Предоставьте это мне - Джеймс Хедли Чейз

– Что это такое, Джон? Вероятно, вы ошиблись конвертом…

– Как вас понимать? – Дорн поднял глаза на капитана и нахмурил брови.

– Это ничего общего не имеет со стратегией вооруженных сил, – О'Халлаген протянул ему оба листка. – Как я понял, это ключ кода, которым мы перестали пользоваться еще в прошлом месяце.

– Что это вы несете!.. – проворчал Дорн с раздражением. Он схватил листки и начал читать текст.

О'Халлаген, наблюдавший за шефом, заметил, как кровь внезапно прилила к лицу старика. Шеф был до такой степени ошеломлен, что капитан вскочил, желая помочь ему. «Боже мой! – подумал он. – У него сердечный приступ!..»

– Что случилось, шеф? Позвать на помощь?

Дорн ценой невероятного усилия овладел собой и поднял на О'Халлагена взгляд, в котором ясно читался ужас.

– Не мешайте! Дайте мне подумать! – почти простонал он.

О'Халлаген редко видел Дорна в таком состоянии. Капитан счел за лучшее вернуться в кресло и оттуда наблюдать за дальнейшим развитием событий. Он догадывался, что произошло что-то из ряда вон выходящее.

Дорн взял оба листка и конверт, еще раз внимательно осмотрел их и вернулся к сейфу. Наклонившись, он тщательно исследовал его содержимое. Затем Дорн вернулся к столу. Его лицо осунулось и постарело, но губы были решительно сжаты.

– Тим, я совершил непростительную ошибку! – Дорн медленно опустил в кресло свое тщедушное тело. – Эти бумаги Брикман должен был поместить в чемодан Гирланда. Я сунул их в конверт с надписью «сверхсекретно», чтобы произвести максимум впечатления на службу безопасности Чехословакии. Приказ из Пентагона в точно таком же конверте лежал на моем столе. Не знаю, каким образом, но произошла подмена конвертов… Я был очень небрежен. – Он замолчал и посмотрел на свои руки. – Таким образом сверхсекретный документ попал к Гирланду, и тот увез его с собой в Прагу!!! Если он попадет к Малиху, разразится грандиозный скандал.

О'Халлаген ошеломленно смотрел на шефа и не верил собственным ушам. Однако, судя по выражению лица Дорна, это был не розыгрыш. Ум капитана сразу же принялся лихорадочно искать наиболее оптимальное решение.

– Я немедленно пошлю телеграмму Брикману, – сказал он. – Мы приостановим операцию… Если Брикман еще не успел известить службу безопасности о том, что Гирланд наш агент, они не тронут его. Конверт вернется назад вместе с чемоданом Гирланда.

– Да, но не забывай – в Праге Малих, – сказал Дорн. – Он прекрасно знает, кто такой Гирланд…

– Тогда наш единственный шанс на спасение состоит в том, чтобы Брикман изъял конверт из чемодана Гирланда, – сказал О'Халлаген.

– Думаете, Брикману удастся это сделать? Вы были правы, Тим! Я должен был отправить с ним еще кого-нибудь!

– Брикман весьма компетентный агент. Послать кого-нибудь ему на помощь мы не успеем.

Дорн молчал. Затем взял листок бумаги и принялся быстро набрасывать текст телеграммы. Видя, как уверенно он пишет, О'Халлаген покачал головой. Он был восхищен выдержкой своего шефа. Что бы ни говорили о Дорне, он человек не робкого десятка. Совершив ошибку, которая может вызвать непредсказуемые последствия и поставить крест на его дальнейшей карьере, он тем не менее быстро пришел в себя.

– Как вы думаете, такой текст подойдет? – спросил Дорн, протягивая капитану листок.

О'Халлаген прочитал телеграмму. Текст не оставлял сомнений относительно важности документа.

– Прекрасно! Закодировать?

– Да, Тим. Но никому ни слова. Если Брикману не удастся выполнить задание, придется известить Вашингтон. – Дорн с безнадежным видом уставился в пустоту. – А это равносильно моему смертному приговору…

О'Халлаген взял телеграмму и тихо покинул кабинет. Мэвис Пол прекратила печатать и удивленно посмотрела вслед промчавшемуся мимо нее капитану. Затем перевела взгляд на распахнутую дверь кабинета Дорна. «Что там произошло? – подумала она. – Боже мой, он даже не попрощался со мной!»