Прямой эфир - Дмитрий Тростников

Машина остановилась. Андреев вышел наружу, как ни в чем не бывало, озираясь, словно выбирая место для съемки. Оператор Миша вытащил из машины кофр и штатив, и склонился над ними, расчехляя камеру. Здоровенный черный джип затормозил рядом. Его двери распахнулись, оттуда выскочили двое в «военизированной» форме, но без знаков отличий.

– Кто вам дал разрешение на съемку? – подходя вплотную к Стасу, жестким тоном спросил тот, что был пониже ростом, с худым лицом и серыми, по-рыбьи бесцветными, глазами. Второй занял выжидательную позу у дверей джипа, не вступая в разговор. Этот был невысокий крепыш, с бычьей шеей, мясистым вторым подбородком и спокойствием на лице, отражавшим полное физическое превосходство.

– Вы о чем? – спросил Стас.

– Все ты понял, – отрезал невысокий. – Вы вели съемку строящегося объекта без разрешения. Несанкционированную.

– Мы действуем в рамках закона о СМИ, – попытался спорить Стас.

– Не надо! – отпарировал сероглазый. – Вас никто не приглашал. Это частная собственность и вторжение в частную жизнь. Не имеете права. Лучше отдать видеокассету по-хорошему…

Стас понимал, что кассету отберут в любом случае. Но если он отдаст ее слишком легко, этот сероглазый может заподозрить, что кассета не одна. Если же упереться и пойти до конца, им пару раз крепко и профессионально заедут кулаками, а потом уложат лицом на асфальт. И если уж быть до конца профессионалом – даже лучше пойти на обострение, а потом показать в программе синяки и ссадины, и медицинские справки и устроить из этого дополнительный скандал (так предложил бы Марк). Но Стас прежде никого не провоцировал. К тому же был и довод против – с синяками на физиономии он не сможет вести «Новости». Да и просто боязно, вот так напрашиваться на удар в лицо. Это как ощущение перед прыжком в воду с десятиметровой вышки – решиться, или не решиться?..

Оставалась еще возможность немного потянуть время.

– Мы съемочная группа телеканала «Орион-ТВ», я шеф-редактор службы новостей, – представился Стас, доставая журналистское удостоверение, на красных корочках которого были вытеснены крупные буквы «ТВ». – А с кем я разговариваю?

– Мы частное охранное предприятие, – процедил сквозь зубы «рыбоглазый», машинально взглянув в удостоверение и тут же его возвращая.

– Опричники, – пробурчал водитель съемочной группы, сидя за рулем своей машины.

Охранник смерил его взглядом, но не удостоил никаким замечанием. Только снова повернулся к Стасу.

– Поясните своим людям, что нас не стоит провоцировать. И немедленно отдайте кассету, – со сдержанной угрозой повторил он.

– Кассета дорогая, цифровая, я отдам ее только в присутствии милиции. – Стас попытался вывернуться еще и с помощью такого аргумента.

– Вам ее вернут, – ледяным тоном процедил «рыбоглазый».

– Кто? Когда? Нет, давайте все зафиксируем, составим протокол, – Стас сделал осторожную попытку достать мобильный телефон. Но в тот же момент второй, коротко стриженный крепыш, неожиданно быстро оказался рядом с ним, и Андреев инстинктивно почувствовал, как через мгновение его скрутят. И, видимо, тот же самый инстинкт заставил позабыть вариант, с провокацией на драку.

– Ладно, Миша, отдай кассету, – сдался Стас.

– Не надо никому звонить. Сами разберемся. Давайте лучше по-хорошему, – удовлетворенный победой, сказал главный охранник. Он принял кассету из рук оператора, и уже повернулся к своей машине, но передумал.

– Это та самая съемка? – недоверчиво спросил он.

– Покажи им, – велел Стас, испытывая облегчение, что уже можно подчиняться, значит, бить их будет не за что.

Оператор, молча, вставил кассету в камеру, нажал пару кнопок, и после небольшой паузы жестом предложил посмотреть. Охранник прильнул к видоискателю. Как понимал Стас, он там увидел кадры ворот и особняка снятые в «фас» – этой частью съемки придется пожертвовать.

Главный охранник дождался, когда кассету ему снова извлекут, после чего изрек снисходительное напутствие:

– Больше так не делайте.

Черный «Лэнд Крузер» взревел мотором, резко развернулся, заехав широкими шинами на паребрик тротуара, и уехал.

Андреев вытащил из кармана пачку сигарет.

– Вот так, среди бела дня, что хотят, то и творят. И никакого закона. Кто сильнее, тот и прав, – проворчал водитель.

– Да, была бы одна кассета – и п…ц всей работе, – признал Стас. Умом он понимал, что победил, сумев вовремя спрятать лучшую часть съемки – с кадрами пляжа и особняка сбоку. Но в душе чувствовал себя ужасно паршиво, не в состоянии отойти от унижения, испытанного, когда было сказано: «отдай кассету, Миша». – Ладно, злее будем, – пробормотал он.

– Да, все нормально, Митрич, – ободрил водитель. – Ты же сделал этих придурков! Только «быковать» и умеют. Дело-то сделано. Поедем что ли за Настей?

Но Настя не заставила себя искать. Она уже бежала к ним через двор. И глядя, каким встревоженным выглядим лицо девушки, Стас вдруг непроизвольно испытал нежность.

А через пять минут, уже на шоссе в машине, они принялись хохотать.

– Представляю лица этой парочки, когда телевизор будут смотреть, – ухахатывался оператор Миша. Водитель отвечал злорадной ухмылкой, и Настя тоже смеялась до слез.

Только Стас не принимал участия в общем веселье. Беспечное неведение молодых коллег вызывало у него тихую досаду. Только он понимал, что сегодняшний материал может стоить закрытия каналу «Орион». И надо ли выдать его в эфир – решимости в душе Стаса по сравнению с утром не прибавилось.

– А если те двое доложат своему начальству про съемку, это не помешает выходу передачи? – вдруг забеспокоился оператор Миша.

– Дураки они, что ли?! – возмутился водитель. – Докладывать начальству, как у них под носом телевизионщики снимали, а они ушами прохлопали, и едва не упустили. Потом по шоссе гнались и во дворах жилых домов на глазах у народа, чуть не «маски-шоу» замутили?

Доводы водителя были резонны, но Стас все равно испытал прилив беспокойства. Он вспомнил, как показал «рыбоглазому» удостоверение. То есть те уже точно знают, какой канал снимал – это «Орион-ТВ». Если они совсем перепугаются – у администрации может «снести крышу».

Андреев мысленно пообещал себе, не использовать эту крамольную съемку без крайней, аварийной необходимости. Только если он совсем не придумает ничего другого подходящего. А такого, чтобы он ничего не придумал – быть не может, подбодрил себя Стас.

– Ну что, на сегодня все дела закончены? – улыбнулся Андреев, понимая, что теперь отчаянно хочет выпить. – Разбегаемся кто куда!

Микроавтобус направлялся в редакцию мимо городской набережной. А в центре набережной располагался известный Стасу стеклянный павильончик, где можно купить вино.

– Как разбегаемся? – возмутилась Настя. – Вы мне сначала минералки купите!.. Обещали.