Черника на снегу - Анна Данилова

– Это я и сам знаю. – Локотков отпил несколько глотков кофе. Захотелось курить. – У вас тут курят?

– Вообще-то мы боремся с курением, с курильщиками, но вам-то все можно… К тому же Юрия Львовича нет. А уж когда он появится, не думаю, что ему будет дело до таких мелочей. Но где он? Что с ним случилось?

– Вообще-то случилось. Но пока что только с его женой.

– С Александрой? – Секретарша замерла, и в эту минуту ее лицо напомнило Леве зайца, он даже представил себе, как она прижала ушки и стала такая смешная.

– Да. Она умерла. Поэтому мы и ищем вашего шефа.

– Не может быть! – запричитала она. – Александра, она же такая молодая! Что с ней случилось? Вроде бы она ничем не болела… Во всяком случае, мы ничего такого не слышали, не знаем. Но как странно… Она умерла, а Юрий Львович пропал… Может, и с ним что-нибудь случилось?

– Вот. Ищем. Только где его искать? Где он может быть? Может, у него есть еще квартира?

– Не знаю.

– Хорошо. Тогда ответьте мне, пожалуйста, на такой вопрос: когда вы видели Юрия Львовича в последний раз?

– Говорю же – вчера вечером. Был обычный день, обычный вечер, ничем не примечательный. И Юрий Львович был в хорошем настроении.

– А его жену когда вы видели в последний раз?

– Знаете, тоже вчера… После обеда.

– Она часто заходила к нему?

– Нет, не часто, но иногда заходила. Думаю, это происходило в основном когда они собирались куда-нибудь пойти. В гости там или в театр. Его жена – очень красивая женщина, следит за собой. Они вообще – чудесная пара. Жаль только, что у них нет детей. Господи, за разговором я как-то даже забыла, что она умерла…

– Значит, она заходила к нему после обеда. Но вряд ли они так рано отправились в гости. Был будний день…

– Да-да, верно. Она просто зашла к нему, пробыла какое-то время… Чувствовалось, что она спешит. А потом так же быстро вышла.

– Значит, она ушла, а Гарашин остался.

– Да, он остался… попросил меня приготовить чай, сказал, что ему надо поработать с бумагами. Постойте… – Она вдруг побледнела. – Знаете, а ведь я сказала вам неправду. Я перепутала! Я не видела его вчера вечером. И в хорошем настроении он был позавчера. Не знаю, как я могла такое сказать! Я приготовила ему чай, а потом отпросилась к зубному. Вот почему у меня в памяти остался не вчерашний вечер (потому что меня в офисе просто не было), а позавчерашний.

– Значит, вы приготовили ему чай и ушли. А он остался. И больше вы его не видели. Так?

– Да.

– А сегодня утром? Вы пришли, его еще не было, так? Обычно он появляется раньше вас или все приходят в одно и то же время?

– Мы приходим к восьми. Почти одновременно. Бывает, конечно, что он иногда задержится или я. Но он никогда не отчитывал меня за опоздания. Понимал, что все мы – живые люди…

Локотков отметил про себя, что девушка говорит почему-то о Гарашине в прошедшем времени.

– …Я то в пробке застряну, то еще что… Разные ситуации случаются. Он умел входить в положение.

– Лена, как обычно проходит день вашего начальника? Где он может быть, в принципе? Дома, в офисе, еще?

– Значит, так. – Лена раскраснелась, разволновалась и стала даже немного заикаться. – Правильно: дома, в офисе, в каком-нибудь из наших магазинов, на складах… Знаете, он сам все контролировал – если шла отгрузка большой партии мебели, он лично присутствовал… Не то чтобы он никому не доверял…

– Лена, почему вы говорите о Гарашине в прошедшем времени?

– Не знаю, – вдруг заплакала она. – Его же нигде нет, понимаете?! А это – неестественно! Он не мог, не мог пропустить эти переговоры! А тут еще и его жену убили!

– Постойте. А откуда вы взяли, что ее убили?

Лена вытаращила на него глаза и несколько секунд смотрела, явно ничего не соображая. Совершенно тупое выражение лица.

– Я? Я сказала, что ее убили? Но я не знаю, как она умерла. Честное слово… Просто я подумала, что вы – следователь прокуратуры, а там, где прокуратура, не может не быть смерти… ну, скажем, от перитонита… Я сказала это машинально. Я испугалась, что и с Юрием Львовичем тоже могло произойти несчастье, что его тоже могли убить.

– Но почему вы так решили? Есть основания?

– Он богат. Он выглядит довольно скромно, но он очень богат. Кто-то мог просто ограбить его или заставить, скажем, перевести деньги… Ох, – она закатила глаза, – что я такое говорю?! Нет, ничего такого не было! Это просто мои фантазии! И про Александру я тоже ничего не знала, честное слово!

– Подождите, успокойтесь немного. Итак! Вы назвали несколько мест, где мог бы находиться Гарашин. А еще где? У него есть дача?

– Да, есть загородный дом.

– Вы знаете, где он находится?

– Нет, откуда?!

– Хорошо, где еще? Может, у него есть любовница, и он был с ней?

– Любовница… – Секретарша посмотрела на Локоткова растерянно, словно соображая, говорить или нет. – Понимаете, сейчас, когда вы сказали, что его жена умерла, я могу сказать… Да, у него есть любовница. У него всегда кто-нибудь был. Но об этом знала, пожалуй, только я. Потому что у меня работа такая – знать, где находится мой шеф. И он взял с меня слово, что я буду молчать.

– Где они встречались? – заорал на нее разъяренный Локотков. – Столько времени прошло, а ты молчишь!!! Называй адрес! Может, есть телефон?!

– Не кричите на меня… – взмолилась она и закрыла лицо руками. – Когда на меня кричат, я вообще ничего не понимаю… Я схожу с ума!

– Адрес, – сухо произнес Локотков и достал еще одну сигарету. – Пытать мне тебя, что ли?!

– Московская, тридцать пять, дробь двенадцать. Он снимал там квартиру, кажется. Они… встречались там. Я даже привозила туда минеральную воду и цветы. Но потом он купил ей квартиру рядом с парком, на улице Рахова, точный адрес я не запомнила – дом там, номер квартиры, это произошло всего несколько дней тому назад… я этого не знаю…

– Что ты знаешь об этой покупке?

– Понимаете, – захныкала она. – Я просто иногда невольно подслушиваю… вернее, слышу… Правда, невольно, не хочу, но слышу! Знаю, я точно знаю, что он купил ей квартиру, что документы находятся где-то у него. Но на столе их нет. Возможно, они лежат в его сейфе в комнате отдыха.

– У тебя есть ключи от этого сейфа?

– Конечно, нет!

– Где эта комната?

– За кабинетом, пойдемте, я покажу.

Локотков, с трудом сдерживаясь, чтобы не нагрубить секретарше, пошел за ней в кабинет Гарашина. Двойная дверь, огромный кабинет, обшитый деревянными панелями, толстый ковер под ногами, бронзовые статуэтки на полках, застекленные шкафы, за одним из шкафов – еще одна дверь, ведущая в комнату отдыха.