Маятник судьбы - Инна Бачинская

–Кира, да. Жорик, тут такое дело… Я хочу предложить ей место генерального директора на нашей фабрике. Мы все сегодня вечером встречаемся в «Тутси». Ты, Кира и я. Как тебе идейка? Ты – совладелец и техническая база, она – представительство, реализация, финансы. Голова у нее хорошая, организаторские способности нам тоже известны, сейчас мается без дела, бедняга. Ну а я – в поиске сырья, вечном, так сказать. Алтайских поставщиков беру на себя. Может, забреду в Непал, познакомлюсь с тамошними целителями и их зельями. Меня туда давно тянет.

–Ты с ней уже говорил?

–Нет, решил сначала с тобой. Вот, говорю. Как она тебе?

Жорик пожал плечами:

–Я ее знаю только по твоим рассказам. Можно попробовать. А она согласится?

–Мне она не откажет.

–У вас с ней что-то было? – поинтересовался Жорик.

–Я не говорю о своих женщинах даже с друзьями, – заявил Монах.

–Ну ты, Монах, даешь! – восхитился Жорик. – Так, может, останешься?

–Нет, Жорик, считай, я уже в пути. Душа горит и требует смены картинок. Устал я от вашего города. Взял бы тебя с собой, да Анжелику одну не оставишь. Да и фабрику. Кстати, я бы на твоем месте присмотрелся к этому пареньку, Эрику. Он, конечно, со своими тараканами, но это пройдет. Будет на людях, присмотренный, подкормить бы его… Анжелика познакомит его с девушкой, дочкой какой-нибудь из своих подружек. Заодно и пользу в хозяйстве принесет – хороший программер на улице не валяется.

–Его уже отпустили?

–Он получил год условно за хулиганство. Если бы не мы, загремел бы далеко и надолго. Так что он наш крестник, образно выражаясь. Как сказал кто-то умный: мы в ответе за тех, кому неосторожно подставились.

–А Громов?

–Разбирательство в процессе. Мэтр Рыдаев настаивает на версии психической неполноценности подсудимого.

–Закатают в психушку, через пару лет выйдет, – заметил Жорик. – Еще и книгу в тюрьме напишет.

–Посмотрим, друг мой Жорик. Посмотрим. Мы сделали все что могли.

–А Лина? Я видел, как она на тебя смотрела! Дурак ты, Монах, честное слово! Я тогда думал, у вас сладится, а ты… как не знаю кто. Снова в бега. Эх ты!

–Должно быть, дурак. – Монах пожал плечами. – Допускаю, что ты прав, Жорик. Лина… а что Лина? Лина уедет и начнет новую жизнь. Я ей не нужен. Ей нужно начать с нуля, понимаешь? Перевернуть страницу и идти дальше. Не оглядываясь.

–Да все я понимаю! Но все равно жалко. Такая девушка!

–Хорошая девушка, – согласился Монах. – И что… э-э-э… характерно – умная.

–Совсем забыл! – Жорик хлопнул себя ладошкой по лбу. – Вчера вечером забегал журналист, принес тебе подарок!

Он достал из серванта небольшой сверток и протянул Монаху. Монах развернул – это была белая войлочная панама для сауны с вышитой красными нитками нарочито кривой строчкой: «Крепкий перец! Кто не бухает, тот жизни не знает!» Монах ухмыльнулся и напялил панаму на голову.

–Теперь я, можно сказать, не Черный Клобук, а Белая Шляпа. А что? По-моему, звучит что надо: волхв и волшебник по имени Белая Шляпа. Он же завмаг из «Бюро случайных находок». В смысле – заведующий маг, то есть самый главный. И надо бы еще сайт подновить – мою фотку в этой шляпе, и чтобы надпись видна, и еще…

Он говорил и говорил, боясь остановиться, желая сгладить горечь разлуки, полный нетерпения, – уже в пути, уже вдыхая вольный ветер странствий, – и сожалений, что увидятся они теперь не скоро…

–Когда хоть вернешься, Белая Шляпа? – перебил его Жорик. – Нам еще черный фарфор изобретать, помнишь? Дел непочатый край.

–Конечно, помню. Насчет возвращения… – Он положил руку на Жориково плечо. – Как карта ляжет, Жорик. Главное, я знаю, что ты меня завсегда примешь. – Он помолчал, а потом сказал: – Вернусь когда-нибудь. Обязательно. Постараюсь, во всяком случае. Знаешь, в народе говорят – человек предполагает, а Бог располагает…