Дом сестер - Шарлотта Линк

Но Маргарита рассказала все сыну, который сам себя назвал «никчемным». Его характерные недостатки она не могла не заметить — но, возможно, просто закрывала на них глаза. Вероятно, Фернан был единственным человеком, по отношению к которому Маргарита оставалась слепой, мягкой и снисходительной, вплоть до самообмана. Каким может стать ребенок с такой матерью?

Барбара покачала головой. Нет, рассуждения на темы психологии не имели никакого смысла и не могли ничего ей дать. Фернан такой, какой он есть, и причины не имеют для нее никакого значения. Она оказалась в дурацкой ситуации и прежде всего должна была понять, как выйти из нее с наименьшими потерями.

Услышав шаги на лестнице, Барбара вскочила и немного отошла от двери. В доме было так тихо, что она пришла в ужас. Какие-то секунды в ней теплилась надежда, что это поднимается Ральф. Но он позвал бы ее. И не стал бы ходить по дому молча.

В комнату вошел Фернан Ли. Он был совершенно спокоен. Но Барбара почувствовала, что от него исходил запах алкоголя. Возможно, из-за этого Фернан казался таким уравновешенным, несмотря на сложную ситуацию, в которой оказался.

Барбара смотрела на него и не могла понять, почему он показался ей таким привлекательным. Он был симпатичным, но неприятным. Ее подкупила эта примитивная смесь обаяния и жестокости, и если б у нее не болела так голова, она с удовольствием дала бы себе хорошую пощечину.

— Ну вот, — сказал он, — все кончено. Воспоминаний Фрэнсис Грей больше не существует. Я их сжег.

— И зачем?

— Ты думаешь, я хочу, чтобы еще раз случилось то же самое? Чтобы еще какая-нибудь любопытствующая особа, привыкшая совать свой нос в чужой вопрос, покопалась бы в них и наткнулась на эту историю? И потом, может быть, учинила бы Лоре допрос, все обо мне выведала и объяснила старухе, что ей нечего бояться, а мне стала бы угрожать полицией? Этим я уж определенно не буду рисковать.

— Но ты сам уничтожил доказательство убийства.

— Я же не собираюсь говорить об этом Лоре. Она не должна знать, что записи нашлись и больше не существуют. Она должна по-прежнему опасаться, что в один прекрасный день рукопись обнаружится.

Барбара пожала плечами.

— Ты забываешь, что я в курсе дела, — сказала она.

Ее голос был слабым, потому что говорить было больно, но тем не менее она пыталась проявить определенную независимость.

Фернан смотрел на нее с тихим сожалением в глазах.

— Да. Только ты.

Очевидно, он забыл, что Ральф тоже может знать о существовании рукописи, а может, и ее содержание. Барбара решила пока не подводить его к этой мысли. Не зная, что он намерен делать, она должна была избегать всего, из-за чего Ральф также мог оказаться в опасности.

— Что ты намерен со мной сделать? — спросила Барбара.

Фернан ухмыльнулся.

— Ты все время атакуешь… Спорю, даешь первоклассные представления в суде!

— Я хочу знать, что ты собираешься делать, — настаивала она с уверенностью в голосе.

— Но при этом ты ведь очень сентиментальна, — продолжал он. — Меня удивило, что прошлой ночью ты плакала из-за самоубийства своего доверителя… Ты не такая хладнокровная, какой себя все время выставляешь. К сожалению.

— Честно говоря, у меня нет никакого желания выслушивать анализ моего характера. Он здесь абсолютно неуместен. Я…

— Меня интересует твой характер, — мягко перебил ее Фернан. — Меня интересует глубина твоей души, Барбара. Ты интересуешь меня. По сути, ты женщина, всегда старающаяся быть выше обстоятельств, оставаясь безразличной ко всему, что так заботит нас, простых смертных. И тем не менее я заметил, что ты сразу положила на меня глаз. Должно быть, тебя потрясло такое примитивное проявление чувств. И прошлой ночью ты побывала в раю, о котором ты до сих пор ничего не знала…

Барбара натужно засмеялась.

— Не хвастайся. Это было прекрасно — но ты не должен думать, что после этого я упаду к твоим ногам. И вообще, если я теряю рассудок, то лишь на короткое время.

Внизу зазвонил телефон. Барбара хотела сразу проскользнуть мимо Фернана к двери, но тот крепко схватил ее за руку.

— Нет! Ты останешься здесь.

— Отпусти меня! Это может быть Ральф!

— Телефон звонил уже много раз. Кто бы это ни был, он перезвонит.

Барбара попыталась освободиться от его руки, но ей это не удалось.

— Если звонили уже много раз, то это наверняка Ральф. Он очень удивится, что я не отвечаю.

— И что? Значит, удивится. Ты думаешь, меня это интересует или беспокоит?

Фернан еще немного подождал, пока звонки не прекратились, затем отпустил Барбару. Она сделала шаг назад, удерживаясь от того, чтобы потереть больную руку, и спросила:

— И что теперь? Я должна оставаться запертой здесь, в этой комнате, пока ты с помощью алкоголя пытаешься забыться в своей безвыходной ситуации?

Его взгляд был очень серьезен.

— Жаль, что ты настроена так враждебно. У нас появилась бы масса возможностей, если б ты согласилась действовать сообща…

Барбара, ничего не ответив, лишь презрительно посмотрела на него.

— Ну, собственно говоря, я подумал, — сказал Фернан, — что мы…

Он замолчал. Внизу открылась входная дверь. Кто-то вошел в прихожую и стал громко отряхивать сапоги.

— Барбара! — Это был голос Ральфа. — Барбара, где ты? Я пришел!

— Это Ральф! — вскрикнула Барбара. Она хотела выбежать из комнаты, но Фернан опять схватил ее за руку.

— Ты останешься здесь, — прошептал он.

— Ральф, я здесь, наверху! — крикнула она.

— Извини, что так задержался… — ответил тот снизу. — Вчера я просто не успел вернуться. Это невероятно, какие намело сугробы! И еще я заблудился во время бури. Представь себе, остановился на какой-то отдаленной ферме… Там мне удалось переночевать, но у них нет телефона. Я надеюсь, ты не очень беспокоилась?.. Барбара?

— Ответь ему, — приказал тихо Фернан.

— Я так и подумала, — крикнула Барбара.

Ей показалось, что ее голос звучит странно, сдавленно и неестественно, к тому же мешал разбитый рот. Но Ральф, похоже, этого не заметил.

— Но хозяева дали мне с собой массу отличных продуктов, — крикнул он. — Спорю, что ты почти потеряла рассудок от голода! Иди в кухню и посмотри сама.

— Пусть он поднимется, — прошипел Фернан.

Он все еще крепко держал ее за руку. Но даже если б она смогла вырваться — что это дало бы? Куда ей было бежать?

— Поднимайся наверх! — крикнула Барбара.

На этот раз Ральф, похоже, был удивлен.

— Почему ты не спускаешься? Разве не хочешь сразу что-нибудь съесть?