Маятник судьбы - Инна Бачинская

–А лампочка? Была выкручена или перегорела?

–Перегорела. Она давно мигала, у меня руки не доходили поменять.

–У вас есть друг? – спросил Монах после паузы.

–Нет… – ответила она не сразу. – Был, но мы расстались.

–Возможно, это он? Что за человек?

–Ну что вы! – Как ни было ей тяжело, она рассмеялась. – Миша мухи не обидит, полное ничтожество. Ленивый, все по фигу, что есть, то и хорошо. Тюфяк.

–Понятно. А что из себя представляет Кирилл?

–Кирилл? – Она прекрасно владела собой, выдержки ей было не занимать. Вопрос был ей неприятен, Монах видел, как побелели косточки на ее сжатых кулачках. Она увела взгляд в сторону. – Я не очень хорошо его знаю…

–Какова его роль… в клубе?

–Он иногда провожает девушек, когда клиент незнакомый, ожидает в машине, чтобы в случае чего…

–Были подобные случаи?

–Не слышала. Нет, вроде. У нас клиенты нормальные люди, денежные, солидные.

Нормальные и солидные. Кира тоже сказала: нормальные и солидные. И разумеется, не убийцы.

–С кем из девушек вы знакомы?

Она стала перечислять. Четверо из девяти. Случайное знакомство, так получилось. Никакой дружбы, никаких серьезных отношений.

–Лина… – Монах, никогда не стеснявшийся нескромных вопросов, запнулся: – Лина… у вас есть постоянные клиенты?

–Есть. – Она, в отличие от Монаха, ничуть не смутилась.

–Они видятся только с вами или с другими девушками тоже?

–Не знаю, – ответила она сухо. – Мы этого между собой не обсуждаем. Да и не знаю я всех.

«Врешь, – подумал Монах. – Еще как обсуждаете!» И спросил:

–Что связывает Кирилла и Киру?

–Откуда я знаю! – В ее голосе прозвучало раздражение, и Монах понял, что на сегодня, пожалуй, хватит.

–Интересно, где наш Жорик? – С ходу переключился он. – Надеюсь, он перебил не всю посуду?

–Кому кофе? – спросил появившийся, как черт из табакерки, Жорик. В руках его был поднос с кофейником и чашками.

Монах и Лина рассмеялись…

–Классная девушка, – сказал Жорик мечтательно уже по дороге домой. – Я и не знал, что такие бывают. Думал, все они одинаковые, набитые дуры, в голове опилки и сразу видно, что… такая. – Он запнулся и переключился: – Узнал что-нибудь?

–Узнал.

–Что?

–Во-первых, в квартире находился мужчина. В спальне.

–Мужчина?! – Жорик был потрясен. – Как это – мужчина? Откуда ты знаешь?

–В ванной… помнишь, я пошел вымыть руки? Ты не пошел, а я пошел. Так вот там две зубные щетки и лосьон для бритья… еще пара мелочей, которые никак не могут принадлежать женщине.

Монах, почувствовавший присутствие неопознанного человека в квартире и сообразивший, что тот, скорее всего, прячется в спальне, хотел было сунуться туда якобы по ошибке – заблудился по пути в ванную, но решил не форсировать события. Он пришел сегодня как друг, а не прокурор. Нужно усыпить их бдительность. Под «ними» он подразумевал всех: убийцу, Киру, девушек, клиентов… того, кто сидел в спальне и слушал.

–Ну и что? Мало ли… – сказал, поразмыслив, Жорик.

–Помнишь, я спросил, есть ли у нее друг? Она сказала, что нет, что рассталась со своим парнем, который полное ничтожество. Увы, Жорик, любой мужик – ничтожество рядом с такой феминой. Если он денежный мешок, она придержит язык, если рядовой белый воротничок, то сживет со свету.

–Ты как-то выворачиваешь все наизнанку, Монах. Не сказала… ну и что? Не хотела, чтобы знали. В конце концов, кто ты такой, чтобы все тебе рассказывать?

