или не могу обходиться. – Она помедлила, не желая терять над собой контроль. Голос ее, как ей казалось, звучал ровно. – Я пошла к вам сегодня, чтобы заключить мир. Я подумала, что уж коли мы соседи… и вы все равно будете вести дела тети, то нам надо поладить. Конечно же, я была не права, потому что с вами ладить нельзя. Вам, видимо, доставляет удовольствие рассуждать о вещах, о которых вы и понятия не имеете.

– Если вы хотите регулярно питаться, то нам придется ладить. – В его взгляде не было и тени насмешки. – Впрочем, может, вы собираетесь сидеть на голодной диете, как, например, вчера.

Ее глаза буквально метали искры.

– Вам не удастся держать меня без денег только потому, что я считаю вас бесчувственным бревном.

– Ага, – проговорил он, прищелкивая языком. – По-моему, вы сейчас взорветесь от ярости.

– Возможно, поэтому вам лучше уйти, – тихо, но с угрозой в голосе проговорила она. – Наверное, мне придется зависеть от вас в финансовом отношении, хотя это отвратительно, но я не должна по этому поводу еще и любить вас… И я не буду! Через пару дней я отправлюсь в Вашингтон. Продам квартиру и перевезу вещи. Когда мне будут нужны деньги, вам придется переводить их на мой счет в банке, так что нам совсем не обязательно видеться друг с другом. – Она изящно, не хуже балерины, развернулась и с высоко поднятой головой взошла на крыльцо, ухитрившись не потерять над собой контроль. Однако на прощание она не смогла отказаться от еще одного выпада: – Не попадайтесь мне на глаза и держите подальше вашего пса.

Брент приказал псу сидеть, а сам подошел к крыльцу, на котором стояла Эмма.

– Значит, война объявлена, так? Хорошо. Только помните, на будущий год это должны быть самые ухоженные кошки в Южной Каролине, не то вы не получите наследства.

Эмма не могла придумать более или менее достойного ответа на подобное заявление, поэтому молча развернулась и вошла в дом. Ей хотелось с силой захлопнуть за собой дверь, чтобы дать выход злости, но она сдержалась и неслышно закрыла ее. Итак, она дала ему ясно понять, что не потерпит его вмешательства в свою жизнь.

Торопливо направляясь к лестнице, Эмма подумала, что теперь, по крайней мере, понятно, почему Мэгги не оставила кошек Бренту. Будь остальные собаки такие же, как этот «маленький» песик, бедные кошки не дожили бы и до ланча.