Смерть в прямом эфире - Марина Серова

Я встала из-за стола, Ален взял меня за руку и вывел на середину зала. Мы танцевали медленный танец, все ближе и ближе прижимаясь друг к другу. Но вот музыка кончилась, но очарование не исчезло вместе со звуками. Оно осталось внутри меня и толкало на непродуманные поступки. В конце концов я махнула на все рукой: будь, что будет – и пошла к столику рука об руку с секретарем представителя Франции в Тарасове.

* * *

Было уже за полночь, когда Ален довез меня до дома на такси. Когда мы прощались, он долго не отпускал мою руку и все заглядывал в глаза.

– Женя, мы будем встречаться? Осенью у меня отпуск, и я возьму тебя с собой. Ты хочешь в Париж? – Ален притянул меня к себе, и последние слова произнес шепотом, коснувшись губами моего уха. По моему телу пробежала легкая дрожь.

– Хочу, – ответила я и положила голову ему на плечо.

Он взял мое лицо в свои руки и нежно поцеловал в губы.

– Буду с нетерпением ждать.

– Летом можно съездить в пансионат на Волгу, – вырвалось у меня.

– О! Летом мы будем отдыхать каждые выходные. Будем путешествовать, куда ты захочешь. Мне говорили, что Волга очень большая. Это правда?

– Да, и очень глубокая, – пора было прощаться, но у меня было впечатление, что мы что-то друг другу недосказали. Это ощущение еще усилилось, когда я намекнула французу, что мне пора домой. Он немного огорчился, но задерживать меня не стал.

– Я провожу тебя, – сказал он, беря меня под руку и направляясь к подъезду.

Я не стала возражать, и мы дошли несколько шагов до лесенки, ведущей к железной двери. Здесь Ален остановился и спросил:

– Мы завтра встретимся?

Я не знала, что может случиться завтра, и постаралась объяснить ему это. Он внимательно выслушал, все время глядя мне в глаза, потом сказал:

– Я позвоню тебе.

– Позвони днем, я днем свободна, – вырвалось у меня. – А насчет вечера пока не знаю. Как получится.

– Хорошо, Эжени, я позвоню днем, – пообещал Ален, но было видно, что он огорчен. Мне не хотелось расставаться вот так, и я на прощание поцеловала его. Он немного отошел и сказал мне в спину:

– Я увезу тебя в Париж, и ты никогда больше не будешь охранять людей, у которых возникли проблемы с бандитами. До завтра.

– До встречи, – я обернулась, помахала ему рукой и открыла железную дверь подъезда. Ален повернулся, чтобы уходить, а я еще долго смотрела ему вслед и думала о том, как мне завтра выкроить пару часов на встречу с моим французом. Наконец, я увидела, как Ален поймал такси, и вошла в подъезд. Железная дверь закрылась и перестала пищать. А я все стояла в полутьме и никак не могла собраться с мыслями. Свидание с Аленом выбило меня из привычной колеи, и теперь моя работа стала казаться мне не такой привлекательной. С этим нужно было что-то делать. Я встряхнула головой и стала решительно подниматься по лестнице.

Наконец я дошла до своей квартиры, открыла дверь и потихоньку вошла в прихожую. Но мои предосторожности были напрасными: тетя Мила не спала. Она встретила меня в прихожей в ночной сорочке и ласково спросила:

– Как у вас, все хорошо?

Я не знала, что отвечают на такие вопросы, и угрюмо буркнула:

– Угу.

– Кто он? – тетушка продолжала допрос. И хотя вопросы она задавала ласково и осторожно, ее манера выпытать всю подноготную, мягко говоря, утомляла.

– Француз.

– Француз?! Где же ты его нашла? – удивлению тетушки не было границ.

– На вечеринке у телевизионщиков. Секретарь представителя Франции по культурному обмену, зовут Ален Матье. Еще вопросы будут? – Только сейчас я почувствовала, что смертельно устала и хочу спать, и постаралась как можно быстрее отделаться от тети Милы. Тетушка замолчала, переваривая услышанное, и я, улучив момент, нырнула в ванную и закрылась на задвижку. Сейчас приму душ и лягу спать, иначе завтра просплю утреннюю пробежку.

– Женя, ты ужинать будешь? – спросила тетя Мила, подойдя к двери ванной.

– В третий раз?

Тетушка постояла у двери, потом послышались ее удаляющиеся шаги. Гроза миновала: разговоров о замужестве сегодня не будет. Тетя Мила дождалась меня и наконец-то пошла спать. Спокойной ей ночи.