Я Пилигрим - Терри Хейз

Выйдя из отеля, я сел в свой «фиат» и поехал в аэропорт, чтобы улететь на первом же следующем в южном направлении самолете, который приблизил бы меня к Саудовской Аравии.

Самолет рейса № 473 «Турецких авиалиний» вылетел из аэропорта Милас, заложил вираж в лучах садящегося солнца и взял курс через Средиземное море в сторону Бейрута.

Я задумал сэкономить время, насколько это возможно. Пока я в воздухе, надо будет позвонить, чтобы на середине пути, в ливанском аэропорту, меня встретил реактивный самолет, высланный правительством США.

Как только в иллюминаторе возникли сверкающие воды Средиземного моря и погасла надпись «Пристегните ремни», я взял мобильник и отправился в туалет. Закрыв дверь и не беспокоясь, что кто-то может подслушать, я набрал номер Бэттлбо в Нью-Йорке. Прежде всего мне надо знать, куда именно отправляться в этой чертовой Саудовской Аравии.

На звонок ответила Рэйчел-сан.

– Добрый день. Мне надо поговорить с большим парнем, – попросил я, не называя себя.

– Слушайте, – сказал я, когда Бэттлбо подошел к телефону; времени на лишние разговоры у меня не было, – вы написали, что нашли заявление этой женщины на получение водительского удостоверения.

– Верно.

– Она родилась в Саудовской Аравии. Где конкретно? В каком городе?

– Оставайтесь на линии, – велел хакер, и я слышал, как он топает в сторону своего кабинета. – Заявление передо мной, – услышал я после небольшой паузы. – Это место называется Джидда.

– Спасибо, – поблагодарил я. – Прекрасная работа.

Я уже собирался дать отбой, но он успел сказать:

– Вы слышали, что со мной случилось?

– О Ливенворте?

– Да. Я говорил вам: они вытянут из меня все, что им нужно, а потом обманут. Неприятно говорить об этом, но я вынужден просить вас… мне нужна помощь… – Голос Бэттлбо дрогнул, и ему пришлось сделать паузу, чтобы совладать с эмоциями. – Я сумею это выдержать – отсидеть срок. Но потеряю Рэйчел. Она хочет завести детей, и я не вправе просить ее отказаться от этого, ждать до тех пор, пока я не выйду на свободу. Сокращение срока на пять лет – вот все, о чем я прошу. Не знаю, кто вы на самом деле, но…

– Достаточно, – сказал я более резко, чем намеревался, поскольку не мог разрешить ему касаться темы моей личности – не исключено, что нас подслушивали. – Я знаю нужных людей и обещаю: сделаю все, что в моих силах.

– Да, конечно, – саркастически заметил он, но я не придал этому значения, хотя и понимал, что парня использовали, а потом выбросили на свалку.

– Я не такой, как те люди, которые арестовали вас, – возразил я, повысив голос. – Если я что-то обещаю, сделаю все возможное. Теперь же мне надо разобраться со своими проблемами.

– Да, конечно, – отозвался Бэттлбо, решив, наверное, что мой гнев сулит ему больше надежды, чем любые слова.

Следующий звонок я сделал Шептуну. И в этот раз я тоже не стал терять времени, называя себя.

– Мне известно его имя, – тихо сказал я.

Думаю, никогда еще в истории секретных служб такая ошеломляющая новость не сопровождалась столь продолжительным молчанием. Кажется, минула вечность, прежде чем Шептун наконец ответил:

– Вы имеете в виду того парня из Афганистана?

– Да, его фамилия аль-Нассури. Он брат женщины-копа.

Итак, я сделал это. Организм выполнил свой жизненный цикл: я передал информацию, и если бы даже скончался в это мгновение, миссия будет продолжена.

– Что еще?

– Не много. Родился в Джидде, Саудовская Аравия.

– В Саудовской Аравии? Что ж, ничего удивительного.

– Еще через несколько часов у меня будет его полное имя и дата рождения. Рассчитываю также получить фотографию.

– Где вы сейчас, черт возьми? – внезапно спросил Шептун.

Если верить свидетельствам коллег, он во второй раз за свою карьеру повысил голос. Как видно, автоматический регистратор местонахождения моего телефона показал на компьютере шефа, что я в данный момент нахожусь над Средиземным морем. Впрочем, причина была не только в этом. Представьте, какое облегчение внезапно испытал Дэйв Маккинли, вынужденный столько времени держать в себе все эмоции и переживания. У нас наконец-то было имя, мы установили личность террориста, теперь на этого человека начнется охота. И здесь главным фактором становится время.

– Нахожусь на борту самолета рейса ТА – четыреста семьдесят три, следующего в Бейрут. Мне нужна помощь, чтобы срочно добраться до Джидды, и потребуется очень серьезная поддержка, когда я туда прибуду.

– Мы поговорим об этом через минуту. Прежде всего скажите: когда вы сможете сообщить мне последние сведения в деталях?

Я взглянул на часы, быстро прикинул, сколько времени уйдет на полет и поиски документов.

– Через двенадцать часов я надеюсь получить то, что нам нужно.

– Уверены?

– Да.

– Сейчас я в офисе, – сказал Шептун, – но к тому времени буду уже не там, а в известном вам месте. Ждем вашего звонка.

Он имел в виду Овальный кабинет Белого дома, куда его вызвал президент.