Танцы с пиратами - Вера Иванова

– Так… – нахмурилась она, увидев наполовину пустой столик. – Значит, вчерашние коктейли были не совсем детскими.

– Нет-нет, – замотала головой Танюсик. – С коктейлями все было нормально, честное слово.

– Не верю, – отрезала Пуля и вышла из столовой.

Мы последовали за ней – нам тоже было интересно, что приключилось с собратьями-мушкетерами. Неужели Пуля права, и они вчера нахимичили с коктейлями?

Парни были в каюте, но картина, открывшаяся нашим глазам, была ужасна. Белый как мел Сеня сидел рядом с койкой, на которой лежал неподвижный, белый как мел Смыш. Из глаз Брыкалы на лицо Фродо капали огромные капли, и гигант, то и дело шмыгая носом, жалобно причитал:

– Прошу тебя, проснись, ну пожалуйста! Или хотя бы пошевелись!

Однако полурослик был недвижим. Глаза запали, вокруг рта и носа залегли синие тени, и на мгновение мне показалось, что… что…

Это было так ужасно, что я упала перед кроватью на колени и громко, во весь голос, заревела.

Излив первую порции слез, я обнаружила рядом с собой Танюсика, которая тоже рыдала, орошая Мишу слезами и безутешно приговаривая:

– Но ведь он же не умер, правда? Он же не умер?

Пули в каюте не было – наверное, побежала за врачом.

Однако врач не понадобился. Едва только мы трое, выбившись из сил, завели по новой, как лежащий на кровати покойник вдруг открыл глаза и отчетливо произнес:

– Нет, он еще не умер.

Не успели мы порадоваться неожиданному воскрешению, как появилась Пуля, которая все-таки притащила врача. Доктор выгнал нас в коридор, и вот тут уж мы получили по полной. Руководительница припомнила нам все мелкие и крупные прегрешения, пригрозила запереть в каютах до конца круиза и лишить развлечений и увольнений на берег. Почему-то она была твердо уверена, что Миша набрался, и ни за что не хотела поверить, что Фродо непьющий.

Как ни странно, Сеня был с ней солидарен.

– А с чего бы еще ему коньки клеить? Тихоня тихоней, а вчера знатно они с Принцем накатили. Наверное, у Камаля что-то припрятано было, чего они в коктейль подлили. Вы бы видели, как хоббит шатался, когда в каюту полз!

Но вот, наконец, врач оставил бедолагу Поттера в покое, и нам разрешили навестить его.

Миша все еще лежал в кровати, но был уже не таким бледным, и в глазах горел жадный интерес к последним новостям. И вот тут-то и настал мой звездный час.

– А меня пригласили сниматься в кино! – с торжеством выложила я главную новость дня. – И я играла мумию! Но на самом деле я не мумия, а Пого-пого! И еще я встретила свои привидения!

Новость произвела неизгладимое впечатление: Смыш заволновался, покраснел и поинтересовался:

– А сколько тебе заплатят?

Это было неожиданно и трогательно: никогда не думала, что хоббит с таким вниманием отнесется к моим делам!

– Ты говоришь, как мой агент! – восхитилась я.

– Да, действительно, а как у тебя с гонораром? – подал голос Сеня, и я почувствовала себя словно за каменной стеной – еще бы, с такими-то братишками!

Вечер прошел идиллически: Миша читал сценарий, а мы втроем обсуждали, как же хорошо, что полурослик не умер.

– Спорим, это мои слезы разбудили его! – воскликнула Танюсик. – У меня они горючие и жгучие.

– Прям живая вода! – хихикнул Сеня, привлекая подругу к себе. – Но у других не хуже, поверь! Так что разбудить Михеича с равным успехом могли еще и мы с Сашкой.

– Прекратите орать! Вы мне мешаете! – донесся с верхней койки голос Смыша. – И вообще, мне срочно нужна газета, в которую была завернута рыба!

Мы испуганно затихли. Потом посмотрели друг на друга и молча покрутили пальцами у виска. А затем слезли с Брыкаловой койки и поплелись искать газету.

К счастью, в баре еще не убирались, и газета преспокойно лежала в мусорном ведре.

– Я не знаю, чем он станет за это расплачиваться, – кряхтел Сеня, выуживая из мусора засаленные обрывки. – Но счет будет немаленьким.

– И зачем мы его оживили? – Танюсик брезгливо заткнула нос. – Спал бы себе и спал…

Я не могла не согласиться с друзьями. Наша Спящая красавица оказалась на редкость капризной и привередливой!