Талисман Михаила Булгакова - Ольга Тарасевич

На сообщения Зайчонка Дима сначала отвечал без особого энтузиазма.

«Очередная толстушка, скопировавшая в анкету фотографии профессиональной модели, – думал он, любуясь снимками молоденькой длинноволосой брюнетки, напоминавшей актрису Пенелопу Крус. – Видел я уже в реале парочку таких «зайчиков» – им бы больше подошел ник «слоники»». Стала бы по-настоящему эффектная девушка на сайте знакомств сидеть? Да у нее в реальной жизни от кавалеров бы отбоя не было!»

Но Зайчонок оказалась своеобразным философом.

«Мне нравится заниматься сексом с разными мужчинами. Очень редко партнер оказывается настолько мне подходящим, что я хочу встретиться с ним несколько раз. Меня возбуждает новизна. Меня заводит, когда я не знаю, какое движение и какой поцелуй меня ждут дальше. Первый раз всегда круче всего… Потом, после того как любовники лучше узнают друг друга, может, оргазм даже получится ярче. Но первый раз – он единственный…» – писала она Диме.

О себе девушка рассказывала неохотно. Студентка, учится на платном отделении в МГУ, обеспеченные родители, особых хобби не имеется. Вот, в общем, и все, что удалось из нее вытащить.

Ей было неинтересно рассказывать о себе. Она обожала писать только о сексе.

«Я мечтаю о том, как ты возьмешь меня. Твои пальцы будут сжимать мои соски слишком болезненно. И я робко попрошу тебя быть со мной нежнее. Чтобы я не болтала, ты заткнешь мне рот своим членом и еще сильнее сдавишь грудь. Но я вдруг почувствую, что меня это заводит, что я перелетела за ту грань, где боль уже приносит удовольствие. И вот я уже хочу-умираю, чтобы ты поимел меня, как последнюю шлюху. Хочу, чтобы мне было больно, чтобы ты матерился, чтобы я стала просто послушной куклой, созданной для твоего бесконечного удовольствия. Но я постесняюсь тебе об этом сказать. Хорошие, приличные девочки так себя не ведут. Хотя мои слова тебе не нужны. Ты проведешь рукой у меня между ног, и все поймешь, и резко войдешь в меня…»

Вообще-то она воровала эти свои пошлые рассказики с порносайтов.

Дима как-то скопировал текст в поисковик, и ссылки привели его на соответствующий ресурс. Плагиат оказался неполным, хорошо отредактированным и переработанным. Неизвестно, что там у девушки с внешностью и сексуальностью. Но неплохие филологические способности наличествовали – это было очевидно.

Да, Зайчонок начинала его интриговать и возбуждать все больше и больше. Она словно чувствовала, как можно легко заманить журналиста в сети из орфографически правильных бесстыдных сообщений.

После длинного многообещающе-сладкого сочинения на тему минета, чуть не закончившегося оргазмом прямо на рабочем месте, Дима сломался.

И назначил Зайчонку встречу на парковке возле гипермаркета, располагавшегося в двадцати минутах езды от дачи. «Если вдруг дело дойдет до интима, нам будет где уединиться, – думал Дима. Потом сразу же начинал ругать себя: – Не смей тащить незнакомую девку на дачу, где бывают твоя дочь и жена. Если не имеешь совести в принципе, имей совесть хотя бы не гадить там, где живешь».

Он приехал на свидание в твердой уверенности, что никакого адюльтера не будет, что круче его Ольги никого нет, а встреча эта – ну просто для расширения кругозора. В конце концов, разве журналисты не должны стремиться изучать жизнь во всех ее проявлениях?

Девушка оказалась невероятно красивой, с завораживающим лицом, великолепной фигурой. В анкете действительно были размещены ее настоящие фотографии. Пробормотав «привет», красотка обняла Диму, прижалась к нему упругой грудью и запечатлела на его губах такой страстный поцелуй, что у него потемнело в глазах.

Казалось, она легко могла бы заняться сексом прямо на стоянке возле гипера, совершенно не комплексуя по поводу людей, деловито снующих вокруг с тележками, заполненными продуктами.

– Зайчонок, я так не могу. Подожди немного, давай хотя бы отъедем от магазина, – взмолился Дима, с трудом переводя дыхание. У него от возбуждения настолько сильно задрожали руки, что он даже не смог с первой попытки завести двигатель.

И вот уже машина припаркована в укромном месте.

Раскидистые ели машут зелеными лапами, и весело галдят птицы, и медовый запах цветов заполняет салон автомобиля.

Ее сладкие губы.

Ее гладкие длинные загорелые ножки.

Животик – плоский, мягкий. Красивые темные соски. Такие детские ключицы, на них посмотришь – и задыхаешься от нежности…

Дима не помнил, сколько времени они провели в машине, наслаждаясь телами друг друга.

Наверное, все это продолжалось бесконечно долго.

Встретились они в шесть вечера – а когда Зайчонок попросила подбросить ее к остановке маршрутного такси, было уже совсем темно. В июне темнеет поздно, ближе к полуночи.

– Ты хоть скажи, как тебя зовут? Зачем тебе ждать маршрутку? Давай я тебя в Москву отвезу. Ты в Москве живешь? – он сыпал вопросами, но в глубине души понимал, что ответов не будет.

Эта странная красивая девушка, похоже, ведет себя в своей обычной манере. Она обрубает все концы, не оставляет ни малейшего шанса на вторую встречу.

Подвозить к подъезду? Нет, она этого не позволит.

У него даже номера ее мобильного нет – они договаривались о встрече через личные сообщения.

Зайчонок, как ни странно, была искренна. Ее действительно интересовал только разовый секс без обязательств. Но какие тут претензии? Она честно об этом предупреждала.

– Ты очень красивый. Спасибо тебе, – она улыбнулась ему на прощанье и помахала рукой.

Дима добрался до дачи и уснул, как ему казалось, даже раньше, чем голова коснулась подушки…

– …Мам, я не могу вспомнить, оставляла ли эта девушка в машине сверток с украшениями и нож. Или, тоже вполне возможно, мне его подкинули позже, когда я спал. Я так вымотался, что, наверное, даже тачку забыл закрыть. И вот представь – я рассказываю всю эту сексуальную историю во время проверки на детекторе. Следователь начинает искать и опрашивать свидетелей. По его поручению опера будут говорить с журналистами в редакции, с соседями по даче. Так или иначе, до жены все дойдет. Я не хочу делать Ольге больно. И терять ее не хочу. Да, я козел. Но при всем этом я люблю свою жену!

– А в камере ты сидеть хочешь? – холодно поинтересовалась Наталия.

Откровенность сына произвела на нее оглушительное впечатление.

Она уже открыла было рот, чтобы прочитать лекцию на тему нравственности, но потом подумала: «А что это изменит в конкретной ситуации? Ничего. Просто будет потеряно время на пустые разговоры. Рассуждениями в контексте «изменять нехорошо» ситуацию не прояснишь. И потом, Дима сделал свой выбор – будет сидеть за решеткой, лишь бы Ольга не узнала о его девице. Это его выбор, его право. Мне надо относиться к такому решению если не с уважением, то, по крайней мере, без нравоучений. И потом, строго говоря, не мне читать лекции о супружеской верности. Не так давно у меня случился бурный роман фактически с Димкиным ровесником. Конечно, те отношения были спровоцированы ритуалом черной магии, и я не искала приключений, а наоборот – очень сожалела о произошедшем. Но суть от этого не меняется: я так же далека от идеала, как и мой сын…»