–А почему? Она деловито рассказывает о клиентах, а тут вдруг не захотела, чтобы знали. Это имеет смысл только в одном случае…

–В каком?

–Подумай, Жорик, своей головой.

Монах ухмыльнулься. Умолчание Лины о новом мужчине имело смысл лишь в том случае, если он не посторонний, а свой. А своим в данном случае был телохранитель Кирилл. Кира подчеркнула, что личные отношения в клубе не приняты. Он, Монах, представитель Киры, а посему знать об отношениях Лины и Кирилла ему не обязательно. Значит, промолчим.

–А во-вторых? – спросил Жорик после паузы, так ни до чего и не додумавшись.

–А во-вторых… она знает убийцу! То есть того типа, который устроил засаду в ее квартире.

–Ты что, Монах? – Жорик повернулся к Монаху, машина вильнула. – Охренел? Откуда она может его знать? А потом, он не убийца, может, он приходил совсем не за тем…

–Он убил Ирину, Жорик. И я думаю, он пришел убить Лину.

–Откуда ты знаешь?

–Ирину убили в собственной квартире, и теперь я знаю как. Он ожидал ее в квартире. Он ожидал также и Лину, но она сумела удрать. Она узнала его голос, и поверь мне, друг мой Жорик, она вспомнит его. Не сегодня-завтра. Подсознание будет работать на решение задачи. И то, что она сейчас не одна, хорошо, при условии что тип в спальне не убийца.

–Ты считаешь, он может быть убийцей? – Жорик вильнул к обочине и притормозил, повернулся к Монаху: – И ты оставил ее с убийцей? Ты что, Монах, совсем?

–Я пошутил, Жорик. Он не убийца.

–Откуда ты знаешь?

–Чувствую. Он не убийца. Скорее, наоборот.

–Что значит – наоборот?

–То и значит, – хмыкнул Монах. – Защитник.

–Ну и не надо, – буркнул Жорик. – Как колеса – так Жорик, а как поделиться информацией…

–Нечем делиться пока… – пробормотал Монах и закрыл глаза.

–А ты ее погрузи и допроси, – посоветовал Жорик.

–Дохлый номер, – пробормотал Монах. – Не выйдет.

–Как меня – так выйдет, а как их… не понимаю. Ты же волхв! Видишь насквозь, читаешь, как в открытой книге. Волхв! Какой, к черту, волхв? Повывелись все еще в доисторические эпохи. Тоже мне!

–В шестнадцатом веке две трети Европы вымерли от оспы, – вдруг сказал Монах, не открывая глаз. – А одна треть выжила… почему-то. Понял?

–При чем тут оспа?

–А при том, что у некоторых особей был природный иммунитет. Теперь понятно?

–Ага, ты еще про космический разум расскажи.

–Это мы запросто, – пробормотал Монах.

Монах уснул, а Жорик еще долго бубнил, обиженный на друга, который не хотел делиться.

…К вечеру разыгралась настоящая буря. Шквальный ветер швырял пригоршни каменной снежной крупы в окна машины. Дорога превратилась в каток. Верный «Бьюик» вздрагивал под ударами ветра; двигатель вдруг зачихал, и Жорик облился холодным потом. Он покосился на спящего Монаха и подумал, что тот похож на будду, только с бородой. А так все как у будды – и живот, и руки сложил, и спокоен, и в нирвану впадает, и благодушен, и улыбается, и не забивает себе голову всякой ерундой и суетой. Говорит: не надо ловить ветер! Вон, мотор ревет, машина галсами, а ему по барабану – спит себе и в ус не дует! «Может, действительно познал высший смысл», – подумал Жорик, чувствуя, как растет в нем теплая уверенность, что все будет хорошо, и доберутся они домой, и не застрянут между небом и землей в чистом поле, а дома растрепанная Анжелика в халате и маленький Олежка, наследник… ждут не дождутся… пока у него такой друг!