Отравитель - Чингиз Абдуллаев

Втроем они приехали к дому, в котором нашли погибшегобизнесмена. Машина въехала во двор. Дронго обратил внимание на камеры,установленные у ворот. Здесь был свой охранник. Еще один охранник сидел вместоконсьержа, когда они вошли в подъезд. Увидев знакомых, охранник поднялся,приветливо кивнул. Он знал Мусу Халила и телохранителя в лицо. Они приезжалисюда, когда здесь проживал погибший бизнесмен и много раз после его убийства.Вместе с голландским специалистом они буквально вылизали всю квартиру, ноникаких следова возможного яда, которым был отравлен Вилаят Ашрафи, в доме онине нашли.

– Добрый вечер, – сказал охранник, – опятьприехали проверять квартиру?

Он знал, что оба приехавших понимают русский язык.

– Нет, – ответил Муса Халил, —это наш новый специалист.Он хочет все просмотреть еще раз.

– Проходите, – кивнул охранник, – у вас естьключи. Можете подняться наверх.

– Подождите, – обратился Дронго к ним, – я хочупоговорить с этим человеком.

– Вы говорите по-русски? – понял охранник. Ему было леттридцать пять.

– Как видите, говорю, – улыбнулся Дронго, – яхотел узнать, как именно вы работаете. Вы фиксируете в своем журнале всех, ктоприходит в дом?

– Конечно, – кивнул охранник, – всех посетителей.

– Как вас зовут?

– Павел.

– Скажите, Павел, кто дежурил в день смерти бизнесмена?

– Я дежурил. Меня следователь об этом спрашивал. И вашприехавший ирландец тоже.

– Он не из Ирландии, а из Нидерландов, – улыбнулсяДронго. – Значит, вы дежурили в тот день.

– Да, я работаю в этом доме уже три года. Никто не жалуется.

– Следователь смотрел ваш журнал?

– Его даже забирали в их комитет. Как он называется?

– Следственный комитет при прокуратуре, – вспомнилПавел. – Я ведь раньше в милиции работал, поэтому все как нужно понимаю. Втот день здесь чужих не было. Никого не было, ни одного человека. Даже водителине поднимались в дом. Иначе я бы обязательно отметил.

– Вы всегда отмечаете всех посторонних, кто входит в дом?

– Обязательно. У нас такие правила. Всех без исключения.Даже домработниц и водителей. Только жильцы дома имеют права входить безрегистрации в журнале. Вот господа, которые пришли с вами, сейчас бы поднялисьнаверх, и я бы обязательно отметил в своем журнале время, когда они пришли.Господин адвокат и телохранитель. Я их обоих хорошо знаю. А у вас попросил бы паспорт.Такой порядок.

– Вы уверены, что в тот день не было посторонних?

– Чужих не было. Вот, посмотрите наш журнал. Начетырнадцатый этаж пришла няня, две кухарки на девятый и девятнадцатый.Учительница французского на шестой. Четыре домработницы, я их всех отмечал, ивашу тоже. Еще приходили мастера работать в квартире на пятом. Я их всех знаю,но всех отмечал. Следователь все проверил.

– А жильцы проходили без регистрации?

– Конечно. У кого есть ключ или кто живет в нашем доме,могут проходить без особого разрешения и без регистрации.

– И сколько квартир в вашем доме?

– В доме много. В нашем подъезде тридцать шесть. И всех, ктоприходит, мы знаем в лицо.

– У вас все постоянные жильцы или есть квартиры, которыесдаются внаем?

– Четыре квартиры сдаются, в том числе и та, в которой нашлиубитым вашего бизнесмена, – сообщил Павел.

– Давно?

– В две недавно въехали новые жильцы, а две заняты ужевторой год.

– Вы долго будете допрашивать этого охранника? – невыдержал Муса Халил.

– Столько, сколько нужно, – отрезал Дронго, – уменя еще три вопроса. Когда погибший вошел сюда вместе со своим телохранителем,рядом с вами кто-то был в тот день?

– Нет, не был.

– Господин Ашрафи поднялся наверх, а когда примерно пришлаего домработница?

– Часа через полтора или два. С точностью до минуты не могусказать, но достаточно быстро.

– Что было потом?

– Она долго стучал. Потом спустилась вниз. Я звонил туда,никто не отвечал. Тогда решили позвонить в офис. Но там сказали, что господинАшрафи уехал домой, и ничего не знали. Она поднялась снова наверх и опятьзвонила и стучала. Я тоже несколько раз позвонил. Когда никто не ответил, решилвызвать милицию. У нас такой порядок. Потом меня ругали, говорили, что нужнобыло еще раз в офис позвонить, но у нас инструкция такая. Нужно сразу вызыватьмилицию. И я им позвонил. А уже потом всем остальным. Нам приказали только такпоступать.

– У вас есть еще вопросы к этому человеку? – сновавмешался Муса Халил.

– Больше нет, спасибо. Вот мой паспорт. Можете меня зарегистрироватьи пропустить.

Они вошли в кабину лифта все трое.

– Не нужно было так долго разговаривать с этимохранником, – недовольно заметил адвокат, – он не очень умный исообразительный человек.

– Почему вы так решили?

– Он вел себя как последний кретин, – сказалпо-английски Муса Халил, – вместо того чтобы сразу найти нас или позвонитьТауфику Шукри, он начал звонить в милицию. Подняли такой шум, приехалижурналисты, во всех газетах написали о смерти Вилаята Ашрафи. Все можно былосделать иначе. Он очень глупый человек.

– Если бы был очень умный, стал бы адвокатом, как вы, –пошутил Дронго.

– Что вы хотите сказать? – мрачно осведомился МусаХалил.

– Ничего. Просто мне не нравятся ваши постоянные упреки,ваши придирки. Вы не замечаете, как глупо и грубо себя ведете. Постарайтесьуспокоиться и не мешать мне.

– Пока я не понимаю, как вы собираетесь искатьубийцу, – недовольно заметил адвокат. – Все эти никому не нужныерасспросы и разговоры. Я думал, что вы сразу приедете сюда, чтобы осмотретьквартиру.

– Разве там не работали следователи и ваш частныйдетектив? – спросил Дронго. – Неужели вы думаете, что они не заметилибы следов, которые там остались? И насколько я сумел понять, вы тоже были тамнеоднократно. А я вполне доверяю вашему профессионализму.

Покинув кабину лифта, они подошли к дверям квартиры. ТауфикШукри достал ключи, открыл дверь. Квартира была большая. Шесть комнат,гостиная, три спальные, две ванные комнаты, почти триста метров общей площади.Они вошли в гостиную, телохранитель показал на диван.

– Он был здесь, – мрачно пояснил Тауфик Шукри. –Они даже думали, что у него случился сердечный приступ.

Дронго подошел к дивану. Он ничего не трогал, ни к чему неприкасался. Затем вернулся к входной двери. Прошел по всем комнатам, посмотрелкухню, ванные комнаты, кабинет.