Скандинавский детектив - Дагмар Ланг

Мы сидели у него в кабинете в новом современном здании управления уголовной полиции на Кунгсхольмене, куда приехали прямо с канала Польсунд. Для начала Веспер Юнсон несколько раз позвонил по телефону, правда, говорил недолго, и я ждал, что будет дальше.

В неизвестности я оставался считанные минуты. Начальник уголовной полиции вдруг вскочил.

— Ну что, надо полагать, Исбладсвикен приобрел для вас новую ценность? — спросил он.

— Не уверен, что «ценность» — то слово, — ответил я.

Он будто и не слышал моей реплики.

— Думаю, надо сейчас же съездить туда, — сказал он, и мне показалось, что это было приглашение составить ему компанию.

Догадка оказалась верной, и через десять минут я в третий раз за последние полсуток был на пути к мысу Блокхусудден. По дороге Веспер Юнсон листал свой черный блокнот и, выпятив губы, мурлыкал мелодию одного из фортепианных концертов Моцарта. Вроде и не очень фальшивил, а слух режет.

Мы наискосок спустились по траве к берегу. Веспер Юнсон сновал по пляжу, точно собака-ищейка, тыкал кончиком зонта в густую траву, а то и нырял в кусты или под какую-нибудь низкую развесистую березку. И все время неутомимо напевал.

Что он искал? Я внимательно всмотрелся в узкую песчаную полосу у воды, скользнул взглядом по откосу. Мостки аварийной машины оставили там заметные вмятины, трава вокруг была истоптана пожарными и полицейскими. Чуть дальше уходили в воду роковые следы «мерседеса» Свена Леслера. Я прошел туда и вновь с интересом стал их разглядывать. Совершенно верно. Теперь я обратил внимание на четыре впадины, из которых две, что пониже, располагались у самой кромки песка. Здесь можно было отчетливо различить узор протекторов.

Я осмотрелся. На залитом солнцем берегу ни души, только ближе к дороге, за белым кустом черемухи, слышна все та же моцартовская мелодия.

— Комиссар! — окликнул я.

Он вынырнул из-за куста, шляпа съехала набекрень.

— Что-нибудь нашли?

— Да, — сказал я, и он вперевалку поспешил ко мне.

Я показал ему в траве глубокие вмятины от колес.

— Браконьер не врал, и вот подтверждение. Машина некоторое время стояла здесь, прежде чем въехать в воду.

— Я еще утром заметил, — сказал он. — Эти ямки чуть ли не первое, что бросилось мне в глаза.

— Ясно, — буркнул я. — Из-за них вы и заподозрили, что со смертью директора Леслера дело нечисто? — спросил я.

— Из-за них тоже, — с отсутствующим видом ответил он.

— А еще потому, что ручной акселератор был вытянут, а переключатель передач стоял на первой скорости, да?

— Да, пожалуй, — кивнул он и поднял глаза. — Но все это только косвенные доводы. Ну, в самом деле, Свен Леслер случайно или нарочно зарулил на берег. Потом заметил свою оплошность — или раздумал — и затормозил. Хотел дать задний ход, но, одурманенный снотворным, нечаянно включил первую скорость, и машина устремилась в глубину. Насчет акселератора можно найти аналогичное объяснение.

— Так что же навело вас на подозрения? — не унимался я.

Он махнул зонтиком в сторону дороги.

— Карлсон с невестой пришли оттуда?

Я подтвердил, что так оно и было.

— Смотрите, около десяти машина остановилась на берегу. Убийца вышел и осмотрелся — вероятно, хотел удостовериться, подходящее ли место. Потом закурил — чего делать не следовало — и, по словам Лундбома, начал копаться в машине.

— Наверное, усаживал труп за руль, — предположил я.

Веспер Юксон вскинул густые брови.

— С чего вы взяли, что Свен Леслер был уже мертв, когда «мерседес» ушел под воду? У врача, по крайней мере, иное мнение. Все симптомы указывают, что Свен Леслер утонул.

— Так или иначе, он явно был оглушен, — сказал я.

— Несомненно.

— И, скорее всего, мединалом, — невозмутимо продолжил я.

— Похоже, — согласился он. — Синяки, обнаруженные на плечах покойного, не могли появиться от оглушающего удара.

— Синяки он заработал, должно быть, во время драки в гостиной, — заметил я. — Но с кем он дрался? С сыном или с убийцей?

Веспер Юнсон поднял руку.

— Давайте по порядку! Значит, убийца сажает Свена Леслера за руль, вытягивает акселератор, сует правую ногу в машину, жмет на педаль, включает первую скорость, осторожно отпускает педаль, пока не включается сцепление, и сразу быстро убирает ногу.

Произнося этот монолог, комиссар, точно карликовый петушок, размахивал ногой в воздухе.

— Вполне получается, — заключил он. — И все время убийца находился снаружи. Когда машина трогается с места, он делает несколько шагов вровень с ней и успевает захлопнуть дверцу. — Помолчав, он добавил: — Что ж, это мы еще проверим, в гараже. — Он опять бросил взгляд вверх, на дорогу. — Что дальше? Машина на глазах у убийцы исчезает в глубине, теперь ему пора вернуться в город. Как вы думаете, какой путь он выберет?

— Тот же, каким приехал. Иными словами, пойдет по шоссе назад.

— Почему?

— Потому что так короче. Если идти в другую сторону, мимо автостанции, дорога гораздо длиннее.

— Ладно, — согласился комиссар — Пусть идет той же дорогой, какой приехал. Но в таком случае ему далеко не уйти, он столкнется с Карлсоном и его невестой. Верно?

— Верно, — признал я, — Карлсон с невестой вышли к бухте в самом начале одиннадцатого.

— Но они никого не видели?

— Нет.

— Скорее всего, убийца спрятался возле дороги, пропустил их, а потом пошел дальше.

— Возможно. — Я прикинул, куда он клонит, и тут меня осенило. — Собака! Я совсем про нее забыл.

Он недоверчиво смерил меня взглядом.

— Очередное гениальное озарение?

Я рассказал о пропавшей собаке, о лае, который сначала напугал Карлсона и его невесту, а потом нагнал страху на меня.

— Почему вы не сказали раньше? — сердито буркнул он. — К превеликому сожалению, с интуицией и инициативой у вас и впрямь плоховато.

Я обиделся.

— Я тогда уж лучше…

— Что вы, что вы! Еще журналист называется — сразу в амбицию! — Он жестом показал вперед, на поворот. — Собака оттуда, верно?

Я нехотя кивнул.

— Пошли, — Веспер Юнсон подхватил меня под руку. — Что ни говори, факты вы увязали, в самом деле, быстро и четко.

Он потащил меня к утопающей в густой зелени усадьбе.

— Я почти уверен, что вы правы, — бодро объявил он. — Скорее всего, собака лаяла на убийцу. Может, эти жених с невестой заявились прежде, чем он успел уйти. Надо будет их расспросить. Так или иначе, обратный путь оказался для него закрыт, и напрашивается вывод, что он спрятался здесь, в усадьбе, чтобы пропустить парочку, а затем вернуться на шоссе.